Весенний день. Водохранилище Цуйпин в пригороде столицы.
Линь Нин передал прикормку заказчику — мужику, вызвавшему курьера через приложение. Подавляя глухое раздражение, он в очередной раз сбросил входящий вызов и, воспользовавшись секундной паузой, нажал в телефоне кнопку «Доставлено».
В следующую секунду мобильник снова зашелся в истерике. Сброс, звонок, снова сброс…
Линь Нин быстрым шагом отошел подальше от толпы. Найдя укромный уголок, он наконец нажал на кнопку приема.
— Ты, сука, думаешь, если трубку не берешь, то долг сам собой рассосется? Решил нас кинуть? Линь Нин, твою мать…
На лбу Линь Нина вздулись вены. Он не выдержал и взорвался, перебивая коллектора:
— Да пошел ты на хер! Пошел на хер, дебил! Я нанял адвоката, чтобы он обсудил с вами график выплат! Ты, мразь, хоть обзвонись, какой в этом толк? Если ты, урод, не даешь мне работать своими звонками, чем я, по-твоему, отдавать буду?!
Он швырнул трубку. Рука, сжимавшая смартфон, дрожала от ярости. Линь Нину хотелось разбить гаджет вдребезги о ближайший камень! Но когда ярость достигла пика, она вдруг резко сменилась опустошением. Разобьешь — а на что чинить? У него не было денег даже на самый дешевый ремонт.
Рука медленно опустилась. Пальцы побелели от напряжения.
Линь Нин сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь унять дрожь. Он посмотрел на горы, уже подернутые сочной весенней зеленью, и горько усмехнулся.
Наверное, он был самым никчемным и жалким «попаданцем» в истории.
Вдалеке, в просветах между деревьями, у самой кромки воды сидели рыбаки. Они безмятежно закидывали удочки, наслаждаясь жизнью. Завидовал ли он им? Нет, он их люто ненавидел!
Возможно, они тоже были обычными работягами. Но они, по крайней мере, жили нормально: работали, не имели долгов и могли позволить себе такую роскошь, как тихая рыбалка в будний день.
Линь Нин поднял взгляд. Над головами рыбаков парил полупрозрачный текст.
[Чжао Айго. Индивидуальный предприниматель] — ярко-зеленый цвет.
[Ли Цзюнь. Пенсионер] — ярко-зеленый цвет.
[Ян Вэй. Банковский служащий] — ярко-зеленый цвет.
Сплошное зеленое море. Но внезапно в поле зрения Линь Нина ворвались два кроваво-красных пятна.
Они были далеко, и ему пришлось прищуриться, чтобы разобрать слова.
[Ван Лицзюнь. Государственный служащий] — темно-красный цвет.
[Лю Хун / Алан Ким. Безработный] — темно-красный цвет.
«В последние дни я уже видел красные ники, но они были бледными. Такую густую "кровь" вижу впервые», — пробормотал Линь Нин.
Этот «Золотой палец», показывающий имена, профессии и подкрашивающий их разными цветами, появился у него без всяких инструкций. Линь Нин до сих пор не понимал, как им пользоваться.
Собственно, только благодаря этой странной способности он еще не опустил руки окончательно и не превратился в одного из тех «святых бездельников», что валялись в его общаге, забив на жизнь.
Глядя на то, как два столь ярких красных ника сошлись вместе, Линь Нин не выдержал. Любопытство взяло верх. Он завел свой старенький электроскутер и медленно покатил в их сторону.
Ему нужно было понять, что умеет эта чертова способность, иначе он и в могиле не обретет покоя.
Сквозь редкие тени деревьев он увидел, как двое мужчин средних лет закончили разговор и собрались уходить. Линь Нин внезапно прищурился.
Оба синхронно сделали шаг в сторону, как бы случайно поменялись местами и подхватили сумки друг друга, стоявшие на земле. После этого они разошлись в разные стороны.
У Линь Нина перехватило дыхание. По спине пробежал мощный электрический разряд. Такое он видел только в шпионских боевиках!
Думай! Соображай! Глухой лес в пригороде, утро рабочего дня, двое мужчин обмениваются абсолютно одинаковыми сумками.
Один из них — чиновник.
У второго — два имени, китайское и иностранное, да еще и фамилии разные.
Сердце Линь Нина пустилось вскачь. В голове вспыхнуло слово: «Шпион!»
А кто такой шпион в Китае? Это же ходячие 500 000 юаней награды!
Что такое 500 000? Это деньги, которые ему нужны до зарезу! Это спасение от долговой ямы, это шанс снова почувствовать себя человеком!
Линь Нин сделал несколько глубоких вдохов, заставляя себя успокоиться. Мозг заработал на предельных оборотах.
Значит, красный цвет ника означает преступление? Большинство людей «зеленые», потому что они законопослушны…
Теперь нужно подтвердить их личности.
Не раздумывая больше ни секунды, Линь Нин выжал ручку газа и осторожно двинулся вслед за тем, кого звали Ван Лицзюнь.
Тот сел в черный БИЯДИ. Мотор заурчал, и машина плавно покатила в сторону города.
Дыхание Линь Нина стало тяжелым. Звук его собственного вдоха и выдоха, многократно усиленный шлемом и ветрозащитной маской, бил по барабанным перепонкам, словно рев турбины.
Слава столичным ограничениям скорости! Благодаря им двухколесный электроскутер мог вплотную следовать за четырехколесной «жестяной коробкой».
Все его нервы были натянуты, как струны. Он вцепился в цель мертвой хваткой.
Просчитывать светофоры, следить за перестроением, держать дистанцию — каждое движение требовало миллисекундной точности. Нужно было не отстать и при этом не вызвать ни капли подозрения.
Черный БИЯДИ стал единственной точкой опоры в его мире.
Линь Нин не смел приближаться слишком близко, боясь встретиться в зеркале заднего вида с оценивающим взглядом Ван Лицзюня. Если этот парень действительно был «ходячими полумиллионом», Линь Нин не сомневался: по его собственным глазам сейчас всё можно было прочесть.
Каждая смена сигнала светофора, каждая пробка заставляли его сердце замирать. Он был в предельном напряжении, но в то же время чувствовал дикий азарт. Давление росло с каждой минутой, время растянулось, превращаясь в тягучую смолу.
Наконец машина Ван Лицзюня въехала в жилой комплекс. Однако Линь Нина остановили на въезде — охрана потребовала регистрацию.
Когда он наконец прорвался внутрь, БИЯДИ уже след простыл.
Линь Нин заглушил скутер и сорвал шлем. Волосы были хоть выжимай. Весенний ветер ударил в лицо, обдав холодом потное тело. Это было словно ведро ледяной воды на голову.
Он посмотрел на свои руки — они тряслись от того, что он слишком долго и сильно сжимал руль.
Шок от того, что надежда только что испарилась прямо перед его носом, помутил рассудок. Но постепенно пульс пришел в норму, и способность мыслить здраво вернулась.
Объект вошел в этот ЖК. Даже если он упустил его сегодня, он может просто потратить время и выследить Ван Лицзюня позже.
В крайнем случае можно отправить донос просто так: «Ван Лицзюнь, номер машины такой-то, проживающий в таком-то комплексе, подозревается в шпионаже».
За донос денег не берут. Пусть органы сами разбираются. Если наглости хватит, выход всегда найдется.
Успокоившись, Линь Нин расслабился и откинулся назад, полулежа на скутере, как заправский курьер-старожил. Он смотрел, как экран телефона то загорается от звонков коллекторов, то гаснет, но больше не чувствовал себя загнанным зверем.
Небеса все-таки увидели его страдания.
Не прошло и 20 минут, как вдали показался тот самый черный БИЯДИ.
Линь Нин выпрямился и нажал на кнопку приема вызова. Если не прислушиваться к содержанию, со стороны он казался обычным курьером, болтающим по телефону.
— Твою мать… долги не отдаешь… мы приедем к тебе домой… — доносилось из трубки.
Линь Нин пропускал угрозы мимо ушей, не вникая в смысл, но привычно огрызался в ответ:
— Да пошел ты… дебил… вали на хер! Спасибо, бро! — Кажется, в этот поток ругательств вклинилось что-то странное.
Заметив, что БИЯДИ выезжает за ворота, Линь Нин сбросил звонок и пристроился следом.
Через несколько минут машина въехала на территорию Управления водного хозяйства.
Ван Лицзюнь вышел из авто и направился к офисному зданию. В руках он держал термос. По пути он по-свойски здоровался с коллегами, явно чувствуя себя как рыба в воде.
Линь Нин остановился в тени деревьев на противоположной стороне улицы.
Госслужащий из Управления водного хозяйства?
Теперь, когда цель была подтверждена, Линь Нин не спешил звонить. Мысль о том, что есть 50 % вероятности ошибки, из-за которой он не получит ни юаня, боролась с иллюзорной надеждой на 500 000. От этого выбора телефон в руке казался невыносимо тяжелым.
Он тупо смотрел на погасший экран, как вдруг устройство снова ожило. На этот раз высветилось: «Сестра».
Это была Линь Цзин.
Линь Нин помедлил, но всё же ответил.
— Сяо Нин, я перевела тебе в Вичате 800 юаней. Возьми, поешь нормально, не смей голодать. У меня тут… есть еще дела, пока пользуйся этими, — голос Линь Цзин звучал устало, она явно пыталась скрыть одышку.
Линь Нин знал: эти деньги сестра, скорее всего, оторвала от своих крошечных накоплений или тайком припрятала от мужа.
В самой глубине его души что-то дрогнуло. В носу нестерпимо защипало. Память прежнего владельца тела подкинула ворох грязных и постыдных воспоминаний — сплошные унижения и беды.
Линь Нин с силой зажмурился, прогоняя видения.
— Сестра, я получил. Не переживай за меня. С долгами я почти разобрался, скоро всё решу. Правда! Берегите себя с мамой, я скоро приеду вас проведать.
Он повесил трубку.
Линь Нин поднял голову и посмотрел на здание Управления водного хозяйства, над которым величественно сиял государственный герб. Сомнений больше не осталось.
Пальцы, чуть подрагивая, вбили в поисковик: «Горячая линия по вопросам национальной безопасности».
Страница обновилась, высветив официальный номер.
Он глубоко вдохнул и нажал на кнопку вызова. Дождавшись длинных гудков, он произнес низким, твердым голосом:
— Алло, здравствуйте… Я хочу сообщить о преступлении.
http://tl.rulate.ru/book/178233/16266020
Готово:
