[По мере того как инцидент на острове Чеджу разрастался, правительство начало эвакуацию жителей. На всевозможные слухи власти отвечали лишь призывами не распространять дезинформацию.]
Телевидение целыми днями только и было занято репортажами об инциденте на острове Чеджу.
Большинство людей уже осознавали: ситуация вышла за рамки нормального.
— Наш Сольдон говорит, что уже едет… Даже не знаю, что теперь будет.
Родители Син Сольдона были обычными офисными работниками. Вполне естественно, что в их глазах читалась тревога.
Мать Син Сольдона вздохнула:
— И зачем он только внезапно сорвался на этот Чеджу? Хорошо хоть, сообщил, что сел в самолёт, теперь я спокойна…
Они недоумевали, почему их сын так внезапно отправился на остров.
Взгляд матери обратился к Ю Санъину — лучшему другу Сольдона с самого детства, который был ей как другой сын.
— Ты знаешь, почему Сольдон вдруг сорвался в это путешествие?
Ю Санъин. Этот молодой человек с аккуратными бровями слегка опустил взгляд.
— Его девушка бросила.
— Ох, сын мой, ну надо же…
Это была чистейшая правда. Мать Сольдона лишь цокнула языком, а Ю Санъин пожал плечами.
Инцидент на острове Чеджу был серьёзным, но для жителей Сеула это всё казалось событиями в другой стране, ведь в столице пока ничего не происходило. Подозрительные личности разве что стекались в больницы или подвергались досмотрам на улицах.
Ю Санъин увидел по телевизору, как уводят какого-то гражданина.
— Когда Сольдон вернётся, надо будет расспросить его, что там на самом деле происходит. Людей забирают так, будто это незаконное похищение…
— Разве это не доказательство того, насколько всё серьёзно? Хотя, конечно, странно, что ничего не объясняют, — мать горько усмехнулась.
Ю Санъин формально был посторонним человеком, но разговаривал с ней так естественно, будто был членом семьи. Причина проста: он и вправду был ей как сын, и не только на словах.
Ю Санъин улыбнулся матери:
— Пока Сольдона нет, я буду заходить почаще.
— Конечно, Санъин. Мы ведь растили тебя вместе с ним с малых лет, ты нам как родной.
— Спасибо, что присмотрели за мной, когда я остался сиротой.
Так и было. Санъин рано потерял родителей и вырос в доме Син Сольдона. То, что к нему относились как ко второму сыну, было в порядке вещей. В этом не было никакой неловкости. Хотя сейчас он жил отдельно, они делили кров до самого окончания старшей школы.
Родители Син Сольдона относились к нему так, словно их сын просто надолго вернулся домой.
— Ого! Наш Санъин пришёл?
Раздался звук закрывающейся двери, и на пороге появился сияющий отец Син Сольдона.
Мужчина с опрятным лицом и в крупных очках радостно обнял Санъина.
— Послушайте, парень пришёл спустя столько времени, неужели мы будем кормить его обычным ужином?
— Всё в порядке. Я и так обычно хорошо питаюсь.
— Нет-нет. Дорогая! Та говядина высшего сорта, которую мне дали в компании, помнишь? Доставай!
Отец Син Сольдона, довольно улыбаясь, сел за стол. Обычный дом площадью в 25 пхёнов. Можно сказать, жильё типичной благополучной семьи.
Санъин присоединился к ним и стал внимательно слушать разговор. Отец Син Сольдона завёл речь о той самой болезни.
— Кстати, в последнее время в нашей компании столько людей начали кашлять. Начальник отдела Джин, который сидит рядом со мной, постоянно заходится в кашле, а на подчинённых срывается так, будто с цепи сорвался.
— В университете то же самое. Те, у кого Кашель, становятся эмоционально нестабильными, легко выходят из себя. Но с некоторыми всё иначе. У меня есть друг, он переживает за своего отца, который болеет простудой уже месяц. Его отец — человек необычный, практикует медитацию и контроль над разумом. Кажется, если ментально себя контролировать, то ничего страшного не происходит.
— Ох, уж не из-за мелкой пыли ли это всё? Говорят, она в последнее время совсем разбушевалась, — отец Син Сольдона цокнул языком.
Хотя правительство запрещало даже заикаться о слухах, большинство людей считали, что причиной всему — Биохимическое оружие.
Ю Санъин вспомнил, что Сольдон писал ему в KakaoTalk.
— Сольдон сказал, что если появятся симптомы, о которых твердит правительство, ни в коем случае нельзя идти в больницу. Что же там всё-таки происходит?..
Они усердно уплетали говядину, не отрываясь от телевизора.
[За последний месяц количество случаев нападений, краж и поджогов резко возросло.]
Мать Син Сольдона положила перед Санъином идеально прожаренный кусочек мяса.
— Что с людьми творится… Совсем перестали бояться закона.
— И не говорите.
Бум! Бум!
В этот момент снаружи раздался тяжёлый, глухой стук в дверь.
— Это соседи?
Отец Син Сольдона поднялся и подошёл к двери.
Бах! Бах!
Стук становился всё яростнее. Лицо отца Сольдона тоже посуровело.
— Кто там? Почему вы ломитесь в чужую дверь?
— Я… я… — послышался слабый голос из-за двери.
Отец Сольдона заглянул в дверной глазок. Там стоял мужчина изнурённого вида, которого можно было принять за бродягу.
— Пахнет… вкусно. Я голоден.
— Вы кто такой?
— …
Не дождавшись ответа, отец Сольдона уже собирался отойти, но…
Бах! Бах!
В дверь снова яростно забарабанили. В обычной ситуации следовало бы выйти и отчитать наглеца, но, учитывая состояние незнакомца, отец снова крикнул из-за двери:
— Я вызову полицию! Уходите немедленно!
— Твою мать… ублюдок. Я голоден… Я голоден… Не дашь? Не дашь?!
Голос мужчины начал меняться, становясь пугающим.
Поняв, что ситуация принимает серьёзный оборот, Ю Санъин тут же схватил телефон.
— Алло, Полиция? У нашей двери какой-то странный человек, он угрожает нам. Адрес…
Пока они звонили…
— А-а-а-а-а!
Из соседней квартиры раздался крик.
Ю Санъин, не прерывая звонка, выбежал на балкон. В доме напротив он увидел женщину, которая в панике выскочила на свой балкон. За ней гнался мужчина с ножом.
— Грабитель?
Ю Санъин снова обратился к полицейскому на другом конце провода:
— В соседнюю квартиру вломился грабитель! Скорее…
— А-а-а-а-а!
Снова крик, эхом разнёсшийся по всему жилому комплексу. И Ю Санъин увидел это. Мужчина выронил Нож и начал буквально вгрызаться в женщину.
— Что за…
— Г-а-а-а-а!
Снаружи снова раздались крики. Ю Санъин посмотрел вниз: там несколько человек без разбора нападали на прохожих.
— …
Санъин потерял дар речи.
Самолёт спешно взлетал. Сольдон сидел в эконом-классе и оглядывался по сторонам, словно всё ещё не мог поверить в реальность происходящего.
У всех были испуганные лица. Однако судя по разговорам, многие до сих пор сомневались.
— Какие ещё зомби? Наверняка просто под наркотиками.
— Это бунтовщики. Эти антиправительственные фанатики совсем с катушек съехали.
— Вот именно! Откуда в наше время такому взяться? Да и те, кто кричит про зомби, сами подозрительные. Военные тоже перегибают палку. Я говорю вам, это всё таблетки. Думайте реально. С чего вдруг Бомбардировка? Я уж думал, мне конец.
Сольдон слушал этот бред и просто диву давался. Ему хотелось ткнуть их носом в то, что он видел своими глазами.
С другой стороны доносились голоса тех, кто стал свидетелем кошмара.
— Я… я видел! Он внезапно начал нападать на всех вокруг, а потом изменился!
— Они нападают как звери. Мне теперь страшно даже глаза закрыть!
— До Инчхона лететь час десять, да? Недолго. Надо просто потерпеть до этого времени.
Чего только не болтали. Сольдон хотел просто спокойно поспать. Но от Чеджу до Инчхона — меньше двух часов. Сразу после посадки ему придётся бежать домой.
«Потерпи ещё немного. Совсем чуть-чуть».
Сольдон посмотрел в телефон.
— Хён, самолёт взлетает. Кажется, скоро заберут телефоны.
— Главное, что ты жив. Встретимся — выпьем по рюмочке.
Сольдон улыбнулся, несмотря на дикую усталость.
Столько смертей. Жертва старика Чжона. Казалось, он оставил на Чеджу частичку себя.
«Наверное, я сюда больше не вернусь».
Судя по тому, что на Чеджу всё началось в первую очередь, там находилось что-то ключевое для распространения болезни.
«Да какая разница. Я обычный человек, не моё это дело. Правительство само разберётся».
Сольдон оглядел полупустой салон. В эконом-классе было около ста пятидесяти человек. В этот момент он почувствовал что-то неладное.
Взгляды пассажиров устремились в одну точку. Шум разговоров поутих.
«Что там?»
Присмотревшись, он увидел, что стюардесса спорит с какой-то женщиной.
— Нет, ну что это за авиакомпания! Моему ребёнку плохо! Разве это нормальный сервис?
Какая-то мамаша, прижимая к себе ребёнка, отчитывала бортпроводницу.
— Там впереди первый класс, да? Там же почти никого нет! Моему ребёнку плохо, обеспечьте нам нормальные условия!
— Прошу прощения. Мне очень жаль.
Обаятельная стюардесса кланялась, извиняясь перед женщиной.
Син Сольдон мгновенно понял суть происходящего.
— Ребёнку плохо! Я прошу более комфортного обслуживания! Всё равно же места пустуют, почему нам нельзя туда? Ребёнок болен!
— Впервые вижу такое вживую, — пробормотал он.
Стерва. Обычная скандалистка, ни больше ни меньше.
На внутренних рейсах обычно идут навстречу капризным клиентам, но проблема была в том, что сейчас обстановка совершенно не располагала к любезностям.
— Простите, но это правила…
— Да плевать мне на ваши правила!
Стюардесса, продолжая извиняться, позвала старшую бортпроводницу. Но та лишь покачала головой.
— Моему ребёнку плохо, я вам говорю!
Мать надрывно кричала, поднимая шум. Видно, поэтому ребёнок тоже начал плакать. Да так громко, будто у него внутри был паровозный гудок.
Мать даже не пыталась его успокоить, продолжая окольными путями требовать апгрейд до бизнес-класса.
Син Сольдон чувствовал, как от этого надрывного детского плача у него закладывает уши. И судя по лицам остальных пассажиров эконома, страдал не он один.
В этот момент открылась дверь из переднего отсека. Там показался плотный мужчина средних лет с нахмуренными бровями.
— Слушайте, вы можете унять ребёнка? Орать мешает!
— Вы ещё кто такой?!
Когда мать огрызнулась, мужчина тоже повысил голос:
— Я купил билет в первый класс за свои деньги! В экономе и так полно мест! Чего вы туда ломитесь? И вообще, вы проверку на инфекцию проходили? Куда вы прётесь? Что за нищенские замашки!
— Что вы сказали? Вы меня за отброс принимаете?!
Ссора разгоралась. Мужчина обратился к стюардессе:
— Послушайте! Я заплатил за первый класс, а эта попрошайка хочет на халяву пролезть? Пусть посадит своего ребёнка на любое свободное место рядом. Ещё не хватало, чтобы она тут заразу разносила!
— Просим прощения.
Стюардесса, оказавшаяся между двух огней, не знала, что делать. Мужчина, ворча, ушёл обратно, а мать снова принялась пилить бортпроводницу.
Син Сольдон был не из тех, кто будет молча терпеть подобное раздражение.
«Хочется долететь в покое, честное слово».
Будь это Зараженный, он бы его вырубил на месте, но это был типичный случай «неадекватного пассажира».
— Тётенька! Если вы так печётесь о своём последыше, так успокойте его сначала! Таких скандалисток ещё поискать надо!
— Что? Что ты сейчас вякнул?
Мать ребёнка мгновенно перевела свой яростный взгляд на Сольдона. Сольдон тоже не стал сдерживаться:
— Я говорю, если так хочется — идите. А если денег нет — сидите на месте. Ребёнком прикрываетесь, чтобы на халяву пролезть? Убогое зрелище. И скажите мелкому, чтоб заткнулся! Весь в мамашу — только орать и умеет!
— Что? Да как этот сумасшедший смеет?!
Когда он задел ребёнка, мать вспыхнула, но Сольдон ответил ей ледяным, пугающим взглядом.
— И что вы сделаете, а? Хотите выйти поговорить? Пойдёмте, прогуляемся.
— …
От такого напора на лице скандалистки проступило замешательство. Хотя слышались шепотки, ситуация утихла, не считая продолжающегося плача.
В конце концов, эта мамаша взяла ребёнка и направилась в туалет.
Сольдон только собрался спокойно залипнуть в телефон, как вдруг из туалета донёсся крик:
— А-а! Да слушайся ты меня!
— Ц. Срывает злость на ребёнке, — Сольдон цокнул языком.
Потом он посмотрел на свою грязную одежду.
«Надо привести себя в порядок».
Он зашёл в другой туалет и как раз смотрел на себя в зеркало.
Бум.
Внезапно послышался звук резко распахнувшейся двери и какой-то топот.
— …
Конечно, туалетов здесь несколько. Кто-то мог зайти по нужде, и в этом не было ничего необычного.
«Не расслабляйся. Верь в худшее. Вот так».
Высоко в небе. Место, откуда нет выхода. Если здесь появится зомби, это превратится в настоящий ад.
— Хр-р… хр-р… хр-р…
Снаружи послышалось прерывистое, тяжёлое дыхание. Сольдон сглотнул слюну.
«Неужели? Но если это правда, надо решать проблему сейчас».
В тот момент, когда он слегка приоткрыл дверь…
Она буквально ввалилась внутрь. Та самая скандалистка, искажённая, словно демон. Налитые кровью глаза, перекошенное лицо. Бледная кожа и проступающие синие вены. Всё в ней вопило о том, что она стала одной из них.
По спине пробежал холодок.
— Вот же дьявол…
Сольдон инстинктивно захлопнул дверь. Молниеносное действие, совершённое меньше чем за секунду. Он сам поразился своей реакции.
— …
Наступила тишина. Сольдон с напряжённым лицом приложил ухо к двери, когда внезапно…
Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!
Дверь неистово затряслась от мощных ударов.
http://tl.rulate.ru/book/178104/16122509
Готово:
