Син Джонхван отправился в комнату охраны и проверил записи камер, но на них ничего не было зафиксировано.
— Хочешь сказать, дверь в мой кабинет ни разу не открывалась?
— Да, всё верно.
«Не может быть...»
Он в недоумении собрался было уйти, но снова обратился к сотруднику охраны.
— Ах, вот ещё что. Разве не говорили недавно, что Чхве Ган исчез из комнаты для допросов, при том что дверь оставалась закрытой?
— Да, было такое.
Выражение его лица стало серьёзным, пока он шёл по коридору.
— Эти ублюдки что, призраки? Как они могут так беспрепятственно входить и выходить отсюда?
Если камеры ничего не зафиксировали, вычислить того, кто оставил записку, было практически невозможно.
Опасность всё ещё сохранялась, но сейчас самым важным делом был поиск карты.
— Карта... возможно, это мой шанс...
Однако ему велели привести высшего руководителя Баллас из Национальной разведывательной службы.
Конечно, он и не собирался этого делать. Если он доложит о подобном, его первым же делом назовут некомпетентным.
— Моё положение и так шаткое, я не могу докладывать об этом наверх. Я должен во что бы то ни стало решить это своими силами.
И как только он вернулся в свой кабинет, пришло сообщение. Там было указано место встречи.
Когда я зашёл в комнату на крыше, Чон Ихан подлетел ко мне.
— Ну как? Передал?
Если присмотреться, этот человек мне совсем не доверяет. Неужели я до сих пор кажусь ему тыловым агентом разведки? Кстати, это слово «тыловой» как-то неприятно задевает.
— Да~, всё передал.
— Как?
— «Как» — это не проблема, важно то, что он её получил.
Я поставил сумку и прошёл внутрь, где увидел Чхве Сохён, сидевшую на корточках в углу. Она украдкой поглядывала на нас, видимо, ей было очень любопытно, о чём мы говорим.
Я спросил Чон Ихана:
— Вы её покормили?
— Кого, эту бабу? Я что, по-твоему, с ума сошёл?
— Ха-а, ну, по возможности, давайте жить дружно, пока мы вместе. Мне даже как-то неловко, что она так связана.
— Я и сам-то ещё не завтракал.
— Вот именно. Поешьте сами, Чон Ихан, и Со Хён тоже покормите.
— Да я лучше собаку заведу.
При этих словах Чхве Сохён яростно сверкнула глазами.
— Собаку? Ты жить надоело?
— О, прости. Слово сорвалось. Просто у меня нет таланта за кем-то ухаживать или кого-то растить.
— Ва-а... с ума сойти. Дожила, меня с собакой сравнивают. Вот только развяжи меня, я тебя убью.
— Вот поэтому бешеных собак и держат на привязи.
— Что?.. Эй!
Первым делом я накрыл на стол. Чон Ихан ушёл, сказав, что ему нужно кое-что разузнать, и в итоге я остался наедине с Чхве Сохён.
— А-а~.
— А-а~ ням-ням.
— Хех.
— Чего вы смеётесь?
— Да просто странно так кого-то кормить. Никогда раньше этого не делал.
— У вас что, девушки не было? Влюблённые обычно делают так хоть раз.
— Не то чтобы у меня не было девушки, но это как-то не моё. И вообще, мы же сейчас не влюблённая пара?
Отчего она вдруг так занервничала?
— К-конечно! Нет, и вообще, где это видано, чтобы влюблённые кормили друг друга с ложечки, когда один из них связан? Это же психопатия какая-то.
Мы переглянулись, и стало как-то неловко. Атмосфера изменилась из-за того, что разговор постоянно сворачивал на тему отношений.
Но тут Чхве Сохён спросила:
— Но послушайте. Пока мы тут сидим, мне показалось, что вы оба не такие уж и плохие люди. Какое именно ложное обвинение на вас повесили?
— Вы же знаете, что при поступлении в Национальную разведывательную службу дают подписку о неразглашении?
— Ну, это...
— В нашем кодексе поведения из четырёх пунктов последний гласит: «Хранить безопасность как собственную жизнь и до конца оберегать служебную тайну». Хотя мы и пытаемся доказать, что на нас возвели ложное обвинение, это всё равно касается Службы, а значит, тайну нужно хранить. Это затрагивает и третий пункт: «Соблюдать верность и честь как агент государственной разведки».
Женщина обиженно отвернулась.
— Пф, что за... Если не хотите говорить, так и скажите, зачем эти отговорки. Эх, скучно.
— Ну а что поделать. У нас такая работа.
— Кстати. Вчера я слышала, что Чхве Ган — агент разведки. Полевой агент — это тот, кто работает «в поле», а что делает агент разведки?
Наверное, столько-то можно рассказать?
— В дорамах или фильмах видели людей, которые из оперативного штаба взламывают светофоры, меняют сигналы или сообщают позиции и маршруты врагов по камерам?
— А~.
— Вот этим я и занимаюсь.
— Значит, Чхве Ган тоже хакер?
— Да.
— Понятно.
Но вдруг её лицо изменилось.
— Ой, живот. П-послушайте, Чхве Ган. Извините, но мне... нужно в туалет.
— А?
— Я говорю, мне срочно в туалет нужно!
Сложно понять, правду она говорит или притворяется. С другой стороны, она связана со вчерашнего дня и, возможно, действительно ни разу не ходила.
— Ну правда, очень надо!
— Я... я развяжу только руки. Вы должны быстро сделать свои дела и выйти. И не вздумайте пытаться сбежать только потому, что я вас освободил. Ладно?
— Ой, да боже мой! Вы что, всю жизнь только в обмане и прожили? Мне что, прямо здесь это сделать? Хотите потом вместе жить в этой вони?
— Нет. Хорошо. Я развяжу только руки, так что быстро идите и возвращайтесь.
Она мелкими шажками поспешила в уборную. Мне почему-то стало тревожно. Неужели я зря это сделал?
— Не собирается же она меня вырубить и сбежать, раз я всего лишь агент разведки...
— «Если попробует, то быстро осознает свою ошибку».
— В таком случае, Брат Кера, прошу, полегче с ней.
— «Разве не нужно проучить её как следует?»
— Она же женщина. Моя мама говорила, что женщин бить нельзя.
Услышала ли она моё бормотание, но из туалета раздался голос Чхве Сохён:
— С кем вы там разговариваете? Тот человек пришёл? Чон Ихан или как его там?
— Нет. Просто сам с собой.
Послышался звук слива воды, и снова раздался голос:
— Всё.
— Тогда выходите.
Открывать дверь первым было как-то неудобно. Всё-таки находиться рядом с женщиной было во многом неловко.
Пока я ждал, дверь наконец открылась. Она, видимо, освободила и ноги тоже. Я увидел её уверенно улыбающейся, положив руки на пояс.
— Ноги... вы их развязали. Эх, я так и знал. Значит, про туалет вы наврали?
— Нет, мне правда было нужно, но я подумала, что заодно неплохо бы и от путов избавиться.
— Давайте-ка я вас тихонько свяжу обратно.
— Самой себе связать ноги? Это ещё зачем?
— Если я вас так отпущу, у меня будут неприятности.
— Послушайте, Чхве Ган. Честно говоря, я уже разобралась в ситуации. Пожив с вами, я поняла, что вы не преступники. И то, что вы так заботитесь обо мне, показывает, что вы человек добрый. По тому, что вы делаете, я вижу, что это не спектакль для меня. Похоже, вы пытаетесь с кем-то связаться, чтобы снять ложное обвинение. Так зачем вам меня удерживать?
— И какой из этого вывод?
— Я пока присмотрю за вами.
— Что?
— Я могла бы вырубить вас, Чхве Ган, и сбежать, но мне любопытно, почему всё это происходит. Судя по всему, если дело выгорит, его не предадут огласке, а замять под предлогом секретности. Так что я хочу хотя бы удовлетворить любопытство. Хотя мне ещё нужно убедиться, действительно ли это ложное обвинение.
Эта женщина — настоящий объект для исследований.
— Значит, убегать не собираетесь?
— Да.
— Будете наблюдать за нами здесь?
— Какая разница — буду я здесь связанной или просто буду жить с вами? К тому же, вы оба, похоже, в розыске. Сбегать за едой и прочим — разве я не буду вам полезна?
Джерароба вставил своё слово:
— «Скажи ей, чтобы не смела хитрить! Мы можем и магией невидимости что-нибудь украсть!»
— Воровство недопустимо.
— Кто это собрался воровать? С чего это я вдруг?
— Нет, я не про вас...
Можно ли ей верить? Ситуация становится какой-то неопределённой. И что мне сказать Чон Ихану, когда он вернётся?
Чон Ихан вернулся. Если подумать, этот человек тоже никогда не говорит, куда идёт и зачем. Хотя всегда расспрашивает меня, если я собираюсь уходить.
Как и следовало ожидать, войдя, он замер в изумлении.
— Что за дела? Почему эта девка развязана?
— Ну, тут такое дело...
Я спокойно объяснил ему условия нашего уговора. Он был в полном недоумении.
— И ты её вот так отпустил? Ты с ума сошёл? А если она притворится, уйдёт, а потом вернётся с толпой полицейских, что тогда делать? А если она вообще член организации, тогда что?!
— Мы договорились, что когда она будет уходить и приходить, мы будем завязывать ей глаза. Так мы хотя бы выиграем время, чтобы сбежать.
Чхве Сохён вмешалась:
— Послушайте, Чон Ихан. Честно говоря, я могла бы вырубить Чхве Гана и сбежать. Разве вы не понимаете, что я сижу здесь смирно?
— Ты что сделала бы с Ганом? Считай, что тебе повезло, раз ты даже не пыталась.
— Что это значит?
Ах, точно. Вспомнил, Чон Ихан ведь фотографировал, как я дрался на свалке. Раз он знает мои способности, неудивительно, что он так говорит. В любом случае, хватит ссор.
— Ладно, объяснений достаточно. В общем, решено: давайте поживем так несколько дней.
Немного нелепо, но началась совместная жизнь с двумя людьми в этой странной ситуации. На какое-то время мы решили сотрудничать.
В ту же ночь, в 8 часов. Чон Ихан и Чхве Ган заранее прибыли на место встречи и осматривали окрестности. Спрятав машину, которую они сделали невидимой, чтобы в любой момент можно было уехать, они наблюдали за тем, кто появится.
Бр-р-рум.
Вскоре появилась машина.
— Прибыл.
Машина, остановившаяся между заводскими постройками, казалось, выжидала, следя за обстановкой. Чон Ихан переглянулся с Чхве Ганом и спустился вниз. Он думал о том, чтобы просто следить, но целью было похищение того, кто явится.
Ведь если это действительно высокопоставленный член Баллас в Национальной разведывательной службе, то через него можно выйти на всех остальных участников организации в ведомстве.
Шурх.
Когда Чон Ихан показался перед машиной, дверь открылась, и кто-то вышел. Это был Син Джонхван.
— Так это ты руководитель Баллас в Службе?
— Да, я. Разве ты не поэтому оставил ту записку у меня на столе?
— Хм, я думал, там будет кто-то уровня заместителя директора.
— Хоть мы с Хо Санхуном оба и в должности начальника отдела, в иерархии Баллас мой ранг выше.
Тем временем Чхве Ган подобрался ближе к Син Джонхвану и обратился к Джераробе:
— Дедушка, пора.
Вскоре из уст Чхве Гана сорвалось заклинание:
— Натюлла Миброулла.
Пока Чхве Ган бесследно исчезал под действием магии, Син Джонхван спросил Чон Ихана:
— Ты обещал вернуть карту. Если отдашь её, мы перестанем тебя преследовать. Так что просто отдай её по-хорошему.
Чон Ихан увидел, как к его ногам подкатился камень. «Уже всё готово? Когда он успел? Я даже не заметил его движений».
Но раз сигнал подан, оставаться здесь больше не было смысла. Ведь Син Джонхван вряд ли пришёл один. Поэтому он резко сорвался с места и быстро исчез.
— Что? Эй, Чон Ихан! Ты куда! А ну стоять!
Син Джонхван поспешно передал по рации:
— Чон Ихан убегает! Ловите его!
Едва он договорил, как в небе зажужжали многочисленные дроны. Одновременно с этим из разных укрытий высыпало более тридцати человек, которые бросились в погоню за Чон Иханом.
Син Джонхван наконец расплылся в улыбке.
— Попался, ублюдок. Наконец-то.
Он считал, что с таким кольцом окружения поймать его будет проще простого. На его лице застыло выражение триумфа, будто дело уже сделано.
Однако мгновение спустя ему пришлось выслушать шокирующее известие.
— Что?! Упустили? Что за бред вы несёте! Как можно было упустить одного человека такими силами?!
— Мы сами не понимаем, как это вышло, его нигде нет!
— Тупицы!.. Ищите везде, он может прятаться где-то поблизости! Найдите его во что бы то ни стало!
Они исчезали бесследно каждый раз, когда их пытались выследить. Теперь уже и Син Джонхвану до смерти захотелось узнать, в чём же их секрет.
— Мы словно за призраками гонимся... Что же они такое?
http://tl.rulate.ru/book/180821/16888563
Готово:
