Хан Соин, вспоминая подробные наставления, данные густым голосом, покинула Лес Пагод.
Пока она проходила мимо многочисленных павильонов и задних дворов, никто не преградил ей путь. Она в точности следовала указаниям, полученным от того таинственного голоса.
Перепрыгивая через ограды и перелетая с крыши на крышу, она в полной мере ощутила пользу Техники сокращения земли призрачной тени, к которой уже успела привыкнуть.
«Если бы я не освоила Технику сокращения земли призрачной тени, я бы даже не посмела на это решиться».
Наконец Хан Соин добралась до небольшого и обветшалого павильона, окруженного деревянным забором.
Это скромное строение резко контрастировало с огромными и пышными залами, обнесёнными высокими стенами, что находились поблизости.
«Крохотный, бедный павильон в самом сердце святыни!»
Глаза Хан Соин округлились от удивления.
«Боже мой, да ведь это же Покои настоятеля Храма Шаолинь!»
Говорят, что настоятель Храма Шаолинь живет в комнате площадью всего в один квадратный чжан, поэтому его и называют «Настоятелем» — «владеющим покоями в один чжан».
Если цель была здесь, значит, Трехглазый Белый Призрак получил заказ на убийство самого Настоятеля Шаолиня!
Хан Соин была потрясена.
Подумать только, в самом сердце Шаолиня совершается подобное святотатство — предательство учителя и попрание всех устоев.
Храм Шаолинь, священная обитель буддизма и опора всех праведных сект, был для мастеров Мурима нерушимым оплотом.
Они верили: как бы ни притесняли силы добра, даже если весь мир окажется в руках адептов тьмы, пока стоит Шаолинь, они всегда смогут нанести ответный удар и вернуться на путь истинный.
В истории Мурима такое случалось не раз.
Во время бесчинств Культа Кровавой Смерти Шаолинь оставался непоколебимой опорой до тех пор, пока не явился Небесный Генерал. И именно Шаолинь помог возродить школы Мурима, уничтожив остатки Культа Кровавой Смерти после того, как Небесный Генерал ушел в тень.
И вот, в недрах такого монастыря готовится убийство Настоятеля. Было такое чувство, словно главная опора дома прогнила изнутри.
«Это действительно Трехглазый Белый Призрак!»
Кто еще, кроме него, смог бы пробраться мимо охраны восьми Защитников закона Шаолиня, чтобы убить Настоятеля?
«Что же на самом деле происходит в Шаолине?»
— Дон! Дон!
Раздался мелодичный звон колокола, возвещающий Час Быка.
Хан Соин затаилась в тени стены, сдерживая дыхание.
Сколько прошло времени? Внезапно из тени сливового дерева, шагах в десяти от неё, беззвучно скользнула черная тень.
Сердце Хан Соин екнуло. Если бы она не была предельно осторожна, её бы наверняка обнаружили.
Искусство скрытности Трехглазого Белого Призрака было поистине поразительным. Его движения казались едва уловимыми, словно тень от облака, плывущего по небу и застилающего свет звезд.
Если бы она заранее не знала, что он там прячется, то не заметила бы его, даже столкнувшись нос к носу.
Черная тень в мгновение ока пересекла внутренний двор и, словно дым, перемахнула через деревянную ограду.
Только тогда Хан Соин пришла в себя.
Она должна была что-то предпринять до того, как он проникнет в Покои настоятеля, но...
На самом деле это было выше её сил. Тень появилась и исчезла в дверях павильона слишком стремительно.
Пытаться сейчас позвать Защитников закона было бы бесполезно — это лишь отвлекло бы их и, напротив, помогло убийце.
В таком случае...
Хан Соин без колебаний применила Технику сокращения земли призрачной тени.
Одним махом пересекла она двор и, используя технику, подобную Технике Золотого карпа, прыгающего сквозь небесную волну (которую она прилежно заучивала, притворяясь ученицей Быстрой Тени), легко перемахнула через забор.
То ли благодаря тому, что она вложила все силы в Технику сокращения земли призрачной тени, то ли по какой-то иной причине, но Хан Соин удалось достичь Покоев настоятеля, не будучи замеченной монахами.
«...?»
Её готовность к тому, что её обнаружат и забросают тайным оружием, оказалась напрасной.
Конечно, эффект Техники сокращения земли призрачной тени, позволяющей двигаться подобно тени, был велик, но на самом деле её путь в точности совпал с «вратами созидания» в построении восьми триграмм.
Впрочем, у Хан Соин не было времени раздумывать об этом. Она увидела, как в дверях павильона метнулась черная тень.
Действуя в спешке и не заботясь о последствиях, Хан Соин выхватила кинжал из-за пазухи и метнула его в сторону тени.
— Фьють!
— Хрусть!
Кинжал, пробив бумажную дверь, влетел внутрь, и силуэт черной тени дрогнул. В тот же миг из павильона раздался резкий возглас:
— Кто здесь?!
Вслед за этим послышались звуки ударов и стон, а затем черная тень, выломав дверь, выскочила наружу.
Разумеется, это был Трехглазый Белый Призрак.
Он яростно озирался по сторонам, пытаясь найти того, кто ему помешал.
В этот момент Хан Соин, едва бросив кинжал, уже прыгнула в сторону, надеясь скрыться в тени забора.
— Свист!
Ощутив спиной обжигающую жажду крови, она обернулась и увидела, как черная тень, застилая небо, обрушивается на неё сверху.
«Это конец!»
То, чего она так боялась, стало реальностью. Она сама навлекла на себя эту беду. Глупый щенок, не знающий страха перед тигром, посмел вмешаться в дела сильных.
— Дзынь!
Перед глазами Хан Соин, взиравшей на белое сияние, исходящее от черной тени, мысли проносились быстрее молнии.
«...!»
В это мгновение она вспомнила один прием. Раскрыв ладони, Хан Соин широко развела их в стороны и с силой выбросила вперед, закручиваясь в вихре.
Она попыталась скопировать Ладонь Небесного Демона Асуры Докко Чжона, которую тот использовал против Ё Хыма, первого ученика Великого Зла Куньлуня.
Это была самая мощная техника, которую ей доводилось видеть.
Пустая бравада!
Может быть, Трехглазый Белый Призрак примет её за настоящий прием и замешкается?
Если удача улыбнется ей, возможно, всё закончится потерей руки. Конечно, за этим последует новый удар, но за это время могут прибежать Защитники закона. Появится хоть один шанс на спасение из десяти тысяч.
С такой надеждой Хан Соин, подобно щенку, пытающемуся укусить тигра, имитировала технику Докко Чжона.
Хотя, честно говоря, шансов на успех не было вовсе.
Она широко раскрыла глаза, глядя на лезвие, стремительно опускающееся к её лбу.
— Вжих!
Клинок Трехглазого Белого Призрака, едва не коснувшись кожи, прошел вскользь, лишь срезав прядь волос Хан Соин.
«О боже!»
Чудом избежав гибели, Хан Соин несколько раз перекатилась по земле.
К счастью, повторной атаки не последовало.
— Пи-и-и-и!
Раздался пронзительный звук рожка, но Хан Соин, сосредоточенная на борьбе за жизнь, поначалу его не слышала.
Вскоре фигура Трехглазого Белого Призрака расплылась и исчезла во тьме.
— Пи-и-и! Пи-и-и!
Услышав звуки рожков, доносящиеся со всех сторон, Хан Соин пришла в себя.
Если её поймают здесь, то непременно обвинят в покушении на Настоятеля.
Трехглазый Белый Призрак скрылся в юго-восточном направлении. Хан Соин же, собрав всю свою внутреннюю энергию, применила Технику сокращения земли призрачной тени и бросилась в противоположную сторону — на юго-запад.
С момента броска кинжала до её бегства прошло не более нескольких минут.
Перемахнув через стену и выбравшись из внутреннего двора, Хан Соин бежала, перепрыгивая через ограды везде, где не чувствовала присутствия людей.
В её голове была лишь одна мысль: нужно убраться как можно дальше от Покоев настоятеля.
Если её схватят сейчас, никто не станет её слушать.
Зазвучали колокола и барабаны, и весь Шаолинь, погруженный до этого в тишину, зашевелился, словно разворошенный улей.
Понимая, что дальнейшее движение привлечет внимание, Хан Соин решила, что эта стена будет последней, и она найдет подходящее место, чтобы затаиться.
«Когда рассветет, проснутся слуги. Я смогу затеряться среди них».
Как раз в этот момент ей на глаза попалась стена с небольшой дверцей.
Эту дверь называли «Чистыми вратами», через неё обычно выносили нечистоты. Наличие такой двери означало, что за стеной находится уборная.
Не раздумывая, Хан Соин перемахнула через ограду.
Внутри павильонов было в два раза больше, чем в других местах, и располагались они упорядоченно. В воздухе отчетливо пахло сосновой смолой — видимо, постройки были совсем новыми.
В ответ на звон колоколов и бой барабанов в павильонах один за другим начал загораться свет.
Когда Хан Соин поспешила в тень одного из зданий, чтобы спрятаться, она внезапно столкнулась с двумя патрульными монахами, вышедшими из-за угла.
— Ты! Куда это ты собрался среди ночи?
На вопрос патрульного Хан Соин указала на уборную, мимо которой только что прошла.
— Живот... прихватило, — проговорила она как можно более грубым голосом, намеренно скорчив гримасу боли.
Патрульный, оглядев её вид и выражение лица, нахмурился.
— Тьфу, говорил же я тебе не доедать то, что оставляют гости.
— ...?
— Живо возвращайся в жилье. В монастырь проник лазутчик. Разгуливать здесь опасно.
Хан Соин поспешно склонила голову.
— Слушаюсь.
Два монаха продолжали наблюдать за ней, то ли из беспокойства, то ли из подозрения.
Хан Соин оказалась в крайне затруднительном положении. Ей придется идти в «свою» комнату, хотя она даже не знала, где находится.
— Ну что ты стоишь? Иди скорее.
Хан Соин внезапно снова схватилась за живот.
— Кажется... мне всё-таки нужно вернуться в уборную.
Патрульный покачал головой.
— Нельзя! Это самое подходящее место для засады лазутчика.
— Но что же мне делать?
Монах ответил твердо:
— Скоро рассвет, терпи до тех пор. А если совсем невмоготу...
Патрульный кивнул в сторону сада.
— Сделай дело там, но прибери за собой. Гости очень чувствительны к запахам.
Как бы ни была глубока ночь, приличная девушка не могла задирать юбки на глазах у монахов.
— Я... постараюсь потерпеть.
— Тогда немедленно иди в комнату и запрись.
Благодаря этой отговорке Хан Соин выиграла немного времени, чтобы сообразить, что делать.
Множество новых павильонов, выстроенных по одной схеме и расположенных ровными рядами, словно клетки на шахматной доске. И главное — слова монаха о «гостях» и Великое собрание Шаолиня!
Сложив всё это воедино, она поняла, где находится.
«Это же Чигэктан!»
Как только зацепка была найдена, мысли потекли легко, словно разматывающаяся нить.
«Для такого события нужно огромное количество слуг. Им не могут выделить отдельные комнаты, к тому же патрульные назвали это место не покоями, а общим жильем. Значит...»
Хан Соин направилась к одному из павильонов, стоявшему поодаль.
Это было самое просторное здание в самом углу. Увидев грубые деревянные столбы, с которых местами еще не была снята кора, Хан Соин уверенно зашагала вперед.
Подойдя к дверям павильона, она решительно толкнула их.
«А!»
http://tl.rulate.ru/book/180243/16765929
Готово:
