Глава 38: «Цветок Смертной Погибели.»
Месяц спустя.
Королевский дворец. Ночь накануне церемонии коронации.
Устроившись в кресле, Джем с любопытством спросил сидящего рядом Шарля:
— Удалось что-нибудь выяснить в ходе исследований той штуки?
С тех пор как месяц назад Карла был убит, Джем Уотс и Сафи, представляя две разные стороны, разделили его тело поровну.
Сафи тогда решил, что Джем Уотс заинтересовался демонической силой, и потому многократно предостерегал его, умоляя не поддаваться искушению и опасаясь, что тот будет осквернен мощью демона.
История знала немало подобных примеров!
Нередко герой, искоренив зло, сам соблазнялся его силой и превращался в новое порождение тьмы.
Джему Уотсу оставалось лишь беспомощно оправдываться, заявляя, что тело демона нужно ему лишь как магический ингредиент, и ни о каком изучении демонических сил речи не идет.
Поверил ли ему собеседник – неизвестно, но сам Джем в это верил свято.
А затем, не теряя времени, передал половину трупа Карлы на изучение Шарлю.
Услышав вопрос, Шарль улыбнулся и ответил:
— Месяц исследований принес свои плоды. Я обнаружил, что строение тела демона в корне отличается от существ нашего мира. Они скорее энергетические сущности, нежели создания из плоти и крови. Каждая капля их крови обладает чудовищной разъедающей силой. Любое живое существо при контакте рискует подвергнуться заражению: в лучшем случае это обернется ранением, в худшем – мгновенным превращением в демоническое отродье или смертью.
Шарль замолчал. Джем, решив, что тот просто набивает себе цену, не выдержал:
— Э-э… И это всё?
Сохраняя неловкую, но вежливую улыбку, Шарль покачал головой:
— На этом всё. Остальное выяснить пока не удалось…
Джем пришел в ужас:
— И это результат целого месяца работы?!
Он и сам понимал, что исследования могут зайти в тупик, но продуктивность Шарля оказалась до обидного низкой.
Всё, что тот озвучил, давным-давно описано в учебниках истории – стоило ли повторять прописные истины?
Видя, что Джем чувствует себя одураченным, Шарль лишь развел руками, вынужденный признаться:
— Я всего лишь чернокнижник. Если нужно разобраться в заклинаниях – я что-нибудь придумаю. Но заставлять меня заниматься биологическими исследованиями… Это, мягко говоря, не мой профиль.
Джему нечего было возразить, он лишь вздохнул:
— …В твоих словах есть резон. В таком случае, пустим этот труп на магические артефакты. Всё лучше, чем давать тебе переводить материал впустую.
Однако Шарль поспешно возразил:
— Пока не торопись. Я связался с одним ученым, который специализируется на изучении сверхъестественных существ. Возможно, он сумеет что-то разузнать.
Глаза Джема мгновенно загорелись азартом:
— Этот человек надежен? — Спросил он.
— Способности у него выдающиеся, — ответил Шарль, — но характер крайне нелюдимый. Он из тех, кто живет только ради науки. Наше знакомство – дело давно минувших дней, и я сам удивился, что он согласился приехать. Так что проблем быть не должно.
Джем удовлетворенно кивнул. Раз уж Шарль признает чей-то талант, значит, этот человек действительно чего-то стоит.
— Хорошо, — подытожил Джем, — тогда так и поступим.
Видя, что решение принято, Шарль равнодушно заметил:
— Ладно. Но мне кажется, Олсаге на всё это плевать. Его совершенно не заботят наши действия. Даже появление демона в столице не вызвало у него ни тени интереса. Когда я виделся с ним в прошлый раз и намеренно упомянул, что мы уничтожили одного, желая проверить реакцию, он даже бровью не повел.
— Я тоже не могу понять этого его безразличия. У любого существа должны быть свои стремления.
Джем задумчиво потер подбородок, его лицо выражало крайнее недоумение:
— Я так и не понял, чего Олсага добивается. Он жаждет душ и обладает силой, чтобы забирать их в немыслимых масштабах, но при этом сидит смирно. Какая причина сдерживает его? Я уверен: как только мы найдем этот сдерживающий фактор, мы сможем вырваться из-под его контроля…
— Возможно.
В вопросе освобождения от власти Олсаги он и Джем были на одной стороне. Даже пытаясь встать на путь исправления, былая гордость не позволяла им смириться с ролью марионеток в чужих руках.
Тряхнув головой, чтобы прогнать лишние мысли, Шарль поднял кубок и с улыбкой произнес:
— Как бы там ни было, завтра твоя коронация. Позволь поздравить тебя заранее.
— Благодарю! — Джем поднял свой кубок, салютуя в ответ…
Под пристальными взглядами тысяч людей.
В сопровождении отряда воинов в сверкающих доспехах.
Он прошел по улицам, где толпы народа приветствовали его цветами и флагами, и остановился перед вратами дворца.
Взирая на возвышающуюся там статую предка, Джем Уотс опустился на одно колено и с торжественным видом закрыл глаза.
— Я, Джем Уотс, принимаю на себя славу рода Уотс и, следуя древним традициям, обязуюсь править страной и защищать свой народ!
— Никакие трудности не заставят меня склонить голову. Я передам это величие потомкам, и пусть знамя Мартона вечно развевается над этой землей!
— Да пребудет с нами благословение мира!
Вслед за его клятвой.
Двое детей, мальчик и девочка в роскошных одеждах, подошли к нему: один нес корону, другой – скипетр.
Корону возложили на голову Джема Уотса, а скипетр вложили ему в руку.
В этот миг Джем Уотс открыл глаза.
Он поднялся, обернулся и посмотрел на своих подданных, затаивших дыхание.
Высоко подняв скипетр, он провозгласил:
— Я, Джем Уотс, ваш король, наследую всю славу прошлого и приведу герцогство Мартон к вершине величия!
В то же мгновение разразились ликующие крики, а в небо взметнулись мириады цветов и фейерверков!
Видя их восторг, Джем Уотс словно наяву почувствовал, как надежды народа тяжким грузом ложатся ему на плечи.
И в его душе что-то начало меняться…
Более года спустя.
Солнце в небе стояло в самом зените.
С момента восшествия Джема на престол мощь герцогства Мартон неуклонно росла. Столица процветала, затмевая своим блеском былые времена, подобно небесному светилу на пике своего пути.
Сидя в кресле в своем кабинете, Олсага со спокойным видом принял чай из рук Тринны. Слегка втянув носом воздух и наслаждаясь тонким ароматом, он, как и прежде, похвалил:
— Прекрасное искусство заваривания чая.
Тринна, чье сердце против воли забилось быстрее, хотя лицо сохраняло привычную улыбку, наблюдала за ним. Олсага, усмехнувшись, сделал несколько глотков и, не выпуская чашки из рук, заключил:
— Всё тот же знакомый вкус.
Тринна с трудом выдавила ответную улыбку:
— …Рада, что вам нравится.
Беспечно усмехнувшись, Олсага протянул руку и коснулся её щеки, чувствуя, как мелко дрожит её тело.
В его взгляде, возможно, впервые в жизни, промелькнула тень сожаления:
— Какая жалость. Ты мне действительно нравишься. Быть может, это не любовь, но ты определенно лучшая из всех, кого я встречал до сих пор. Я искренне хотел бы оставить тебя при себе.
— Наверное, такова природа живых существ – стремиться к компании себе подобных…
— Хотя я – демон, и мне не пристало испытывать такие чувства…
Тринна тихо вздохнула, фальшивая улыбка исчезла с её лица. Она прямо встретила взгляд Олсаги и спросила:
— Почему вы тогда сами открыли мне правду? Вы ведь могли лгать. Если бы вы продолжали обманывать меня, я бы, возможно, так никогда и не узнала истины.
Услышав вопрос, Олсага на мгновение задумался и с улыбкой ответил:
— Хоть я и демон, я не большой любитель лжи, особенно когда речь идет о ком-то важном. Поэтому я и решил открыть тебе правду.
После этих слов на лице Тринны расцвела улыбка, какой Олсага никогда прежде не видел. Она нежно поцеловала его в уголок губ:
— Господин, благодарю вас за ваше расположение!
Ощутив это мимолетное тепло, Олсага на мгновение замер, а затем негромко произнес:
— Прощай, Тринна.
В следующую секунду вспыхнул алый свет. Сердце Тринны навсегда остановилось, и она с улыбкой на губах начала падать в объятия Олсаги.
Но прежде чем её тело коснулось его, она рассыпалась мириадами невидимых частиц, навсегда исчезнув из этого мира.
Олсага медленно убрал руку, которой только что касался её щеки. Он сидел в кресле, улыбка полностью стерлась с его лица. Он сжимал чашку обеими руками, и взгляд его казался на мгновение остекленевшим.
«Я демон, я должен был привыкнуть к предательствам».
«Если не хотел отпускать – надо было оставить её. Почему же я ударил первым?»
«Может быть, потому что она была слишком важна, и я не смог простить её?»
Он и сам не до конца понимал ход собственных мыслей.
Вскоре за дверью послышался топот множества ног. Джем Уотс в полном доспехе во главе отряда ворвался в комнату.
Джем Уотс, Дук, Шарль, Сафи и еще несколько человек, чьи имена было трудно вспомнить, но чья сила внушала уважение.
Кроме того, в дверях стояли тысячи вооруженных до зубов солдат с артефактами для изгнания демонов, намертво блокируя комнату.
Увидев, что Олсага никак не реагирует и даже не удостоил их взглядом, Джем Уотс на мгновение замялся, но тут же с суровым видом провозгласил:
— Демон, сегодня день твоей смерти!
Услышав это, Олсага неспешно перевел взор на Джема.
На его лице не было никаких эмоций, лишь ледяное безразличие.
Для него предательство Джема и остальных было чем-то предсказанным еще в самом начале.
Хотят они того или нет!
Под влиянием воли мира эти туземцы на подсознательном уровне всегда будут отвергать Олсагу.
Словно стая марионеток на ниточках.
В представлении Олсаги их предательство означало лишь то, что терпение мирового сознания достигло предела, и пришло время урвать напоследок куш и уходить.
Они были для него чем-то вроде одноразовой сигнализации, расходным материалом, поэтому Олсага с самого начала не заботился об их чувствах.
Тринна же была совсем другой. Она была намного важнее.
Сила Олсаги ежесекундно оберегала её.
Она блокировала влияние воли мира на её сознание.
А значит, всё, что она делала, было её собственным, искренним решением.
Подняв чашку, Олсага допил чай до последней капли и спокойно посмотрел на Джема Уотса:
— Тебе не стоит переживать, Тринна выполнила свою задачу. Я действительно выпил яд. В конце концов, это был последний чай, который она для меня заварила, я не мог позволить ему пропасть зря.
Джем, который так и не научился понимать ход мыслей этого существа, видел его спокойствие и осознавал, что выбора не осталось. Он отдал приказ:
— В атаку!
В окна мгновенно влетело облако стрел, смазанных святым составом, а солдаты обнажили клинки, бросаясь к сидящему в кресле Олсаге.
Олсага лениво щелкнул по ближайшей стреле, изменив её траекторию так, что она врезалась в соседнюю, вызывая цепную реакцию.
После череды столкновений все стрелы градом посыпались вокруг него, и ни одна не достигла цели.
Солдаты, замахнувшиеся мечами, застыли в оцепенении, их шаг невольно замедлился.
Когда же Олсага поднялся с кресла, они инстинктивно отшатнулись назад.
Не обращая внимания на перекошенное лицо Джема, Олсага сделал хватательное движение рукой, и один из солдат издалека влетел прямо ему в ладонь.
Сжав горло несчастного, он обратился к Джему Уотсу:
— У меня внезапно возникла идея. Если приход смерти неизбежен, то нельзя ли сделать так, чтобы она выглядела более величественной и прекрасной?
В следующий миг солдат в его руках взорвался кровавым туманом, и лишь ярко-красный, сочащийся жизнью цветок остался в руке демона.
У цветка было семь слоев, в каждом по шесть лепестков. Лепестки плотно прилегали друг к другу, напоминая нечто среднее между розой и камелией, но формы его были куда более тонкими. Над цветком клубилась неугасающая кровавая дымка, придавая ему туманную, призрачную красоту.
Олсага с удовлетворением осмотрел цветок и спросил Джема Уотса:
— Видишь, разве не прекрасно? Пожалуй, назову его Цветком Смертной Погибели.
Джем не успел открыть рта, как стоящий рядом Сафи, побледнев от увиденного, не выдержал и выкрикнул в ярости:
— Демон, как ты смеешь быть столь самонадеянным! Сегодня мы непременно сразим тебя!
Алые глаза демона скользнули по нему, игнорируя обвинения. Олсага с улыбкой подбросил цветок в воздух:
— Мне очень любопытно, удастся ли вам это. Ведь настроение у меня сейчас прескверное.
С этими словами облик Олсаги начал стремительно меняться. Изогнутые рога прорезались на лбу, за спиной развернулись крылья, тело покрылось чешуей и костяными пластинами, а рост увеличился с метра восьмидесяти почти до четырех метров.
Взмах крыльев – и поднялся ураганный ветер!
Стены и крыша дома вместе с десятками солдат были попросту сметены прочь.
Не обращая внимания на воцарившийся хаос, Олсага с некоторым недовольством оглядел свое Руническое Вооружение «Алое». Ему внезапно показалось, что узоры на нем недостаточно изящны!
Стоило ему об этом подумать, как руны начали менять форму, превращаясь в изображения Цветов Смертной Погибели, гравируясь на его экзоскелете.
Он усмехнулся:
— Так гораздо лучше.
В следующее мгновение алый огненный столб, центром которого был Олсага, вонзился в небеса. На высоте сотен метров он раскрылся подобно гигантскому зонту, затмив солнце и накрыв собой всё небо над столицей.
Бесчисленные метеоры огненным дождем начали падать вниз.
Наступил конец света, принося отчаяние каждому живому существу.
Глядя на это, едва поднявшийся с колен Джем Уотс замер, словно лишившись души.
А затем с безумным взором вскинул оружие и бросился прямо в бушующее пламя…
Верьте или нет, но изначально я хотел написать роман про демона с гаремом, всё-таки я в душе заядлый домосед и люблю такое…
Но к текущему моменту сюжета все мало-мальски важные персонажи, кроме главного героя, уничтожены подчистую…
Я сам в шоке!
Даже дарк-фэнтези так обычно не пишут…
Но мне кажется, это больше соответствует характеру и стилю героя. По сути своей он демон, в котором осталось лишь немного человеческого~
(Конец главы)
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/181060/16968593
Готово:
