— О чем ты только думаешь? Чэнь Фу – мой босс, я всё ещё рассчитываю получать из его рук зарплату, — Су Юй пожал плечами.
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошел Чжоу Чжэ. С сумкой через плечо, он выглядел донельзя изнуренным.
Небрежно подхватив с журнального столика стакан воды – и неважно, чей он был, – он принялся жадно пить. Осушив его, он вытер рот и пожаловался Ма Сяолу:
— Послушай, директор, не могла бы ты выделить мне какого-нибудь помощника или секретаря? Этот парень, Сунь Ци, прошел спецподготовку, ему хоть бы хны, а я уже почти разваливаюсь от усталости. В жизни так не вкалывал.
Чжоу Чжэ с самого детства никогда, в истинном смысле этого слова, не работал. Даже если он иногда помогал в семейной компании, то делал это лишь для вида. В глубине души он оставался ленивым молодым господином, и нынешняя суматоха последних нескольких дней действительно давалась ему нелегко.
Сунь Ци же решительно уволился со своего прежнего места и полностью посвятил себя становлению компании Ма Сяолу, оказав существенную помощь во многих вопросах.
— Ишь, разговорился, — отозвалась Ма Сяолу. — Как прошли переговоры с Инвестиционной компанией «Пан-Пасифик»?
— Вполне прилично. Сначала я думал, что в такой крупной конторе нам будут вставлять палки в колеса, но, на удивление, эти толстосумы даже не мелочились. Во многих моментах они сами шли на уступки. Если в будущем появятся крупные проекты, к ним точно можно обращаться, — ворчать-то Чжоу Чжэ ворчал, но в делах никогда не допускал халатности.
— Кстати, завтра мне понадобится твоя машина, так что тебе придется добираться на работу на автобусе, — вставил Су Юй. Его мать жила в городке между Биньхаем и Шанжао, поездка туда-обратно занимала минимум день, так что на автомобиле было сподручнее.
— Да ладно! Директор, а компенсация за проезд будет? — С горькой усмешкой спросил Чжоу Чжэ.
В последнее время компания только вставала на ноги, деньги требовались повсюду, что заставляло Ма Сяолу быть в весьма затруднительном положении с финансами. Однако будущее виделось многообещающим, поэтому не только она, но и Чжоу Чжэ с Сунь Ци работали на износ.
В этом обществе немало тех, кто изо всех сил карабкается вверх, но лишь единицы действительно видят свет надежды. Раз уж они его увидели, то должны были приложить двойные усилия, чтобы не оправдать этот шанс.
…— Поведешь ты или я? — На следующее утро, когда они вышли на подземную парковку, Ма Сяолу покрутила в руках ключи и посмотрела на Су Юя.
Водить? Насколько помнил сам Су Юй, из-за своих периодических проблем с рассудком он даже не пытался получить водительские права.
— Ты это сейчас надо мной издеваешься? Если я выеду на дорогу, это будет то еще зрелище, — ответил Су Юй и привычно уселся на пассажирское сиденье.
Ма Сяолу сложила подарки на заднее сиденье и, заняв водительское место, произнесла:
— Ну, я ведь женщина за рулем, так что разница невелика.
— Тогда мне, пожалуй, стоит пристегнуться покрепче?
Хотя Ма Сяолу получила водительские права еще два года назад, возможности водить ей выпадали редко. На дороге она заметно нервничала и пару раз едва не влетела в багажник впереди идущей машины, отчего сама бледнела как полотно.
Прижавшись к обочине, она прижала ладонь к груди и, переведя дух, выпалила:
— До смерти напугали! Эти водители совсем за жизнь не цепляются, что ли? Куда так нестись!
После этого она включила аварийку и поплелась по дороге, словно старик на неспешной прогулке. Су Юй от такой езды едва не уснул.
Миновав извилистую береговую линию и проехав вглубь еще около десяти минут, машина миновала пункт оплаты – цель была уже близка.
Ма Сяолу притормозила у небольшого магазинчика, зашла внутрь и, вернувшись, протянула Су Юю несколько купленных красных конвертов.
— Вчера совсем из головы вылетело. Положи в два конверта по четыреста юаней, а в один – восемьсот. Деньги у меня в сумке.
Су Юй опешил:
— А зачем они?
Мать Су Юя, Линь Цянь, сейчас жила вместе с его бабушкой и семьей дяди. Раньше Су Юю казалось, что дом бабушки слишком бедный и непрестижный, поэтому он заезжал крайне редко.
Обычно на все праздники, свадьбы и прочие семейные сборы Ма Сяолу ездила в одиночку.
Можно сказать, что она знала положение дел в этой семье даже лучше, чем сам Су Юй.
У дяди было двое детей. Поскольку Ма Сяолу жила в большом городе, каждый раз по приезде она дарила племянникам красные конверты.
Также была бабушка, которой перевалило за семьдесят – Ма Сяолу неизменно вручала конверт и ей. Сумма была невелика, но это был знак внимания.
Наполняя конверты деньгами, Су Юй думал про себя, что о такой жёнушке можно только мечтать.
В мгновение ока машина остановилась перед трехэтажным домиком. Это было жилье, полученное в качестве компенсации при сносе государством несколько лет назад: первый этаж использовался под лавку, где торговали всякой бытовой мелочью, а два верхних были жилыми.
У открытых рольставней, прислонившись к стене, сидела старушка. На ней была старомодная одежда в складку, а на ногах – самодельные матерчатые туфли на многослойной подошве, которые, судя по виду, служили ей уже не первый год. В руках она держала потрепанный банановый веер, отгоняя комаров.
Это была Лян Ифан, бабушка Су Юя. Припарковавшись, Ма Сяолу подошла к ней и, присев рядом, громко крикнула:
— Бабушка, как ваше здоровье?
Ма Сяолу знала, что Лян Ифан с годами стала плохо слышать, поэтому специально повысила голос.
Лян Ифан моргнула и, узнав Ма Сяолу, радостно рассмеялась, отчего морщины на её лице стали ещё заметнее.
— Сяолу! Что же ты не позвонила, мы бы подготовились. Проходи, проходи скорее внутрь.
Видно было, что старушка очень любит Ма Сяолу.
В этот момент подошел Су Юй. Он просто замер рядом, не двигаясь. Ма Сяолу обернулась, нахмурилась и смешно выпятила губы, без слов призывая мужа проявить вежливость.
Су Юй улыбнулся, сделал шаг вперед и взял старушку за руку:
— Бабушка, вы меня еще помните?
Старушка на мгновение замерла. Этот внук казался ей почти чужим. Раньше Су Юй хорошо если раз в год появлялся, да и то Ма Сяолу затаскивала его силой, угрожая не давать денег.
Обычно он съедал обед и тут же шел спать или вовсе уезжал. Ладно бабушка – он и с матерью-то не всегда здоровался.
Поэтому это обращение «бабушка» прозвучало для неё крайне неожиданно и вместе с тем долгожданно.
— Ю… Юй? — Старушка вцепилась в его руку, та заметно дрожала. Было ясно, что она разволновалась.
— Это я, бабушка. Как вы себя чувствуете в последнее время? — Су Юй с улыбкой начал медленно заводить её в дом.
— Хорошо… всё хорошо. Славно, что ты вернулся, мама твоя всё уши про тебя прожужжала, — старушка ненароком выдала, как сильно мать за него переживала.
В конце концов, Линь Цянь вырастила его одного. Хоть он и женился, и в городе у него была квартира, в сердце матери всегда сидела заноза – болезнь Су Юя. Как же ей было не беспокоиться?
#
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/178678/16324447
Готово:
