Куда ни глянь — повсюду простиралась бескрайняя галактика, и посреди звёздной пустоты Гоинг Мерри замер, севший на мель в океане пустоты. А на борту каждый из Пиратов Соломенной Шляпы тонул в собственной пучине безумия…
【Луффи: Квантовое обжорство】
Сплав кладовой двери продавила вмятина, в точности повторяющая человеческий силуэт: резиновый желудок Луффи пожирал саму плоть корабля. Зрачки его распались на шесть зубчатых шестерён, а по краям соломенной шляпы прорезались острые клыки.
— Гир Четвёртый: Принудительное Связывание! — прохрипел он сквозь стиснутые зубы.
— Выкиньте… меня… отсюда… пока я не сожрал всё!
【Зоро: Арена Вечности】
Из тренировочного зала с гравитацией доносился высокочастотный лязг стали: при шестикратной тысяче g Зоро рубился с девятью зеркальными отражениями самого себя. С каждым уничтоженным двойником клинок прорезал всё более точные мерные разломы, а на цубе Вадо Ичимондзи распахнулся налитый кровью сложный глаз.
— Мало… — выдохнул он, облизнув потрескавшиеся губы. — Слишком мало…
— Стиль трёх мечей: Отречение!
【Нами: Метеозависимая】
Штурманская превратилась в око урагана. Климатическим Жезлом Нами переплавляла объявления о розыске Барок Воркс в тонкую золотую фольгу. Рыжие волосы развевались ионизированным облаком, а на кончиках пальцев плясали молнии, выжигавшие в переборках координаты Пустого Столетия.
— Ещё один гамма-всплеск… — шептала она, не отрывая взгляда от приборов.
В последний миг просветления Нами вонзила в собственную ключицу наручник из Морского камня — удерживая остатки человечности через адскую боль.
【Санджи: Тиран эстетики】
Кухня обернулась кровавой галереей. Санджи высекал из пойманных механических морских чудищ изломанные шедевры. Правый глаз его превратился в измеритель золотого сечения, а удары ног оставляли в воздухе спиральные траектории, тающие медленно, словно дым.
— Несовершенно… всё несовершенно…
Брук попытался заморозить кухню могильным холодом Йоми, но с ужасом обнаружил, что и в абсолютном нуле Санджи продолжает выпиливать ледяные розы.
【Чоппер: Генный алхимик】
В медблоке бурлили культуральные баки, источая тревожную флуоресценцию. За семьдесят два часа Чоппер реконструировал четыре сотни инопланетных геномов. Рога его расщепились в джунгли пробирок, копыта обернулись молекулярными иглами, а голос осип от бесконечного озвучивания генетических кодов.
— Ещё чуть-чуть… ещё немного…
— Остановите… меня…
【Робин: Жажда всеведения】
Стены библиотеки покрылись кровавыми уравнениями, и клоны Робин один за другим самовоспламенялись, не выдерживая чтения многомерной памяти. Её сложные глаза прозревали на семьдесят два часа вперёд: Фрэнки подрывает себя ядром двигателя, струны Брука удушают Нами.
— Нельзя говорить… невыразимо… — шептала она пересохшими губами.
【Фрэнки: Зависимость от механического возвышения】
Из дока неслись жуткие звуки распиливаемой плоти: Фрэнки вплавлял самого себя в двигатель Гоинг Мерри. Механические руки его обросли биологической нервной сетью, позвоночник сменился осью варп-двигателя, а голос охрип от слияния с инопланетным металлом.
— Недостаточно SUPER… — прорычал он сквозь скрежет шестерён.
— Приварите… меня к реактору…
【Усопп: Материализация лжи】
Пол оружейной мастерской был усыпан овеществлёнными ложными творениями: рыдающими снарядами, рогатками с человеческими лицами, арбалетными болтами, что сами строчили хорроры. Усопп съёжился в углу, прижав к горлу кинжал из Морского камня.
Голосовые связки его, надорванные от чрезмерного использования меметического импульса,
кровоточили — каждый вздох порождал случайные искажения реальности. Когда пришёл сигнал бедствия от Чоппера, Усопп напряг волю и сплёл последнюю ложь.
【Брук: Кара вечного одиночества】
Пол музыкальной комнаты был устлан осколками костей от неудавшихся самоубийств — Брук перепробовал девятьсот способов оборвать собственную вечность. Его скрипка обросла нервными струнами: каждая нота заставляла слушателей разлагать самих себя изнутри.
— Жить… слишком больно…
【Финальный удар колокола】
В ночь полнолуния биологическое сознание Гоинг Мерри пробудилось, и из носовой фигуры заструилась квантовая кровь Иэна Стеллара. Всех мутировавших членов экипажа неведомая сила силой созвала на палубу — части их тел сами собой собирались в Звёздные Врата.
— Степень меметического слияния — девяносто восемь процентов, — корпус корабля отрастил бронзовые голосовые связки, и низкий гул прокатился по доскам. — Запуск Протокола Посева неминуем.
Луффи зубами-чёрными дырами разорвал пространственную трещину, обломок клинка Зоро рухнул в ядро корпуса, Нами подорвала бережно хранимый чип солнечной вспышки. В сиянии общего саморазрушения Чоппер впрыснул в реактор последнюю дозу антител.
Взрыв разнёс Гоинг Мерри на бронзовые лепестки, плоть и кровь команды распустились в вакууме мерцающей туманностью. Когда сияние угасло, обломок с клочком соломенной шляпы начал тихо пульсировать новой жизнью.
http://tl.rulate.ru/book/180756/16935950
Готово:
