— Как подготовка? О питчере ведь почти ничего не известно.
— Не то чтобы совсем ничего. Просто я с ним раньше не пересекался.
До матча открытия регулярного сезона 2040 года, которого Ёндо так долго ждал, оставался всего один день.
Последние несколько дней Ёндо практически на зубок заучивал видеозаписи с игрой стартового питчера соперника, и сейчас он проводил их финальный анализ.
Сказать «заучил» — это не просто слова. Словно заядлый киноман, он запомнил не только сцены, но и время каждой из них вплоть до секунды.
И дело было не в том, что он как-то по-особому готовился именно к матчу открытия — он всегда доводил подготовку до такого уровня.
Как говорили все, кто его знал, Ёндо был «готовой звездой».
Просто один-два недостатка, которые есть у каждого, в его случае оказались слишком фатальными и долгое время скрывали его потенциал.
На самом деле, стоило ему лишь немного уменьшить размер этих «дыр», даже не закрыв их полностью, как в нём начали проступать черты настоящей звезды.
Словно их больше невозможно было скрывать.
— Хотя моя жизнь в Америке и не была идеальной, я встречал почти всех питчеров, которые сейчас здесь играют — либо в минорных лигах, либо в Биг-лиге, но этого человека вижу впервые.
— Да сколько там того времени ты провёл в минорах... К тому же, питчер, с которым ты вообще не встречался, может оказаться даже более удобным соперником. Ты ведь тоже сильно изменился с тех пор, хён...
— Ну, и это верно. В любом случае, раз он добрался досюда, значит, как минимум был на пороге Биг-лиги. С таким талантом...
— Но если не считать тебя, большинство игроков приезжают сюда уже после пика своей формы, так что его мастерство могло и снизиться.
— ...Ну и что ты хочешь этим сказать? Ты можешь придерживаться какого-то одного мнения? Ты меня путаешь.
— Я к тому, что не нужно переусердствовать. Тебе, хён, пора бы научиться знать меру. Ты и в KBO так себя ведешь, а что будешь делать, когда вернёшься в Биг-лигу? Если так готовиться к каждой игре, к лету ты просто свалишься без сил.
Соперником «Сеульских Джетс» в матче открытия были «Чханвон Вайвернс».
В лиге, разделенной на «3 сильных, 5 средних и 2 слабых» команды, они относились скорее к «средним», тяготеющим к «слабым». Это была команда, чьим слабым местом была очень скудная питчерская горка, хотя линия бэттеров была весьма крепкой, пусть и не подавляющей.
Для Ёндо, полевого игрока, это была идеальная команда, чтобы сделать свой первый настоящий шаг в KBO.
И Сындо немного беспокоило то, как Ёндо изнурял себя, готовясь даже к такому сопернику.
Пусть его талант в бейсболе и не шел ни в какое сравнение с талантом брата, он понимал это даже без выдающихся спортивных навыков.
Если делать что-то слишком усердно, не оставляя себе ни капли душевного покоя, это обязательно выйдет боком.
Конечно, упорные тренировки — это похвально.
Было много игроков, которые достигали вершин за счёт природного таланта и бьющей через край уверенности, пренебрегая тренировками. Некоторые из них были настолько иного уровня, что умудрялись играть долго и успешно, наплевав и на тренировочный процесс, и на режим.
Но всё же, если смотреть на статистику, только талантливый игрок, обладающий при этом трудолюбием, мог долго удерживаться на вершине.
Проблема была в том, что случай Ёндо был иным.
Лучшие игроки, какими бы трудолюбивыми они ни были и как бы сильно ни были зациклены на бейсболе, в основе своей всегда обладали непоколебимой уверенностью.
У них было лишь желание стать ещё лучше, но уверенность в том, что они лучшие, была их базовым состоянием.
С Ёндо всё было иначе. Главной причиной его безумных тренировок была неуверенность в себе, и это не могло не вызывать беспокойства.
Усилия с таким настроем, конечно, лучше, чем их отсутствие, но они явно подтачивали его потенциал, остатки таланта и сокращали спортивное долголетие.
— Что ж. Раз уж я таким уродился, что поделать. Если по ходу сезона результаты будут такими хорошими, как ты предсказываешь, тогда и у меня появится уверенность.
— В любом случае, хоть бы результаты и правда были хорошими. Мастерства у тебя хоть отбавляй, но если так себя истязать, то даже имеющийся талант не проявится. Хён, ты куда более выдающийся игрок, чем сам думаешь. Я ведь не только твой брат, но и твой спортивный агент. Верь мне.
— Если бы всё было так просто... Ладно, я постараюсь запомнить. И кстати, ты не спортивный агент. Ты лишь претендент. Не пытайся меня надуть...
Люди, полные уверенности, притягательны.
Уверенность отличается от самонадеянности, поэтому, пока она остается в рамках здравого смысла, её избыток не является проблемой.
Однако уверенность — это буквально вера в собственные силы.
Всё, что мог сделать Сындо — это вот так постоянно подбадривать Ёндо, но в конечном итоге измениться должен был сам Ёндо.
Сындо делал всё, что было в его силах.
Прежде чем стать спортивным агентом, точнее, претендентом на эту роль, он был братом Ёндо.
И с самого детства хён был для него героем.
В те времена, когда они шли по одному пути, его брат, приковывавший к себе всё внимание бейсбольного мира и обладавший в отличие от сегодняшнего дня безграничной уверенностью, был по-настоящему крут.
Если бы он мог снова увидеть того брата, для него не составило бы труда каждый день готовить ему еду, взять на себя всю домашнюю работу и прочие дела, не связанные с бейсболом, и без устали твердить о его величии.
— Ладно-ладно. С этим закончили. Просто запомни одно. Для меня и для наших родителей ты круче, чем даже этот грозный Майк Траут.
— Ха-ха-ха! Ой, ну тебя. От таких слов мне только не по себе становится.
— Не пропускай это мимо ушей. В общем, иди уже спать. Завтра матч открытия, сколько можно готовиться? Даже если ты сейчас не будешь на это смотреть, при хорошем самочувствии какой-то там Ники Джонс тебе и в подмётки не будет годиться.
— Мне аж не по себе от твоих слов, правда. Пойду лягу, пока крапивница не высыпала. Ох, ты так заделался в агенты, что только языком чесать и мастер. Зря я, что ли, позволил тебе этим заниматься?
— Это ты-то позволил? Я сам учился. Благодаря тебе я легко прошел до собеседования, но ведь не всех, кто приходит на собеседование, берут...
Ёндо в конце концов покачал головой и вернулся в свою комнату.
Он и раньше не мог переспорить брата, а с тех пор как тот устроился в агентство, шансы на победу в споре не превышали и десяти процентов.
Хотя его основной обязанностью была роль менеджера Ёндо, он всё же стремился стать агентом, а потому часто сопровождал старших коллег, изучая различные аспекты работы и даже присутствуя на переговорах...
Считается, что даже если нынешний чемпион KBO отправится в Главную лигу, он сможет одержать победу в тридцати процентах матчей, а тут — всего десять...
Лучшим выходом было просто не вступать в спор.
«Как бы то ни было, всё действительно начинается... Эх, была не была. Чтобы проверить, прав ли этот паршивец, нужно хорошенько выспаться. Если я так облажаюсь из-за плохой формы, когда в меня так верят, это будет позор. Я ведь всё-таки старший брат и профессионал...»
Видимо, и правда пора было спать.
Честно говоря, ему не хватало уверенности, и он продолжал сидеть над материалами, желая идеально подготовиться к матчу открытия такого важного сезона — его первого официального матча в KBO, которого он ждал гораздо дольше, чем думали окружающие...
«Да. Как бы я ни был не уверен в себе... пора уже признать это. Пора принять».
Завтрашний стартер — Ники Джонс.
Ёндо чувствовал это ещё тогда, когда анализировал всех питчеров KBO в межсезонье...
Честно говоря, он не казался сложным соперником. Ни судя по видео прошлого сезона, ни по записям времен его расцвета.
— Ёндо-я. Наконец-то начало...
— Да. Но почему вы вдруг напустили на себя такую важность?
Наконец настал день открытия регулярного сезона.
Сон Сонхо, символ и духовная опора «Сеульских Джетс», ветеран, который и в тридцать шесть лет оставался одним из лучших бэттеров лиги, стоял в дагауте после разминки и отрешённо смотрел на поле.
Он не был похож на себя обычного — оживлённого и даже по-детски задорного, настолько, что порой трудно было поверить, что он самый старший в команде.
В ответ на слова Ёндо, сказанные, чтобы разрядить неловкую обстановку, он лишь слегка улыбнулся.
— Так в чём дело?
— Да так... Ничего особенного. Просто год или два назад перед матчем открытия у меня всегда так. Думаю о том, сколько ещё смогу играть, не станет ли этот матч открытия последним...
Он был не просто ветераном, а уже возрастным игроком, перешагнувшим порог тридцатишестилетия.
Два года назад, в середине сезона, когда ему было тридцать четыре, Сон Сонхо выбыл до конца чемпионата из-за серьезной травмы с периодом восстановления в двенадцать недель. С тех пор перед каждым открытием сезона его одолевали странные чувства.
Начав заниматься бейсболом в девять лет, он и не заметил, как ему исполнилось тридцать шесть.
Бейсбол, занимавший три четверти его жизни... Как долго он еще сможет играть? С первого же сезона он стал игроком основного состава, и это был уже его семнадцатый матч открытия, но вдруг этот — последний?
— Просто считай это причудой старика.
— Причуда старика, значит...
— Да. Видимо, матч открытия, само это начало, всегда приносит не только трепет, но и тревогу.
— Почему? О чём вам беспокоиться?
Сон Сонхо был игроком, который властвовал в первой лиге более пятнадцати лет, из которых более десяти он входил в число лучших в KBO.
Конечно, он никогда не был абсолютным лидером, но в годы своего расцвета он показывал OPS выше 0.900, входил в клуб «20-20», дважды становился лучшим по отбиванию, один раз — лучшим по кражам баз, а в те времена, когда играл в центре поля, он трижды попадал в топ-5 игроков лиги по показателю WAR.
В двадцать восемь лет он заключил свой первый контракт свободного агента, в тридцать три — второй, а после окончания этого сезона было почти гарантировано подписание третьего и последнего контракта.
Он был кумиром для любого бейсболиста, человеком, который добился и славы, и финансового благополучия.
«Что же заставляет его так тревожиться и переживать? Приближающийся уход? Или просто новое начало?»
Прежде всего, Ёндо понимал: на каком бы уровне ты ни находился, у каждого всегда будут свои страхи и заботы.
Просто ему было любопытно, в чём именно они заключаются.
До регрессии он завидовал таким игрокам, но даже не смел мечтать о подобном успехе.
После регрессии его целью было превзойти такой успех, но он мечтал не о KBO, а о Биг-лиге, поэтому сомневался, сможет ли он когда-нибудь занять такое же положение внутри местной лиги.
Поэтому ему и были интересны мысли столь успешного спортсмена, лидера, оставившего след в истории лиги.
— Наверное, ты пока этого не поймёшь. Это чувство знакомо только таким старикам, как я, чья карьера уже почти позади. Хотя нет, даже среди них мало кто поймет эти эмоции.
«Хм...»
— Ах, ты ведь сейчас не в том положении, чтобы слушать чужие излияния, тем более нытьё такого успешного, на первый взгляд, игрока? Всё правда просто. Я очень хочу победить. Но я не знаю, будет ли у меня еще шанс, если не в этом или следующем году. Поэтому мне тревожно и на душе неспокойно.
Сон Сонхо был «франчайз-игроком» «Сеульских Джетс».
А последнее чемпионство «Джетс» было аж двадцать три года назад.
То есть, несмотря на то что Сон Сонхо так долго оставался на вершине, он так и не примерил чемпионский перстень.
«Победа... Ради этого одного многие действительно готовы отказаться от астрономических денег, своего положения в команде, славы звезды франшизы. Было много ветеранов, которые переходили в сильные команды, готовые даже просто подавать воду, лишь бы быть причастными к победе».
Умом он это понимал, но прочувствовать пока не мог.
Для Ёндо чемпионство команды было чем-то далеким, заоблачно роскошным понятием.
И он был уверен, что среди профессиональных игроков таких, как он, большинство.
«В каждом интервью все говорят, что их цель — победа команды, а личные достижения не так уж важны... Но это же чушь. Профессиональный спорт — это работа, а бонус от чемпионства команды, каким бы большим он ни был, — вещь разовая. Личные же показатели — это и немедленный рост зарплаты, и, что важнее, высокая оценка при получении статуса свободного агента».
В том, что профессионал ставит личные результаты на первое место, не было ничего плохого.
В бейсболе это чувствовалось особенно остро.
Командная игра? Вклад, не отраженный в статистике? Всё это ерунда.
По крайней мере, Ёндо думал именно так.
Бейсбол — спорт рекордов, где люди с маниакальной страстью стремятся оцифровать каждый аспект.
Да, пока кто-то выбивает хоум-ран или делает хит, кто-то другой пытается поставить бант, украсть базу или сосредотачивается на защите и роли подменяющего бегуна...
Но всё это делается не столько ради команды, сколько ради повышения собственной ценности.
Ведь не каждый может стать Майком Траутом или Клейтоном Кершоу.
— Что ж, лишних слов не нужно, да и объяснять долго бессмысленно — сейчас тебе это вряд ли будет легко понять. Просто делай то, к чему готовился. Если ты покажешь те выдающиеся результаты, к которым стремишься, это приблизит и мою цель — чемпионство.
Сон Сонхо тоже прекрасно это понимал.
К тому же, Ёндо изначально должен был стать ключевым бэттером и основой линии нападения.
Такому игроку незачем было жертвовать собой ради команды.
Ему нужно было проявлять как можно больше здорового эгоизма и реализовывать свои амбиции — именно это принесло бы максимальную пользу команде.
— Твоя цель — отыграть год и вернуться в Главную лигу. А я должен во что бы то ни стало не упустить этот единственный шанс, этот год... Так что я обещаю не тянуть тебя назад. Я сделаю всё, чтобы и остальные тянулись за нами, так что, прошу, мчись вперёд, даже если будешь делать это в одиночку. Просто сделай это для нас.
Ёндо всё ещё не до конца понимал эти чувства, но решимость ветерана, желающего устроить яркую вспышку перед завершением карьеры, была горяча.
Настолько, что даже всегда хладнокровный Ёндо почувствовал, как в груди потеплело.
— Чонин-а. Если бы тебе пришлось выбирать между чемпионством команды и твоими личными пятнадцатью победами при WAR 5.0, что бы ты выбрал?
— А? Ну... Наверное, второе. Мне ведь сейчас важнее закрепить за собой место в стартовой ротации.
Когда Сон Сонхо ушел, похлопав его по плечу, Ёндо задал вопрос стоявшему позади Рю Чонину.
Как и ожидалось... Не он один так думал.
«Даже не знаю, можно ли это назвать просьбой. Мне ведь нужно лишь продолжать двигаться к своей цели».
Похоже, Сон Сонхо просто хотел ещё раз укрепить свою решимость перед открытием.
Если бы это было не так, он бы не стал говорить подобные вещи.
Зачем просить профессионального игрока играть хорошо?
«И всё же, раз этого так хочет уважаемый ветеран, выдающийся игрок и, в общем-то, неплохой старший товарищ...»
Раз ему всё равно не нужно делать ничего сверх того, что он уже наметил, и раз для этого достаточно просто усердно выполнять свою работу...
Это была не та просьба, которую невозможно выполнить.
Напротив, если и личные показатели будут на высоте, и команда завоюет чемпионство — это было выгодно и ему самому.
Если пути совпадают, то наличие множества целей и причин — это только к лучшему.
Он просто не хотел попусту тратить душевные силы, но он не был настолько бессердечным, чтобы проигнорировать искренний порыв заслуженного ветерана.
http://tl.rulate.ru/book/180348/16789301
Готово:
