Начальник отдела Ко Мугём пристально наблюдал за моей реакцией, словно выискивая что-то, а затем спросил:
— Хочешь сказать, что не знал?
«С чего это ты меня спрашиваешь? Какая у тебя цель?»
— Да... абсолютно. И почему вы спрашиваете об этом меня? Неужели!.. Вы меня подозреваете?
— Кто знает. Может, это сделал ты, а может, Чон Ихан или Хо Санхун, чьё местонахождение до сих пор неизвестно.
— П-погодите! Это точно не я. Зачем мне это делать? Я лишь хочу снять с себя ложное обвинение! С какой стати мне творить подобное? Я верил только заместителю директора Син Джэ Сопу!
— Некоторые из нас считают, что и то видео, которое ты передал, и смерти директора со старшим заместителем — всё это часть хитроумного плана по дестабилизации Национальной разведывательной службы.
— Что за бред!.. Зачем мне это?
— Будь то смена директора Службы, чистка внутренних рядов или тёмные замыслы внешних сил — сейчас нет возможности узнать наверняка. В любом случае, отчёт пойдёт президенту, так что перемены неизбежны. Можно считать, что цель достигнута.
— Невероятно... То есть вы утверждаете, что я к этому причастен?
— Вчера, во время транспортировки в Службу, Мацуока Хару погиб в результате нападения неизвестных. Вокруг было много людей, поэтому инцидент выдали за несчастный случай, но в тот день мы потеряли четверых агентов.
— Мацуока Хару тоже погиб!.. Значит, кто-то убивает свидетелей и устраняет всех, кто пытается докопаться до истины! Как можно считать это простой попыткой расшатать Службу?
Ко Мугём в упор посмотрел на меня.
— А если нет, то почему, по-твоему, всё это происходит?
Причина происходящего?
В этот момент в голове всплыло лишь одно.
— Та карта! Точно. Та карта, которая была у агента Чон Ихана! Мацуока говорил, что Чон Ихан забрал нечто важное, и именно поэтому его подставили! Вот в чём корень всех проблем!
— Это лишь твои слова.
— Что?!
— Твои слова и бред сумасшедшего, который тебе поддакивал. Какие ещё есть доказательства?
— Это...
— К тому же, мы навели справки в корпорации «Каксин», и утечка наших секретных данных по искусственному интеллекту в их руки подтвердилась. Есть что сказать по этому поводу?
Это означало, что ложное обвинение всё ещё в силе.
Заместитель директора Син Джэ Соп, которому я доверял, мёртв. Мацуока Хару, из которого мне едва удалось выбить признание, тоже мёртв.
Всё, что я делал до сих пор, оказалось напрасным.
Тупик.
— И... и что теперь со мной будет?
— Ты взял деньги, запугал Мацуоку Хару, заставив его лгать, а затем устранил его, чтобы скрыть правду и снять с себя подозрения. Вот моё мнение.
— Быть не может...
«Он что, издевается? Ух, как же хочется ему врезать! Сил моих нет!»
— Похоже, ты угодил в чертовски ловкую ловушку.
— Этот парень явно намерен тебя окончательно запутать.
Словно подтверждая слова голосов, Ко Мугём произнёс:
— Думаю, ты слишком недооценил нашу Службу. Неужели ты полагал, что мы просто проглотим подброшенные тобой улики и поверим всему на слово? Умный парень, а совершил такую глупую ошибку.
Нет!
Всё не так!
Не смей так легко вешать на меня всех собак!
— А... а как же смерть заместителя директора Син Джэ Сопа и директора Син У Бома?
— Нам ещё предстоит расследование, но, честно говоря, я немного разочарован. Я надеялся, что ты сам всё разъяснишь. Но, видимо, я ошибся. А ведь было бы гораздо лучше, если бы ты просто во всём признался.
Он уже видит во мне преступника.
Они правда собираются вести расследование в таком ключе?
Значит, на меня теперь ещё и убийство повесят?
Почему у меня такое нехорошее предчувствие, будто на месте происшествия обязательно найдут какую-нибудь вещь с моими отпечатками?
Он спрашивал так, будто цель уже намечена, а значит, они способны на всё.
— Так что хорошенько подумай и прими мудрое решение. Ошибка может стоить тебе пожизненного срока или даже чего-то похуже.
Ко Мугём поднялся со своего места.
— Если всё пройдёт удачно, возможно, тебя накажут только за утечку промышленных секретов. Если станешь свидетелем по делу Отдела 7 и поможешь поймать агента Чон Ихана или начальника отдела Хо Санхуна, это зачтётся при вынесении приговора. Даю тебе время подумать.
Я остался один. В голове была пустота, в комнате для допросов воцарилась тишина.
Какое-то время я не мог ни о чём соображать.
Чувство такое, будто меня заперли в тесной железной клетке, из которой нет выхода.
Это и есть моё будущее?
Хотя нет, тюремная камера будет чуть просторнее.
— Нет, нет! С ума сошёл? Просто сдаться? Нужно найти способ. Я не могу позволить ложному обвинению разрушить мою жизнь!
Я пришёл в себя и попытался собраться с мыслями.
Судя по словам Мацуоки, внутри Службы определённо есть человек, который меня подставил.
Было неясно, указывал ли первый слог «Син» на фамилию или на что-то другое.
Но это было первое, что стоило проверить, и я всё ещё придерживался этой версии.
Но помимо него должны быть и сообщники!
Какой бы ни была цель, он не мог провернуть такое в одиночку.
Должны быть и те, кто содействовал, и те, кто подчинялся.
А что насчёт Ко Мугёма, который только что ушёл?
«Если подумать, он с самого начала задавал вопросы так, будто всё уже решил... Словно я обязан взять на себя всю вину...»
— Нам тоже так показалось. У этого парня явно странные намерения.
Я посмотрел в зеркало.
Мне казалось, что с той стороны зеркала Ко Мугём наблюдает за моим замешательством.
Предположения Чхве Гана оказались верны.
По ту сторону зеркала за ним наблюдали заместители директора 1 и 2. Вместе с ними был и начальник отдела планирования и координации Пак Мён Хун.
Ко Мугём, молча наблюдавший до этого, повернулся к ним троим:
— Что скажете?
— Твой напор выглядел немного натянутым. Ты ведь сам это понимаешь?
— Моей целью было заставить его почувствовать себя максимально загнанным в угол. Чтобы он подумал: «Если не хочу отвечать за всё остальное, нужно признаться хотя бы в малом».
На вопрос заместителя директора 1 Ян Тхэ Сока Ко Мугём ответил уверенно.
Вскоре заговорил заместитель директора 2 Юн Сон Джун:
— Сейчас все записи с места аварии Мацуоки стерты. И я думаю, что на такое способен только один человек — хакер и агент поддержки Чхве Ган, который сидит там.
В этот момент лицо начальника отдела планирования и координации Пака Мён Хуна исказилось от недовольства.
— Мне доложили, что видеорегистраторы машин, проезжавших в то время, и мобильные телефоны тоже были похищены. Человека, который первым сообщил о происшествии, не могут найти. Полагать, что агент Чхве Ган провернул всё это в одиночку — перебор.
— Значит, Чон Ихан или Хо Санхун ему помогали. Разве это не очевидно?
При упоминании имени Хо Санхуна лицо Ко Мугёма на мгновение окаменело. Он всеми силами пытался выгородить его, но, похоже, выхода не было.
Заместитель директора 2, сверля Чхве Гана взглядом, скомандовал:
— В общем, Ко, тряси этого мерзавца, пока он всё не выложит.
— Слушаюсь, господин заместитель директора.
Когда заместители директора 1 и 2 вышли, Пак Мён Хун спросил оставшегося Ко Мугёма:
— Ты и правда так думаешь?
— Простите?
— Об этом Чхве Гане. Ты действительно считаешь, что он убил Мацуоку и остальных агентов?
— Прямых улик нет, но и гарантии, что он этого не делал — тоже. Поэтому он остаётся в списке подозреваемых.
— И утечка технологий в «Каксин» — правда?
— Да.
Пак Мён Хун кивнул.
— Понятно. Раз дело приняло такой оборот, давайте проведём расследование по всем направлениям. Допрос Чхве Гана оставляю на тебе.
— Слушаюсь, господин начальник отдела.
Сидя в одиночестве в комнате для допросов, я чувствовал, как внутри всё закипает.
В памяти всплыла сцена, как агент Чон Ихан вошёл в офис Отдела 7 и передал карту Хо Санхуну.
И погибшие сотрудники Отдела 7.
Честно говоря, поначалу я думал только о том, как бы мне самому выпутаться.
Искренне говоря, мне было важнее позаботиться о маме, чем думать о несправедливо погибших людях.
Для любого человека своя семья — самое ценное.
«Значит, вы вот так запели. Я пытаюсь выбраться, а вы упорно тащите меня обратно... Ладно, хорошо. В таком случае, мне тоже терять нечего. Вам придётся ответить за то, что довели меня до безумия».
— Правильно, вперёд! Теперь пойдём напролом!
Я пытался просто снять с себя обвинения.
Но раз Син Джэ Соп мёртв, этот план провалился.
Больше я не позволю собой помыкать.
Отныне правила диктую я!
— По ту сторону зеркала движение прекратилось. Похоже, они ненадолго отошли. Если хочешь действовать — сейчас самое время.
— Спасибо, старший брат. В конце концов, придётся воспользоваться силой дедушки.
Расположение камер мне уже было известно.
Две на потолке, одна скрыта в стене, и ещё одна за зеркалом.
Я достал из-за обшлага разорванного рукава самодельную рогатку размером с пол-ладони и, зарядив её шариком с краской, выстрелил в камеру.
Тхэк! Тхэк-тхэк! Тхэк!
Надо же, как метко они лопались.
Маленькая, но очень полезная вещица.
Резинка натянута туго — если зарядить стальным шариком, то и череп проломить можно.
— Закрыл все, кроме той, что за зеркалом.
Я усмехнулся и, чувствуя невероятное облегчение, выпустил оставшиеся семь шариков прямо в зеркало.
Тхэк! Тхэк! Тхэк!
— Ой! Ай, черт... На одежду попало.
Знал бы — не надевал бы приличные вещи.
Зря только вчерашнюю обновку испортил.
Как бы то ни было, все камеры я заляпал.
Вид зеркала и стен, залитых зелёной краской, пробудил во мне азарт.
— Замучаетесь отмывать. Кхе-кхе.
— Ху-ху-ху.
— Это точно. Кх-кх-кх.
Ко Мугём, ненадолго отлучившийся в уборную, вернулся в комнату наблюдения и замер от неожиданности, увидев потемневшие экраны.
— Что за!..
На всякий случай достав пистолет, он ворвался в комнату для допросов.
Распахнув дверь и тщательно проверив пространство за ней, он впал в ступор при виде залитого зелёной краской помещения.
— Да что здесь произошло!.. И куда делся этот гад?
Вскоре здание Национальной разведывательной службы огласил вой сирен.
[«Агент Чхве Ган совершил побег! Всем агентам перекрыть выходы и приступить к поиску Чхве Гана! Повторяю! Агент Чхве Ган совершил побег! Всем сотрудникам Службы найти Чхве Гана!»]
Перепуганные заместители директора выбежали из кабинетов и окликнули Ко Мугёма, идущего по коридору:
— Что случилось? Какой ещё побег Чхве Гана?!
— Он правда сбежал?
Ко Мугём ответил:
— Да. Дверь изнутри не открывается, но комната для допросов разгромлена, а его там нет.
— Хочешь сказать, кто-то открыл ему снаружи?
— Нужно проверить записи с камер.
Все трое поспешили в отдел безопасности.
— Покажите записи из комнаты для допросов и коридора. Все, что есть.
— Слушаюсь, начальник отдела.
На видео было заметно, как Чхве Ган разрывает рукав, достаёт маленькую рогатку и расстреливает каждую камеру.
Но на этом всё.
Когда включили запись с камер в коридоре за тот же промежуток времени, дверь в комнату для допросов ни разу не открывалась.
Камеры зафиксировали лишь ошарашенного Ко Мугёма, который вошёл в комнату наблюдения, а затем бросился в допросную и застыл там в растерянности.
— Дверь не открывалась? Тогда куда он, черт возьми, делся?
— На записях нет момента, где Чхве Ган выходит.
— Не может быть...
Заместители директора насели на него:
— Ты уверен, что его там не было?
— Уверен! Сами посмотрите. Даже после того, как я вышел, оттуда больше никто не появлялся!
— Да как такое возможно? Исчез прямо из запертой комнаты! Это же бред какой-то!
http://tl.rulate.ru/book/180821/16888551
Готово:
