Сольран, Ким Джонмин.
Он был известен как Охотник 20-го уровня или выше, но никто не знал его точного уровня.
Если бы он захотел, он мог бы сообщить об этом, но пока сам Охотник этого не желал, не существовало способа узнать это насильно.
Когда такой человек объявил о создании гильдии, названной в его честь, люди выразили обеспокоенность.
«Ещё слишком рано».
«Разве ему не стоит поучиться ещё?».
«Он слишком молод, чтобы возглавлять гильдию».
И так далее.
Однако ему пришлось создать Гильдию, хотя бы для того, чтобы отстоять свою волю. И до сих пор она росла без особых проблем.
С момента основания Гильдии прошло три года.
Затем случился этот инцидент, и всего за три дня почти половина из тридцати членов Гильдии оказалась в больнице.
Скрежет зубов.
Ощущение собственного бессилия угнетало.
Тот факт, что нет никакого способа помочь товарищам и младшим коллегам, умирающим в больнице.
— ...Значит, это и есть чувство беспомощности?
Ему казалось, что все те негативные слова, которые говорили люди, отговаривавшие его при основании Гильдии, могли оказаться правдой.
— Фу-ух...
Тяжелый вздох.
Столь глубокий, что казалось, будто земля вот-вот провалится.
Бип!
— Глава гильдии Сольран, тут пришёл человек, который хочет поговорить по поводу пациента Сон Мёнхуна.
Из интерфона, стоявшего у изголовья кровати, донёсся голос дежурной медсестры.
Сон Мёнхун? Сейчас ему совсем не хотелось слышать имя этого паршивца.
Однако сказали, что дело не в самом Сон Мёнхуне, а в «деле», связанном с ним.
— ...Я встречусь с ним.
Он не питал особых надежд, но в нынешнем состоянии готов был ухватиться даже за гнилую соломинку.
И вот, спустя мгновение, глядя на человека, вошедшего в палату...
— Фу-ух...
Снова вырвался глубокий вздох.
Ожидания, как и следовало ожидать, не оправдались.
Это было знакомое лицо, и человек этот, по его мнению, был далек от того, на что он надеялся.
— Зачем пришёл?
— ...Благодарю вас. Я слышал, вы защитили приют.
Горькая усмешка сорвалась с губ.
Монкибеар, вопреки своему милому названию, был силён, очень силён.
— Вы случайно не жалеете об этом? — спросил Сонджин.
Жалеет ли он о том, что исполнил просьбу Мёнхуна? Не ненавидит ли он Сон Мёнхуна, который просто безучастно наблюдает за тем, как из-за этого пострадали многие товарищи и члены Гильдии?
— Кхе-хе, жалею? О чём? Если ты спрашиваешь, жалею ли я о том, что защитил детей, то нет. Мы бы сделали это и без просьбы Мёнхуна. В этом и заключается причина, по которой я создал Гильдию.
— Тогда жалеете ли вы о чём-то другом?
— Ты что, решил поиграть со мной в загадки? Говори, зачем пришёл, и уходи поскорее. У меня нет настроения вести праздные беседы со студентом.
И Мёнхун, и этот мужчина перед ним...
Оба они были непоколебимы.
Сонджин так и подумал.
Наверное, мир всё ещё стоит того, чтобы в нём жить, именно благодаря таким людям.
— Кажется, я могу вам помочь.
— ...Помочь? Каким образом? Ты что, целитель?
В голосе не было дружелюбия.
Должно быть, он догадался, что тот связан с Мёнхуном и, вероятно, является его братом из приюта.
— Я могу приготовить вкусную еду.
— Что? Еду?.. Ты хочешь сказать, что накормишь нас обедом?
— Да.
— Ха, ха-ха-ха. Просто нелепо... Проваливай немедленно.
Ким Джонмин чувствовал себя почти героем за то, что не запустил в него подушкой. В такой ситуации прийти и сыпать соль на рану.
— ...Еду с исцеляющим эффектом.
Пока он не дослушал следующую фразу.
— Мёнхун.
— Да.
Верить или нет? Разум кричал, что это бред, но он специально вернулся сюда.
А если это правда? Если эти нелепые слова — истина?
Чем пройти мимо и потом жалеть, он предпочёл проверить даже явную чушь.
— ...Этот картофельный суп... это правда?
Мёнхун, хотя слова были вырваны из контекста, усмехнулся. Подумав, что, возможно, он с самого начала верил, что всё так и будет.
— Сонджин приходил к вам. ...Это правда.
— Ох...
Значит, правда.
Он знал, что в мире есть Охотники с самыми разными способностями. Но, боже правый.
— ...Съев еду, можно исцелиться?
Впрочем, Мёнхун, которому задали вопрос, тоже не знал подробностей.
Он просто съел картофельный суп, приготовленный Сонджином, думая, что это его последняя трапеза.
Это было вкусно.
Он был счастлив.
Может быть, потому что он считал это последним приёмом пищи, суп показался ему ещё вкуснее, но почему-то от него становилось тепло на сердце.
Он почувствовал, что может спокойно закрыть глаза, и его одолел сон.
Такой теплый картофельный суп, который заставил его не чувствовать сожаления, даже думая, что это его последние мгновения.
Но потом он снова проснулся. К тому же, боль полностью исчезла.
Даже глядя на суетящегося врача, который стоял рядом и кричал: «Это чудо! Это чудо!».
Ему почему-то казалось, что это вовсе не чудо.
Он лишь смутно чувствовал, что Сонджин что-то сделал.
— Брат Сольран.
Обычно он вежливо называл его «Глава гильдии», но сегодня почему-то захотелось назвать его просто братом.
— Да.
Дошло ли до него это чувство, или же он был слишком напряжён, чтобы заметить.
— Просто попробуйте, — сказал Мёнхун, улыбаясь.
100 Очков в денежном эквиваленте — это десять миллионов вон.
Поверит ли кто-нибудь, что их тратят на покупку всего лишь одной банки меда(?).
— ...Хочешь купить ещё?
Рынок неподалеку от Больницы при Ассоциации пробужденных.
Снова придя туда, Сонджин направился в «Хантерс Март».
Чтобы приготовить картофельный суп с эффектом восстановления здоровья.
Чтобы раздобыть «Маточное молочко гигантской пчелиной матки», которое обязательно должно входить в его состав.
— Нет в наличии.
— ...Что?
Об этом он даже не подумал.
Неужели он не сможет достать ингредиенты.
— Понимаешь, «Маточное молочко гигантской пчелиной матки» появляется не так уж часто. То, что ты взял в прошлый раз, было продано впервые почти за месяц. Я не могу держать такой товар на складе в огромных количествах.
— Тогда когда оно снова поступит?
— Хм, ну, если я свяжусь с Охотниками, которые входят во Врата... Думаю, в течение недели раздобудем.
Неделя?
Сейчас в больнице полно пациентов, которым дорога каждая минута, и он не мог просто сидеть сложа руки и ждать.
— Может быть, его продают в другом месте? Мне оно очень нужно.
— Ну и ну... Неужели оно настолько вкусное? Парень, ты, должно быть, сын богатых родителей? Всё же в такое время лучше быть поскромнее, не так ли?
Его лицо, рассуждающее о пустяках с беззаботным выражением, казалось даже неприятным.
— Дядя!
— А, ладно, ладно. Подожди минутку.
Зайдя в небольшой кабинет, обустроенный в глубине магазина.
«Алло, да. Есть? А-а. Понял».
Кхм.
Покашливая, он снова появился.
— Парень, тебе повезло. Кажется, какая-то Гильдия сегодня собрала его неподалеку. Правда, всего 100 грамм.
Сонджин вздохнул с облегчением.
Всё равно у него не было Очков, чтобы купить больше.
— А есть ли у вас «Мед гигантских пчел»?
— О! Этого добра у нас хватает.
Всё равно при приготовлении картофельного супа нужно добавлять сахар или патоку.
И гораздо лучше заменить этот сахар мёдом.
К тому же, если одного маточного молочка будет недостаточно, не лучше ли дополнить его мёдом?
Так Сонджин вложил все свои последние Очки.
.
.
.
Возможно, из-за недостаточного количества маточного молочка эффект исцеления наступал довольно медленно.
В отличие от Мёнхуна, который полностью излечился от переломов всего тела за три дня, у других Охотников это занимало до месяца.
Однако с тех пор, как начали давать картофельный суп, количество смертей среди Охотников сократилось до минимума.
И постепенно поползли слухи.
О «чудодейственном супе».
И вопрос о том, кто же создал этот чудодейственный суп, начал распространяться — потихоньку, шаг за шагом.
В приюте «Надежда» и раньше была светлая атмосфера, но в последнее время там стало ещё оживлённее.
Смех детей не прекращался, и Хан Юнджон могла позволить себе немного отдохнуть.
— Директор, я закончил со стиркой. Я заметил, что вещи немного износились, так что, если вы не против, на следующей неделе я хотел бы устроить небольшой благотворительный концерт.
Вещи в приюте редко бывали новыми, но какое отношение это имело к концерту?
Однако вес слов зависит от того, кто их произносит.
— Ой, Ёнбин. Проходите, — Хан Юнджон широко улыбнулась Чо Ёнбину, стоявшему у двери кабинета.
Всего один человек.
Благодаря ему в последнее время в приюте «Надежда» не переводятся волонтеры.
Стоило пойти слуху, что лидер группы Spring Чо Ёнбин заходит сюда в свободное от расписания время, как многие поспешили последовать его примеру.
— В эти дни благодаря вам, Ёнбин, в приюте стало так оживлённо. Думаю, это потому, что стало больше молодежи. Это всё ваша заслуга. Большое спасибо.
— Ха-ха, ну что вы. И, Директор, пожалуйста, говорите со мной проще.
Чо Ёнбин почему-то сильно отличался от того, каким был в начале.
После того как выяснилось, что слухи об избиениях членов команды были всего лишь недоразумением, его имидж даже улучшился.
И, похоже, документальный фильм, снятый в приюте, оказал в этом процессе немалую помощь.
Конечно.
«А-а-а-а! Говорят, на ТыТюбе уже пять миллионов просмотров. Я теперь только увижу Соён — сразу бегу... Брат, спаси меня!»
Был один ребенок, который страдал тем больше, чем популярнее становилась эта передача.
Но большинство людей смотрели её с доброй улыбкой.
Даже понимая, что это смонтированное видео, они чувствовали, как от него теплеет на душе.
— Мама, я пришёл.
— А, Сонджин, это ты?
Сонджин встретился взглядом с Ёнбином.
— ...Ты опять здесь?
— Эй, ты мог бы хоть разок мне обрадоваться, а? Кстати... где Сольхи?
— Сольхи? Сольхи с друзьями... А ты почему о ней спрашиваешь?
— А? Да так... просто нужно кое-что спросить.
Кхм.
И чего это он покашливает?
Сольхи, конечно, красавица, каких поискать, но Чо Ёнбин — знаменитость.
Причем суперзвезда из суперзвезд, которую все вокруг боготворят.
«Да ну, не может быть...»
Вокруг него наверняка полно девушек-айдолов.
Сонджин просто отмахнулся от этой мысли с улыбкой.
Наверное, и правда ищет её, потому что нужно что-то спросить.
Он считал, что мимолетные романы знаменитостей совершенно не подходят Сольхи.
Он категорически не желал, чтобы Сольхи, которая была ему как родная сестра, страдал.
— Но я слышал... ты собираешься устроить концерт?
— А, ну, это не будет чем-то грандиозным.
Концерт, но не грандиозный?
Для Сонджина это было не совсем понятно.
Концерт по определению требует сцены, постановки, планирования.
А также масштабной рекламы для привлечения зрителей.
— Разве бывают не грандиозные концерты?
— Я просто хочу провести благотворительный концерт. В узком кругу.
Концерт в узком кругу.
Ему доводилось видеть подобное пару раз.
— Ты имеешь в виду что-то вроде... ужина с шоу?
— Эй, эй... Как ни крути, я еще не в том возрасте, чтобы давать ужины с шоу.
Давным-давно бывали случаи, когда знаменитые зарубежные певцы устраивали маленькие закрытые концерты-ужины, приглашая только самых влиятельных людей общества.
И его самого когда-то просили приготовить еду, чтобы украсить такое выступление.
Поэтому, хоть он и не знал в точности, что задумал Чо Ёнбин, он примерно уловил суть.
— То есть ты собираешь только тех, кто «в теме»?
— О, верно. Поэтому у меня к тебе просьба, ты ведь поможешь?
Хм.
Сонджин слегка наклонил голову и сказал:
— Сначала послушаю?
http://tl.rulate.ru/book/180818/16887955
Готово:
