Через некоторое время невестка закончила стирку и, держа таз, вышла развешивать бельё на лоджии. Су Мин стоял в гостиной и сквозь открытую дверь видел, как она, привстав на цыпочки, вешает мокрые вещи одну за другой на верёвку.
Послеполуденное солнце падало косо, очерчивая её фигуру золотистой каймой. Когда она поднимала руки, хлопковая ночная рубашка слегка задиралась, открывая стройные бледные ноги; а когда наклонялась, ткань обтягивала талию и бёдра, слегка колыхаясь в такт движениям.
Су Мин засмотрелся, пока Цю Тун внезапно не обернулась.
Их взгляды встретились.
— Что смотришь? — Цю Тун глянула на него с лёгкой долей гнева и долей насмешки.
Су Мин вздрогнул, лицо его залила краска.
— Я… я не смотрел…
— Ещё говоришь, не смотрел? — Цю Тун улыбнулась, повесила последнюю вещь и шагнула в гостиную. — Глазами меня чуть не просверлил.
Пойманный с поличным, Су Мин покраснел ещё больше и, запинаясь, опустил взгляд, делая вид, что изучает рисунок на полу.
Цю Тун, видя его смущение, улыбнулась ещё шире. Она присела на диван, вдруг завела руку за спину, пытаясь почесаться, и нахмурилась:
— Иди сюда.
— Невестка… ты… что делаешь? — Сердце Су Мина забилось чаще, он замер на месте.
— Ну ты и напрягся, — Цю Тун не удержалась от смеха, снова почесалась и попросила: — Подойди, почеши мне спину, ужасно зудит. У меня руки мокрые!
Су Мин наконец понял, вздохнул с облегчением, но его тут же охватило какое-то непонятное разочарование. Он нехотя подошёл и встал за спиной Цю Тун.
Она сидела к нему спиной, вырез её ночной рубашки был широковат. С этого ракурса он видел почти всю её обнажённую спину — гладкая кожа, изящные очертания лопаток… и белья, конечно, не было.
У Су Мина пересохло в горле, пальцы дрожали. Он глубоко вздохнул, осторожно вытянул указательный палец и слегка почесал ей спину сквозь тонкую хлопковую ткань.
— Повыше… да, вот здесь… — Цю Тун с наслаждением выдохнула, чуть повернула голову. — Ещё левее… ммм…
Её голос, с ленивыми носовыми интонациями, проникал прямо в уши Су Мина, словно лёгкое прикосновение пёрышка. Он слышал запах оставшегося после душа жасмина, смешанный с чистым ароматом только что просушенного на солнце белья.
И самое ужасное: когда она поворачивалась, вырез рубашки сползал ещё сильнее. С того места, где стоял Су Мин, ему почти был виден боковой изгиб.
По телу разлилась сладкая истома, пальцы его замерли.
— Хватит, — Цю Тун наконец выпрямилась, обернулась к нему с очаровательной улыбкой. — Иди переодевайся, сейчас пойдём ужинать.
Су Мин, будто получив прощение, в панике сбежал в спальню. Закрыв дверь, он прислонился к ней спиной — сердце всё ещё бешено колотилось. Эти несколько минут были похожи на сладкую и одновременно мучительную пытку.
Чёрт, нельзя о таком думать, нельзя!
Он переоделся в чистую футболку и брюки и, немного подождав, пока успокоится, вышел из комнаты.
Цю Тун тем временем тоже переоделась.
Су Мин взглянул и остолбенел.
На ней было облегающее платье цвета индиго, подол едва прикрывал середину бедра — ткань обтягивала ягодицы, очерчивая опасные изгибы. Верх с глубоким декольте открывал изящные ключицы и широкую полосу белой кожи, а тонкая цепочка свисала как раз над ложбинкой. На ногах — серебристые шпильки, отчего ноги казались ещё длиннее.
Она ещё и накрасилась: стрелки на глазах, алые губы, пышные волосы небрежно заколоты на затылке, несколько прядей спадают на шею. На плече — маленькая блестящая сумочка. Вся она дышала зрелой, чувственной красотой.
— Опять смотришь? — Цю Тун, увидев его вытаращенные глаза, закатила глаза. — Или ещё не насмотрелся?
Су Мин густо покраснел и отчаянно замотал головой:
— Н-нет…
— Не насмотрелся или не смотрел? — с улыбкой спросила Цю Тун.
— Не подглядывал! — Су Мин покраснел до корней волос.
Цю Тун, сразу поняв, что у него на уме, подошла и покрутилась перед ним:
— Думаешь, я слишком вульгарно оделась?
— Ага, — Су Мин сглотнул и честно кивнул. — Действительно… довольно… сексуально.
— Это просто ты слишком деревенский, — усмехнулась Цю Тун. — В большом городе многие девушки так одеваются, когда идут вечером развлекаться. — Помолчав, добавила: — И потом, я уже не маленькая девочка, чтобы оглядываться на чужое мнение.
Су Мин, красный как рак, уставился в пол, боясь проронить слово.
Цю Тун рассмеялась и поманила его:
— Пойдём, я покормлю тебя ужином. А потом мне на работу. Ты останешься дома. Я вернусь поздно. — Она подмигнула ему. — Как раз сможешь сходить на ночной рынок и поглазеть на девушек с длинными ногами и пышной грудью. Обещаю, зрелище будет захватывающее.
Су Мин покраснел ещё сильнее, но всё же не удержался от любопытства:
— Невестка, ты работаешь по ночам?
— А ты что, думаешь, меня содержать будешь? — выпалила Цю Тун, потом, спохватившись, замерла, но быстро улыбнулась, хотя в голосе её слышалась едва уловимая горечь. — Джан Цзянь хоть и богат и не без способностей, но жениться на мне не собирается… Так что рассчитывать приходится на себя…
Когда она говорила это, свет в её глазах на мгновение померк. Су Мин почувствовал, как в душе поднимается целый клубок чувств — и жалость, и несправедливость, и какая-то непонятная, щемящая горечь.
Цю Тун, заметив, что он остолбенел, легонько подтолкнула его:
— Пошли! Не волнуйся, работа у меня не утомительная. — Она помолчала и загадочно добавила: — По крайней мере… не физически.
— Вот и хорошо, — Су Мин, видя её облегчённую улыбку, тоже повеселел.
Они спустились вниз. Вечерний ветер всё ещё нёс остатки дневного тепла, зажигались уличные фонари. На перекрёстке Цю Тун остановила такси и назвала водителю нужное место.
Машина остановилась в самом оживлённом районе центра. Здесь всё сверкало неоном, стоял гул голосов, толпились рестораны, торговые центры, развлекательные заведения. Воздух был наполнен ароматами еды и громкой музыкой.
Цю Тун провела Су Мина в довольно приличный ресторан. Заказала несколько блюд, но сама есть почти не стала — в основном смотрела, как он ест, и иногда подкладывала ему еду.
— Ешь побольше, ты ещё растешь, — сказала она, глядя на него с нежностью, как старшая сестра.
— Спасибо, невестка! — Су Мину было тепло от этих слов.
— За что спасибо? Ты моя единственная родня в этом городе. Кому же мне ещё добра желать, как не тебе? — Цю Тун бросила на него сладкую улыбку.
Су Мин лишь украдкой взглянул на неё и снова опустил глаза, не смея больше смотреть. Невестка была слишком нежной, слишком красивой. Он боялся, что не удержится и опять начнёт глазеть.
После ужина Цю Тун сказала, что ещё рано, и повела его гулять по площади. Они медленно пошли по пешеходной улице, рассматривая уличных артистов, прилавки с товарами и влюблённые пары, бредущие мимо.
Незаметно они добрались до того самого моста, где Су Мин был днём.
Сердце его сжалось. Он боялся встретить ту женщину, которая заманила его в тёмную комнату и разделась догола.
И боялся он не зря. Он поднял глаза — и точно: в знакомом углу он сразу увидел ту самую сексапильную особу, что завела его тогда в подворотню.
Всё пропало! Если эта женщина подойдёт, если невестка узнает — не отмажешься. Она подумает, что он шляется по бабам.
Только бы она его не заметила! Сердце Су Мина бешено заколотилось.
http://tl.rulate.ru/book/179459/16601679
Готово:
