Сейчас я не могла просто встать и сделать вид, будто ничего не произошло, поэтому лишь внимательно прислушивалась к тому, что творилось вокруг.
— Встаньте.
— Благодарю, Ваше Величество Император.
— Придворный лекарь. Каково состояние Императорской супруги? Ей настолько плохо? Почему человек, который еще утром был в полном порядке, внезапно упал в обморок?
«Ого, кажется, он не на шутку встревожен».
Как только Император вошел в комнату, он принялся осыпать придворного лекаря вопросами о моем состоянии голосом, в котором любой бы услышал безмерную заботу.
— Дело в том, что она испытала шок по неизвестной причине, жаловалась на головную боль, и, по моему мнению, ее тело на мгновение не выдержало.
— Головную боль?
— Прошу прощения, Ваше Величество Император. Позвольте мне объяснить, — вмешалась Силия в их разговор.
— Объясняй.
— Только что Императорская супруга, кажется, пришла в себя, и когда я вошла, она внезапно схватилась за голову, сказав, что у нее болит голова. После этого она попросила зеркало, и я подала его ей. Она некоторое время разглядывала свое отражение, затем ее лицо выразило крайнее изумление, и она снова лишилась чувств.
— Упала в обморок после того, как посмотрела в зеркало?
— Да, всё так.
«А? Ситуация принимает какой-то странный оборот?»
То, что я удивилась, увидев себя в зеркале, было правдой, и то, что я притворилась упавшей в обморок из-за этого, — тоже, но...
— Ваше Величество. Мне нужно кое-что сказать вам наедине.
Придворный лекарь, который до этого собирался что-то сказать Императору, видимо, решил сделать это сейчас.
— Что такое?
— Я бы хотел доложить вам, когда остальные удалятся.
— Все, кроме лекаря, покиньте комнату.
— Слушаемся, Ваше Величество Император.
После слов Императора послышались торопливые шаги, а затем глухо захлопнулась дверь.
Теперь в комнате остались только Император, лекарь и я, притворяющаяся без сознания.
— Говори.
— Слушаюсь, Ваше Величество. Позвольте доложить. На самом деле причина, по которой Императорская супруга теряет сознание даже от таких незначительных недомоганий, кроется в том, что ее физическая выносливость на пределе.
«О, а он смельчак, раз решился сказать такое Императору. Неужели человек с твердыми принципами?»
Разговор обещал быть интересным, и я сосредоточилась на их голосах.
— Что это значит?
Но еще до того, как лекарь успел продолжить, голос Императора стал настолько холодным, что по спине пробежал холодок — он явно догадался, к чему клонит собеседник. В его тоне сквозило явное недовольство и раздражение.
— Э-это... — голос придворного лекаря тут же дрогнул.
Его былая уверенность улетучилась, и под давлением ауры Императора он даже не мог нормально вымолвить ни слова.
— Если есть что сказать — говори прямо, — Император надавил еще сильнее на окончательно оробевшего лекаря.
— Я... я лишь хотел сказать, что приготовил лекарство для укрепления сил, и просил бы вас уделить этому внимание.
«А? Что? Серьезно, зачем тогда вообще было начинать?»
Какие там принципы, обыкновенный флюгер. Пока я мысленно качала головой и цокала языком, глядя на то, как лекарь мгновенно переобулся, между ними повисла тишина.
Первым молчание прервал Император.
— Хочешь сказать что-то еще?
— Нет! В таком случае, раз я закончил, позвольте откланяться.
Вслед за этими словами послышались тяжелые шаги, а затем звук закрывающейся двери. Лекарь ушел.
— Ха-а...
Как только мы остались вдвоем, прямо над моим ухом раздался глубокий вздох.
— Ариэль...
Позвав меня по имени, он внезапно присел на кровать. Затем он крепко обнял меня, лежащую, и начал нежно поглаживать по волосам. В его прикосновениях не было сексуального подтекста, как прошлой ночью; они были осторожными, будто он боялся сломать меня одним неверным движением.
В тот момент, когда он коснулся меня, я едва сдержалась, чтобы не вздрогнуть.
— Ариэль, пожалуйста, не болей. Если тебе больно, я...
Его голос, полный беспокойства, был теплым, как весеннее солнце. Он настолько отличался от того человека, что только что разговаривал с лекарем, что я на миг усомнилась, он ли это.
При этом он продолжал трогать меня за голову, щеки и руки — бог знает, что именно вызывало у него такую тревогу, — и мне было чертовски неловко из-за страха быть разоблаченной.
«Хватит меня трогать».
«Да перестань ты уже».
Я из последних сил сдерживала желание вскочить и с криком оттолкнуть его. О том, что случится, если я это сделаю, лучше было даже не фантазировать.
