Глава 19. Заядлый игрок — Цунаде
«Спойлеры — это смертный грех». Для любого уважающего себя мангаки раскрыть сюжет раньше времени было сродни гнусному предательству, и Акаба не собирался нарушать это святое правило. Даже если перед ним сидела одна из самых могущественных куноичи всей Конохи, его решимость оставалась твердой, как гранит.
— Как жаль… — Узумаки Мито тихо, с легкой долей разочарования вздохнула, однако настаивать на своем не стала.
В залитом мягким солнцем дворике воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом перелистываемых страниц. Мито вновь погрузилась в чтение. Акаба, внимательно наблюдая за ней, вдруг осознал одну деталь: до их разговора она даже не успела дочитать первую главу, и только сейчас добралась до эффектного появления Конохамару.
«Выходит, те шестьдесят очков — это еще не предел за первую главу!» — пронеслось в голове юноши.
Бросив быстрый мысленный взгляд на панель Системы, он едва не поперхнулся воздухом: счетчик уже перевалил за отметку в восемьдесят восемь баллов! Шестеренки в его мозгу со скрипом провернулись, и до Акабы вдруг дошла вся гениальность ситуации. Недавняя внезапная вспышка чакры Девятихвостого во время их беседы означала лишь одно: пока Мито читает мангу, Курама, запертый внутри нее, тоже наслаждается историей! Джинчурики — это просто золотая жила! Двойные очки за один экземпляр!
Взгляд, которым Акаба теперь смотрел на почтенную госпожу Узумаки, засиял неподдельным, почти фанатичным восторгом. Перед ним сидел не просто читатель, а самый ценный, премиальный VIP-клиент во всем мире шиноби.
— Ах-ха-ха, а этот Конохамару и впрямь забавный малый, — мелодично рассмеялась Мито, прикрыв губы изящной ладонью, когда вторая глава подошла к концу. Она перевела лукавый взгляд на юношу. — Ах ты, маленький негодник… Это ж надо было додуматься до такого непристойного безобразия, как Техника Соблазнения! В твоем возрасте, юноша, не подобает забивать голову столь фривольными картинками, тебе ясно?
— Кхм… — Акаба почувствовал, как его уши стремительно заливаются краской стыда, и неловко отвел взгляд, отчаянно пытаясь замять эту щекотливую тему.
Но что он мог поделать? Техника Соблазнения играла поистине колоссальную роль в сюжете. Вырезать её — значило бы изуродовать канон! Ему не оставалось ничего иного, кроме как мужественно взвалить на свои плечи это клеймо малолетнего извращенца.
Дочитав последнюю страницу второй главы, женщина с легкой грустью во взгляде бережно захлопнула томик.
— Госпожа Мито, вы… больше не будете читать? — Акаба удивленно вскинул брови.
— Эх, всё из-за одного упрямого мальчишки, который наотрез отказывается раскрывать секреты будущих глав, — с притворной укоризной покачала головой Мито, аккуратно пряча драгоценную рукопись в складках своего кимоно. — Если я проглочу всё сейчас, чем же мне развлекать себя завтра?
Для человека, чья жизнь была полна тяжелых утрат и кровавых войн, для той, что ныне была вынуждена коротать свои дни в добровольном заточении внутри деревни, эта необычная история стала глотком свежего воздуха. Акаба мог лишь мысленно снять шляпу перед ее железной силой воли. Сам он был начисто лишен подобной выдержки. Каждый раз, возвращаясь домой, он клятвенно обещал себе сесть за работу и рисовать новые страницы, но коварное тело неизменно предавало его, уютно устраиваясь на мягкой кровати.
За всей этой сценой со сложной гаммой эмоций на лице наблюдала Цунаде. Видя, с каким благоговением бабушка прячет мангу, девушка мрачно осознала: этот эксклюзивный томик был для нее потерян навсегда.
— Не переживайте, бабушка Мито, — с теплой улыбкой произнес Акаба, не упуская идеального момента для саморекламы. — Мой магазинчик манги откроет свои двери уже через несколько дней. Как только это произойдет, я лично доставлю вам новенький экземпляр. А в качестве бонуса — эксклюзивный полноразмерный плакат с Узумаки Наруто!
Это был расчетливый, но гениальный ход. Подарить экземпляр — сущая мелочь. Зато сейчас Узумаки Мито являлась абсолютным, неоспоримым авторитетом в клане Лес Сенджу. Если сама Великая Госпожа читает его мангу, разве осмелятся остальные члены клана проигнорировать этот шедевр?
— И для меня плакатик тоже найдется, верно? — Цунаде тут же встряла в разговор. В ее голосе радостное предвкушение хитро сплеталось с явной, не терпящей возражений угрозой.
— Э-э… да, разумеется! Всенепременно! — Акаба поспешно закивал. Скажи он «нет» — и живым бы территорию Сенджу точно не покинул.
— Вот это другой разговор, — самодовольно хмыкнула куноичи, скрестив руки на груди.
— Далеко пойдешь, мальчик, — благосклонно кивнула Мито, принимая подношения юного творца. Будучи женщиной мудрой, она тут же предложила ответную любезность:
— Наш клан всё еще обладает немалым влиянием во многих сферах. Если для публикации твоих трудов потребуется масштабная печать и хорошая типография — можешь смело рассчитывать на нашу поддержку.
— За такую помощь я буду вам бесконечно признателен! — Глаза Акабы радостно вспыхнули. — У меня как раз готовы первые пять глав, которые составят первый том. Для грандиозного открытия на следующей неделе мне просто жизненно необходим огромный тираж.
Хотя Сенджу в последние годы и отошли от прямого вмешательства во внутреннюю политику Конохи, их авторитет и репутация оставались непререкаемыми. Заручиться поддержкой такого могущественного союзника означало получить мощнейший щит. Теперь любой, кто решит наложить лапу на его прибыльный бизнес, трижды подумает, прежде чем рисковать навлечь на себя гнев Леса Сенджу.
На прекрасном, неподвластном времени лице Мито расцвела теплая, материнская улыбка. Изящным движением она извлекла из рукава небольшой резной жетон из темного дерева и протянула его юноше:
— Эта табличка — символ моей власти. Предъяви ее в любой мастерской или предприятии, принадлежащем Сенджу, и они исполнят твою просьбу.
— Премного благодарен вам, бабушка Мито! — елейным, полным искренней (и не очень) детской невинности голосом пропел Акаба. В конце концов, пока он ребенок, можно и нужно пользоваться всеми преимуществами своего возраста.
— Ну всё, всё, бегите, играйте. Нечего вам, молодежи, просиживать штаны рядом со старухой, — Мито ласково потрепала Акабу по макушке. — Наслаждайтесь своими каникулами, отдыхайте, пока можете. Скоро вам назначат наставников, и о свободном времени придется забыть.
«Старухой…» — Акаба вгляделся в ее безупречно гладкую фарфоровую кожу, не тронутую и тенью морщин. Это слово подходило ей так же, как жабе — балетная пачка. Печать Инь была поистине дьявольским изобретением.
«Надо будет обязательно выпросить у нее этот читерский навык, чтобы не состариться раньше времени. Иначе с моей-то ленью я скоро начну рассыпаться от усталости после пары шагов, и в итоге просто срастусь со своей кроватью!»
— Тогда мы пойдем, бабуль! Акаба, подъем, хватит мозолить бабушке глаза, ей нужно отдыхать, — Цунаде властно махнула рукой, первой направляясь к выходу со двора.
— Я обязательно навещу вас снова, бабушка Мито! — Акаба крепко сжал в кулаке драгоценный жетон, отвесил глубокий, почтительный поклон и поспешил вслед за подругой.
— Хорошо-хорошо. Какой воспитанный мальчик, — пробормотала женщина, и от искренней улыбки ее глаза превратились в очаровательные полумесяцы.
Миновав величественные ворота поместья Сенджу, подростки вновь окунулись в шумную суету улиц Конохи. Едва их ноги коснулись оживленной мостовой, Цунаде начала подозрительно озираться по сторонам. Вдруг в ее медовых глазах вспыхнул опасный огонек, и она, словно гончая, взявшая след, резко свернула в темный, неприметный переулок.
Акаба, чьим единственным желанием было поскорее добраться до своей уютной берлоги, обреченно поплелся следом. Однако с каждым шагом маршрут казался ему все более знакомым и пугающим. Эта узкая, петляющая улочка вела лишь в одно место…
Худшие опасения подтвердились, когда из полумрака вынырнула яркая, зазывно мигающая вывеска: Казино «Сянмин».
— Эй, Цунаде, ты куда это намылилась? — Акаба резко остановился, сверля спину девушки подозрительным взглядом.
— Хе-хе-хе… Да так, зашла немного развлечься! — Цунаде обернулась. В ее руках, словно по волшебству, материализовался пухлый кошелек. Она похлопала по нему ладонью, и на ее губах заиграла предвкушающая, почти маньячная улыбка.
— То есть, ты хочешь вот так просто спустить только что полученные деньги в трубу? — Лицо Акабы вытянулось в комичной гримасе отчаяния.
С тех пор, как у юной принцессы Сенджу прорезалась нездоровая тяга к азартным играм, клан посадил ее на жесточайшую финансовую диету. И к гадалке ходить не надо — этот пухлый кошелек она явно выманила у бабушки, прикрываясь его же мангой!
— Чушь! В этот раз я сорву куш! — Цунаде гордо вздернула подбородок, излучая абсолютную, непробиваемую уверенность. — Мои навыки карточного шулера достигли небывалых высот! А что касается фейс-контроля…
Ее пальцы смазанным пятном сложили несколько печатей. Легкий хлопок, облачко белого дыма — и на месте юной куноичи уже стоял грузный, усатый мужчина среднего возраста, готовый вразвалочку, с видом заправского завсегдатая, ввалиться в игорный дом.
Акаба потерял дар речи. У этой сумасшедшей вообще есть хоть капля критического мышления? Она же проигрывает всегда! Впрочем, будь у нее хоть капля благоразумия, она бы в будущем не обросла легендарными многомиллионными долгами.
Тяжело вздохнув, юноша решил зайти с козырей.
— Только переступишь порог этой богадельни — и про плакат можешь забыть! — холодно припечатал он. — И тот особенный подарок, который я для тебя готовил, тоже отменяется.
— Чего-о-о?! — Мужчина средних лет в мгновение ока развеялся облачком дыма, обнажив разъяренное личико Цунаде. — Акаба, ты не посмеешь так со мной поступить!
— Я просил тебя передать мангу бабушке Мито, а ты вместо этого стрясла с нее деньги! — безжалостно продолжал наступление Акаба. — Сунешься внутрь — и я тут же доложу обо всем госпоже Мито!
— Ничего я не… Я не брала! Хватит нести чушь! — голос куноичи дрогнул, а в глазах мелькнула неприкрытая паника.
Это жалкое оправдание лишь подтвердило догадки юноши. Цунаде, готовая броситься с голыми кулаками на гигантского кабана, до дрожи в коленях боялась только одного человека в этом мире — свою обожаемую бабушку. Пусть Узумаки Мито и казалась ласковым одуванчиком, но ее искусство Фуиндзюцу было поистине ужасающим. И именно этих печатей юная картежница боялась больше смерти.
— Ну так что, мы идем домой или я поворачиваю обратно к поместью? — Акаба победно скрестил руки на груди.
— Л-ладно… Твоя взяла, — процедила сквозь зубы Цунаде. Она развернулась и, поминутно оглядываясь на сияющие двери казино, словно брошенная любовница, побрела прочь.
Акаба хмыкнул и зашагал следом, но внезапно интуиция забила тревогу. Он резко остановился. Пальцы юноши молниеносно сплели нужный узор, и его тело размылось в пространстве.
Мгновением позже внутри игорного зала раздался возмущенный писк. Акаба, использовав свой собственный Шуншин, мертвой хваткой вцепился в шиворот Цунаде, которая секунду назад оставила вместо себя теневого клона и на огромной скорости метнулась к игровым столам.
— Да как ты… Откуда у тебя такая скорость?! — В глазах пойманной с поличным девчонки читался коктейль из шока и жгучей обиды.
Опоздай он хоть на долю секунды — и ее фишки уже лежали бы на зеленом сукне! Успей она сделать хоть одну ставочку, ее душа была бы спокойна, даже если бы после этого ее ждала жесточайшая расправа от бабушки. Но быть пойманной вот так, когда половина тела уже в раю, а вторую грубо затаскивают обратно в ад — это было просто невыносимо!
http://tl.rulate.ru/book/180838/16957532
Готово:
