Взгляд Харта был серьезным. Если я откажусь, он не просто обидится — он вообще никогда не будет учить Аделя магии.
— Неужели госпожа Луиза не может учиться вместе со мной? Я не хочу учиться один,
Адель повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза.
— Я действительно создал магический гримуар, который сможет освоить даже эмбрион. Просто попробуй один раз.
Харт тоже уставился на меня с мольбой в глазах.
— Ха-а...
Невольно вырвался у меня вздох. Всё равно ведь ничего не выйдет. Я не понимала, почему Харт использует Аделя, чтобы надавить на меня.
Однако под его упорным натиском в душе закралась мысль: а может, всё-таки стоит попробовать?
— Я хочу учиться вместе с госпожой Луизой.
Что ж, сделаю это ради тебя.
Когда я нехотя кивнула, Харт, издав странный звук, подпрыгнул, схватил меня за обе руки и даже прослезился.
— Отличное решение! Да, в этот раз мы обязательно научимся. Магии! Начнем прямо сейчас?!
Словно боясь, что я передумаю, он запер дверь дома, с грохотом взлетел на третий этаж и вернулся с целой горой руководств для начинающих. Я прекрасно понимала, что большинство этих книг были написаны специально для меня.
— Адель, ты готов начать прямо сейчас?
Я не хотела портить настроение сияющему Харту и спросила мнение ребенка, на что он бодро ответил:
— Да!
От основ теории до практического применения маны. Знания, которыми делился архимаг 9-го круга, были по-настоящему обширными.
За обучением пролетело несколько месяцев. Этого времени было слишком мало, чтобы изучить всю магию как науку, но Адель под руководством Харта уже успел освоить все базовые заклинания.
Словно доказывая, что слова магической шляпы, созданной архимагом, не были ложью, Адель впитывал всё на лету и идеально воплощал заклинания в жизнь.
Наблюдая за тем, как мана Аделя безупречно преобразуется в магию, я тоже попыталась направить свои силы.
«...Эта чертова мана».
Она лишь лениво шевелилась, даже не думая подчиняться. Стоило мне попытаться сотворить хоть какое-то заклинание, как золотистый свет тут же сменялся черным и бесследно растворялся в воздухе.
«Я ведь не пытаюсь использовать пространственное перемещение! Я просто хочу создать цветок!»
Но мана оставалась глуха к моим мольбам. Харт, глядя на свое руководство для «эмбрионов» как на бракованный экземпляр, уже давно заперся в комнате, решив написать что-то еще более простое.
— Госпожа Луиза.
Пока я пристально смотрела на место, где только что исчезли остатки маны, Адель, увлеченно читавший руководство, легонько коснулся моей руки. Я отвела взгляд от пустоты, и мальчик протянул мне подсолнух, созданный магией.
— Красивый.
Глядя на цветок в своих руках, я заставила уныние отступить и улыбнулась. Из-за того, что подсолнух был создан из маны Аделя, он отливал синевой. Тем не менее, он казался на удивление реальным, словно его только что сорвали. Мне даже почудился его тонкий аромат.
— Я сделаю еще!
Видимо, его так обрадовала похвала, что Адель принялся один за другим создавать новые цветы: розы, тюльпаны, гипсофилы... Было множество и таких цветов, названий которых я не знала.
В мгновение ока весь холл первого этажа в особняке Харта превратился в цветущий сад. Я невольно восхитилась этим зрелищем, столь редким для мест, охваченных войной.
— Давно я не видела такой красоты. Спасибо, Адель. У тебя голова не кружится?
— Нет! Всё в порядке.
Несмотря на то, что это была базовая магия, при таком количестве цветов мана должна была истощиться, вызвав головокружение, но лицо Аделя выглядело даже более воодушевленным, чем обычно.
«Гениальный талант никуда не денется», — подумала я и, выбрав несколько стеблей, сплела венок и надела ему на голову.
То ли потому, что Адель сам по себе был очень красив, но с венком он стал похож на настоящего эльфа.
— Адель, тебе это идет больше, чем мне.
Мальчик с покрасневшим лицом коснулся венка на своей голове и, резко вскинув взгляд, возразил:
— Моему лицу больше подходит меч.
Он хотел сказать, что выглядит храбрым? Но ведь у него такое прелестное личико, которому так идет венок.
— Госпожа Луиза. Не знаю, сколько раз мне еще повторять, но я не красивый.
— Хорошо, хорошо. Ты мужественный.
Спустя полгода совместной жизни Адель научился с легкостью угадывать мои мысли. Когда я с улыбкой поправила его челку, примятую венком, он покраснел еще сильнее.
Я наблюдала, как Адель перебирает и переплетает мелкие цветы перед собой, и снова вернулась к руководству для «эмбрионов».
«Всё равно нужно продолжать попытки».
Мне было не по себе при виде Харта, который каждый раз за обедом сидел с понурым видом. Не стоило ему вообще предлагать мне учиться, чтобы потом не расстраиваться. Но Харт всё равно будет пытаться научить меня магии — то ли из-за гордости мага, то ли из-за семейной привязанности, которая оказалась сильнее кровных уз.
Отогнав лишние мысли, я сконцентрировала ману в ладони, придавая ей форму круга.
Так, до этого момента всё получается. Теперь нужно представить цветок и изменить форму...
— А?
Прежде чем я успела что-то сделать, Адель перехватил мою руку, и мана мгновенно рассеялась.
— ...Это в благодарность.
Поглаживая мою левую ладонь, Адель надел мне на безымянный палец кольцо из цветов. Сплетенное из мелких соцветий, оно скользнуло по коже гладко, без колкости стеблей. Синеватое сияние маны Аделя делало его еще прекраснее.
Однако...
«Ну и что с того? Это же просто ограничители...»
Конечно, Адель не знал о подобном значении. Если бы знал, никогда бы не надел мне на палец такое кольцо. Я долго вертела кольцо на пальце, подбирая слова, которые не напугали бы его.
В этот момент Адель, чье лицо, казалось, вот-вот взорвется от смущения, запинаясь, продолжил:
— В следующий раз я отблагодарю тебя чем-нибудь настоящим!
«А-а, он имеет в виду, что вместо цветов подарит что-то ценное!»
Его искреннее желание загладить вину и подарить что-то получше было столь трогательным, что я погладила его по голове, и мальчик с облегчением выдохнул.
— Луиза! Наконец-то! Я создал руководство, по которому магию сможет освоить даже существо без мозгов!
В этот момент из комнаты в конце второго этажа донесся ликующий голос Харта.
Ох. Теперь я проигрываю даже неодушевленным предметам.
Харт не сдавался и продолжал создавать руководства специально для меня. Рядом с ним Адель прилежно и быстро постигал магические истины. А я, смирившись с судьбой, изо дня в день пыталась колдовать, используя растущую гору книг.
Будни летели в суматохе. Дни были настолько похожи друг на друга, что только по невероятным успехам Аделя в магии я замечала, как быстро летит время. Мгновение — и прошла неделя, месяц, полгода. Незаметно пролетел год с нашей первой встречи.
В мире, где война длилась уже десятилетия, за этот год почти ничего не изменилось. Луиза по-прежнему отправлялась на поле боя и убивала солдат вражеского государства, а в трущобах всё так же повсюду лежали тела погибших. Харт без устали писал руководства, Ноа постоянно ныл о скорой отставке, а Мерихен время от времени присылала своих химер.
Как ни парадоксально, в этой размеренно текущей жизни Адель тоже, казалось, почти не изменился. Единственным исключением стало то, что он перестал добавлять почтительное «госпожа» к имени Луизы. Его восхищение ею никуда не исчезло, но однажды состоявшийся разговор с Ноа сильно встряхнул его.
— Знаешь, мне порой становится даже страшно? Ты — первый человек, который так помыкает Луизой. Признаю.
— Ха-а. Чего ты опять прицепился? Что я сделал?
— Это твое вечное «госпожа, госпожа». Ты ведь делаешь это только для того, чтобы оставаться рядом с ней, пусть даже таким странным способом.
— ...Что?
— Ну а что. Ты действительно выглядишь как недоразвитый сопляк, о котором нужно постоянно заботиться. Или как преданный пес, которого жалко выкинуть.
— Эй, говори понятнее.
— К чему эти притворства? Если всё пойдет по твоему плану, ваши отношения не сдвинутся с мертвой точки, зато ты всегда сможешь быть подле Луизы. Ого, ну и тактику ты выбрал, а?
Возможно, со стороны Ноа это была редкая похвала, но на Аделя эти слова произвели шокирующее впечатление. Он всего лишь хотел казаться Луизе хорошим и послушным ребенком. Ведь только тогда она не будет тяготиться им и уж тем более не захочет бросить. Но неужели его искренние намерения выглядели для окружающих как поведение «недоразвитого сопляка» или «преданного пса»?
Конечно, его главной целью было остаться с Луизой навсегда, но...
«Отношения не сдвинутся с мертвой точки?»
Эта фраза вонзилась в него, словно застрявшая в горле кость. Он был уверен, что всё делает правильно, но настроение мгновенно испортилось. Мысль о том, что между ними существует непреодолимая стена, была невыносима.
«...Этого нельзя допустить».
Да. Между ним и Луизой не должно быть ни единой щели. Это странное, пугающее желание полностью поглотило Аделя. Решение пришло мгновенно.
— ...Луиза.
С тех пор Адель больше не называл Луизу официально.
http://tl.rulate.ru/book/178010/16108932