«Терпи. Я должна вытерпеть».
Самое странное, что мне не были неприятны его прикосновения. Напротив, в его объятиях было так тепло и уютно, что именно поэтому я хотела, чтобы он перестал. Как я уже говорила, сейчас его руки ощущались совсем иначе, чем ночью, когда он доводил меня до предела наслаждения. Его ладони были грубыми от мозолей, но в каждом движении чувствовалось искреннее желание, чтобы я поскорее поправилась.
Должно быть, поэтому вместе с негой на меня начала медленно накатывать сонливость.
«Нельзя спать».
Как я вообще могу хотеть спать в такой ситуации? Не слишком ли я беспечна?
Однако моя решимость не засыпать, пока этот мужчина не уйдет, рушилась под его ласками.
«Если усну...»
Нельзя спать...
И во всем был виноват этот мужчина. Когда нежно гладят такое уставшее тело, в котором и так не осталось сил, — как тут не уснуть? Так что в том, что я вскоре провалилась в сон, была не моя вина, а исключительно его.
Когда я снова открыла глаза, была глубокая ночь, а мужчины, обнимавшего меня перед сном, нигде не было видно.
Как и в прошлый раз, я одна занимала огромную кровать, на которой могли бы свободно поместиться несколько человек. Чтобы прийти в себя, я часто заморгала и быстро привела мысли в порядок.
«Ого, я всё вспомнила».
Через долгий-долгий сон ко мне наконец вернулись и мои собственные воспоминания, и память этого тела по имени «Ариэль».
В результате я наконец поняла, где нахожусь.
Это был мир романтического фэнтези-романа под названием «Тьма, озаренная светом».
Иными словами, как бы нелепо это ни звучало, я совершила одержимость телом персонажа из книги.
«Тьма, озаренная светом».
Я мгновенно вспомнила этот роман не по какой-то особой причине. Просто чтение было одним из моих хобби, а эту книгу я с интересом прочла всего за несколько дней до аварии.
«Тьма, озаренная светом» — это история, которая, как и следует из названия, повествует о спасении: солнечная главная героиня своим ярким и светлым влиянием вызволяет из тьмы главного героя, который из-за условий, в которых рос, был вынужден идти по кровавому пути.
Разумеется, главным героем здесь был тот самый мужчина, что обнимал меня перед сном. Тогда кто же главная героиня? Ариэль, в которую я вселилась? Нет. Ариэль не была главной героиней.
В оригинальной истории она была первой любовью главного героя, но после появления настоящей героини и своего изгнания она превращалась в злодейку. Ослепленная ревностью, она изводила героиню и в итоге была казнена.
«Одержимость злодейкой, которая скоро умрет...»
Это уже слишком.
Мне хотелось высказать всё, что я думаю, тому, кто отправил меня сюда. Судя по тому, что я отчетливо помню свою прошлую жизнь, я не была пьяна в стельку в тот день. Просто выпила пару бокалов, весело болтая с друзьями, а когда возвращалась домой и переходила дорогу на зеленый свет — бах!
«Чтоб я еще хоть раз притронулась к алкоголю».
Мне казалось, что всё произошло из-за выпивки, и теперь на нее даже смотреть не хотелось. Не выпей я тогда, не попала бы под машину, и тогда, возможно, никакой одержимости этим дурацким романом не случилось бы.
Однако всё уже произошло, и способа вернуться я не знала. Долго жалеть о невозвратном было совсем не в моем характере. Продуктивнее было потратить время на то, чтобы предугадать грядущие события и составить план действий.
«Спокойствие».
Да. Нужно успокоиться. Спокойно подумать.
«Если я умру, смогу ли я вернуться?»
А если нет? Что тогда? Если бы я была уверена, что смерть вернет меня назад, я бы так и сделала, но уверенности не было, поэтому я не могла действовать наобум. Значит, у меня оставался только один путь.
Выжить здесь во что бы то ни стало. Использовать знание будущего и прожить свою жизнь правильно, а не изводить главную героиню и погибать, как в оригинальной истории.
Это был мой единственный шанс на спасение в этом романе. Для этого в первую очередь нужно было четко во всем разобраться.
«Так, давай подумаем».
Я поняла, что нахожусь в романе «Тьма, озаренная светом», но какой сейчас период? Судя по поведению Каликса, главного героя, по отношению к Ариэль, оригинальная история еще либо не началась, либо находится в самой ранней стадии.
Действие «Тьмы, озаренной светом» начинается с того момента, когда главная героиня, Гестия Кейнер, возвращается после учебы в соседней стране.
http://tl.rulate.ru/book/180115/16735049
Готово:
