— Не хотелось бы, чтобы ты считала меня таким же, как те другие Страницы.
— Страницы? Видимо, ты так называешь «те вещи».
— Конечно. Я совсем другого уровня.
— Что ж, если ты артефакт с эго, способным на столь отчетливую материализацию, то, пожалуй, так и есть.
Прия спокойным взглядом смотрела на черноволосого юношу.
На вид он казался ровесником Пи Нэриля, но, в отличие от милого мальчугана, от этого типа почему-то веяло мрачной атмосферой.
— Само собой. Позволь мне представиться?
— У такого ничтожества, как ты, есть имя?
Веритас, ничуть не смутившись язвительного тона Прии, пафосно взмахнул руками и представился:
— Я — хроника всех историй и великая энциклопедия всех существующих магий. Дневник всех исследователей, оставивших след в истории, и само воплощение совокупности знаний. Люди называют меня «Книга Истины».
От столь напыщенного представления, достойного театрального актера, Прия не смогла сдержать усмешки.
— Совокупность знаний? Магическая энциклопедия? Какое самонадеянное имя.
Прия набила трубку табаком и раскурила ее.
— Слушай, кем бы ты ни был и какими бы способностями ни обладал, мне плевать. Просто перестань мучить этого мальчишку и убирайся.
— С чего бы это?
— Ты спрашиваешь, потому что действительно не понимаешь? Я прекрасно знаю, какой конец ждет тех, кто приручен проклятыми вещами.
— Конец? И какой же?
Взгляд Прии устремился куда-то вдаль.
— Человечность постепенно разъедается. И в итоге остается лишь пустая оболочка, лишенная эмоций.
— Говоришь так, будто видела это своими глазами.
— …Да.
Ведь Нуннэриль стал именно таким.
— Но это забавно. Разве не ты в итоге сделала Нуннэриля таким?
Книга Истины, расплывшись в улыбке, бередила рану Прии.
И это было правдой. Ведь именно она сама вручила Нуннэрилю тот проклятый предмет.
— Называешь себя Книгой Истины, а знаешь столько лишнего. Ты не Книга Истины, а Книга Подглядывания, не так ли?
Несмотря на резкий выпад Прии, Веритас никак не отреагировал.
Он продолжал гнуть свою линию, выплескивая лишь то, что хотел сказать сам:
— Но то, что ты знаешь — неправда. То, что Нуннэриль так изменился, было лишь результатом его собственного выбора.
— Что ты можешь об этом знать?
— Ты действительно думаешь, что это Страница сделала его таким? Нет, даже если отобрать ту силу, Нуннэриль останется прежним.
— О чем ты? Проклятие артефакта… можно отобрать?
Книга Истины торжествующе улыбнулся.
— Ты важничала, даже не зная этого? Способ отобрать силу Страницы существует.
Прия сидела в оцепенении, даже не замечая, как табак в ее трубке прогорает дочерна.
— Я говорю, что есть способ вернуть твоего возлюбленного, Нуннэриля, в прежнее состояние.
Веритас хихикнул.
— Любопытно? Рассказать?
Пи Нэриль, проверяя запас маны, начал медленно систематизировать магию, которую мог использовать.
Базовая магия 1 тира: разрушение, пронзание, вспышка, защита, магия водяных капель.
Магия 2 тира: каменное копье, ускорение, физическая мощь, заморозка, сильный ветер.
Если заимствовать ману Веритаса, он мог применять магию 3 тира и выше, но список заклинаний, доступных прямо сейчас, ограничивался лишь этим.
«Действительно, ничего особенного».
Пи Нэриль, поочередно произнося заклинания для доступной магии, остро ощутил, как мало он умеет.
Все было так, как и говорила Прия.
Ничего, кроме использования магии стихий или заклинаний, вызывающих физическое воздействие.
Будь он художником, его картины были бы сплошь монохромными.
И проблема была не только в этом.
Пи Нэриль совершенно не мог использовать магию огненного типа.
Возможно, из-за травмы, связанной с матерью, подступиться к огненной стихии было непросто.
«Для начала разберемся с этим».
Магия, которую демонстрировала Прия, была слишком высокого уровня для немедленной практики. Пи Нэриль решил первым делом покорить огненную магию.
Методология использования заклинаний уже была у него в голове.
Ведь в свое время он был книжным червем в Эльфенбайне.
Пи Нэрилю потребовалось меньше десяти дней, чтобы преодолеть травму и научиться умело обращаться с магией огня.
Вместе с тем он смог самостоятельно использовать простые заклинания 3 тира.
Это был поразительный рост.
«Все благодаря тому, что я могу тратить все время на развитие маны».
Здесь Пи Нэрилю не нужно было ни есть, ни спать.
Когда в практике магии он упирался в стену — садился отдохнуть, когда мана подходила к концу — делал перерыв.
«Техника дыхания духов тоже очень помогла с отдыхом».
Методу медитации, которому он научился в деревне кошачьих зверолюдей, он дал название «Техника дыхания духов».
В мире снов, где невозможно было уснуть, эта техника заменяла сон, давая голове Пи Нэриля передышку.
«Теперь следующий этап…»
Мана росла естественным образом в процессе использования магии. Подобно тому, как при тренировках на мечах сама собой растет выносливость.
Пи Нэриль полагал, что при повторении тренировок он естественным путем придет к освоению магии 4 тира.
«Тогда стоит ли увеличить количество доступных видов магии?»
Он уже достаточно освоился с магией стихий: огнем, молнией, землей, ветром и холодом.
Прия советовала ему не недооценивать потенциал магии.
«Но с чего мне начать?..»
Определение этого и стало его первой задачей.
Резали, кромсали, сжигали, били током, замораживали, топили, сокрушали…
Фантом Доминика Шиллера, созданный Прией, и сегодня без исключения терпел мучения.
С тех пор как Пи Нэриль вошел в сон Прии, прошло уже больше месяца.
Может быть, 40 дней? Или 50? Он не знал.
В мире, где нет дня и ночи, было трудно различать даты.
И этого времени Пи Нэрилю хватило, чтобы отточить свою магию.
Когда-то давно в библиотеке Эльфенбайна у него состоялся разговор с Веритасом.
«Магия — это вера, воплощающая воображение в реальность».
Только теперь Пи Нэриль начал немного понимать эти слова.
Магия — это сила воображения. Какой бы нереальной она ни была, если твоя мана и сила воли достаточно велики, чтобы воплотить ее, ты сможешь сделать что угодно.
Например, вот что.
Поднять и притянуть предмет, до которого не дотянуться рукой — относительно простая магия. В Эльфенбайне такую магию называли телекинезом.
Однако применить ту же магию к живому существу в разы сложнее.
Будь то магический зверь или человек, живое существо обладает волей к сопротивлению и движению.
Поэтому базовая магия, которой обучают в Эльфенбайне, нацелена на простое создание физической силы или использование стихий. Потому что этот способ невероятно легок для освоения.
То, что Пи Нэриль привык к такой магии, было своего рода методической ловушкой. Поскольку он выучил магию самым простым способом, он стал придерживаться только его.
Поэтому Пи Нэриль начал с того, что стал разрушать собственные предубеждения.
Первым делом он начал практиковать магию, использующую тени.
Он оттачивал способы внезапной атаки, наделяя саму тень физической силой, и методы подавления врага, используя тень как клона.
Магия уровня Прии, позволяющая затянуть противника в тень и поглотить его, пока была вне его возможностей.
Когда магия управления тенями стала в какой-то мере привычной, Пи Нэриль почувствовал необходимость систематизировать имеющееся оружие.
Насколько важно было постигать различные способы применения магии, настолько же важным казалось специализировать оружие, которое было в его руках.
Оружие, которое выковал Пи Нэриль, было основой основ — пронзающая магия 1 тира.
— Быстро и эффективно.
Пи Нэриль усмехнулся краешком рта.
«Назад к основам». Ему вспомнился один профессор из Эльфенбайна, который прожужжал все уши, подчеркивая важность базы.
«В реальном бою важно не то, насколько точно ты воплощаешь воображаемую магию. Отбросьте все вычурные и сложные концепции! Безусловно эффективна та магия, что проста и быстра».
Это были слова, которые Пьер Бланшо вдалбливал им до мозолей на ушах.
— Теперь-то я понял ваш истинный замысел, профессор.
Пи Нэриль подумал о Доминике Шиллере.
В битве с противником сильнее тебя исход решала не красивая и сложная магия.
Чем ближе ты возвращался к основам, тем легче было повысить мощь и скорость.
Пи Нэриль понял, что базовая магия, способная создавать возможности, гораздо важнее секретного приема, после которого ты падаешь без сил.
— Выстрели.
Вжух — пах!
То, что произнес Пи Нэриль, не было простой пронзающей магией. Он добавил вращение, увеличив мощь, и сократил длину заклинания.
И это было еще не все.
Весь процесс — представление магии, формирование и выстрел — он освоил на уровне условного рефлекса.
Подсказкой послужила трубка Прии.
Прия говорила, что вместо заклинания она сделала триггером вдыхание табачного дыма. Если для рыцаря это акт обнажения меча, то для нее — затяжка из трубки.
Это была отличная идея.
Причина, по которой большинство заклинаний длинные, заключается в необходимости конкретизировать образ магии через язык.
Процесс задумки, вливания маны и проявления Пи Нэриль радикально сжал. Чтобы в любой ситуации он мог активировать магию заклинанием всего в одно слово.
Пи Нэриль дал своей усовершенствованной пронзающей магии новое название — «Магический снаряд».
Его Магический снаряд разнес голову Доминика.
Пронзающую магию 1 тира он довел до удовлетворительной мощи путем модификаций и тренировок.
К тому же преимущество Магического снаряда заключалось в легкости вариаций.
Если вложить в Магический снаряд пламя — он становился разрывным, если холод — мог вызвать озноб у пораженного врага.
И наконец, последний козырь.
— Выстрели из тени.
В момент, когда враг этого не ждет, он мог выпустить Теневой магический снаряд прямо из его собственной тени.
Испытав различные виды Магических снарядов, Пи Нэриль удовлетворенно улыбнулся. Он добился достаточных результатов.
Он считал, что здесь он по-настоящему переродился как маг.
И в то же время он осознал, что у него было множество учителей.
Профессор Пьер Бланшо и ректор Анджело Юлио, дух Хоэнберга Сильф и жрец духов Чиныльбарам, Прия Мержина из Болота Тернистой Зимы.
Без их советов и наставлений он не смог бы вырасти.
Пусть он и не освоил огромное разнообразие магий, как требовала Прия, это не имело значения.
Потому что Пи Нэриль понял, каким способом ему развивать свою магию дальше.
Пи Нэриль решил, что пора выходить из сна Прии.
Чувство времени было утрачено, но, вероятно, прошло уже около 100 дней.
Теперь оставалось только позвать хозяйку сна, Прию, и выбраться.
Пи Нэриль впервые за долгое время позвал ее по имени:
— Нуна.
Пи Нэриль снова, спустя долгое время, позвал ее:
— Прия-нуна.
…?
Он позвал еще раз, но ответа не последовало.
— Прия Мержина-нуна…?
Прия по-прежнему хранила молчание.
Пи Нэриль пробормотал:
— Не могли бы вы… выпустить меня отсюда?
http://tl.rulate.ru/book/180291/16779064
Готово:
