Нос новоиспеченного «Неустрашимого» мерно покачивался, рассекая неспокойные воды Аргвайла.
Последние несколько часов прошли без происшествий. Итан почти ожидал, что какой-нибудь кракен или иное глубоководное чудище преградит им путь, но всё было тихо.
Даже слишком тихо на его вкус.
Каждый член команды обосновался в своей части корабля. Лампри спустилась в трюм, забившись на жилую палубу экипажа, где царили лишь мрак и паутина, что вполне соответствовало её образу. Тара, жаловавшаяся на морскую болезнь, сейчас находилась вместе с Фауной в грузовом отсеке, где не было видно ни капли синевы. Видимо, особенность минкситов — Итан вполне мог допустить, что кошачий народ плохо переносит море.
Клакс тем временем занял каюту капитана после того, как Итан признался, что предпочёл бы не смыкать глаз во время путешествия. И вот теперь Архонт стоял на корме этого почтенного линкора, не отрывая взгляда от мрачного замка, который становился всё ближе и ближе.
Он помнил, как Фауна посмотрела на него тогда, когда он был в шаге от расправы над Малаком. Помнил её взгляд, когда они поднимались на борт. Это лицо невозможно было забыть. В её глазах читались боль и чувство преданности, которую растоптали.
Поэтому он и торчал здесь. Он не мог смотреть ей в глаза. Чёрт, он вообще никому из них не мог смотреть в глаза.
— Ты в замешательстве, — подал голос Сис, пока ветер трепал дубовое тело Итана. — Но нужно ли мне напоминать тебе, что ты просто делаешь то, что сделал бы любой лидер?
Итан поморщился.
— Как это ни странно, на этот раз ты на моей стороне, — произнёс он.
— Они тоже на твоей. Они просто пытаются тебя понять, вот и всё. Ты для них — нечто невиданное. И дальше ты будешь становиться только страннее.
— Спасибо, Сис. Очень обнадёживает.
— Признаю, красивые речи — это по твоей части, — согласился Сис. — Но не верь мне на слово. Узнай всё из первых уст... точнее, из первых лап.
Итан обернулся и увидел Клакса, поднимающегося по ступеням с главной палубы. Несмотря на то, что они направлялись навстречу почти верной смерти, ликан казался совершенно спокойным.
— Я тебя разбудил? — спросил Итан. — Извини. Но, по крайней мере, теперь ты знаешь, что я больше не разговариваю сам с собой.
Клакс оскалился в улыбке.
— Я слышал раздумья. Можно сказать, у меня на них шестое чувство.
Итан улыбнулся в ответ.
— Тебе интересны бредни твоего Архонта? Пристраивайся у поручня и не стесняйся.
Клакс принял предложение с весёлым лаем и оперся лапами о перила рядом с Итаном. Корабль продолжал идти своим курсом, магически подталкиваемый призрачными ветрами их магов, и как раз сейчас входил в полосу густого тумана. Вода скрылась из виду, пока они говорили, а призрачный силуэт замка стал ещё более размытым.
— Фауна беспокоится о тебе, — сказал Клакс. — Может показаться, что её тревога касается только твоих разговоров со змееженкой, но на самом деле она боится, что ты меняешься.
— Возможно, так и есть.
Клакс кивнул.
— Всё меняется. Кто-то из нас... более привычен к подобному. Даже я не могу сказать, что порой не возвращаюсь мыслями в прошлое.
Итан кивнул. Это была правда. Он сам видел это в Городе Иллюзий.
— У тебя есть сомнения, как и у любого великого лидера, — продолжал Клакс. — Ты сомневаешься в пути, по которому идёшь, и в том, как ты его прокладываешь. Но ты помог нам — своему народу — развеять наши собственные сомнения. Поэтому будет справедливо, если я скажу тебе: то, что ты сделал в Сентинеле, было правильным. Лишнее кровопролитие ничего бы не дало. Слепая ненависть не победит слепую ненависть. Она лишь порождает её вновь.
— Ты о Малаке? — спросил Итан. — Да... когда он говорил с тобой, казалось, будто он тебя понимает. Будто вы старые друзья.
Плечи Клакса поникли.
— Перед атакой на город он говорил со мной. Возможно, он увидел во мне родственную душу из-за нашего возраста и общей боли... боли от потери близкого человека по собственной вине, из-за собственных ошибок.
Итан заметил, что взгляд волкочеловека так же прикован к призрачным башням вдали, как и его собственный.
— Итан, я знаю, что она может быть мертва, — внезапно произнёс он. — Знаю, что Джун-Эй могла не выжить в руках этого мясника. Также я знаю, что он может держать её в живых лишь для того, чтобы дать нам надежду, а затем растоптать её. Этот... человек. Этот доктор Хэйлок — вот каков он. Но я узнаю правду в любом случае. Я встречу свою судьбу и узнаю истину о самом себе, как и ты.
Итан был удивлён такой откровенности. Всё это время он полагал, что единственная причина, по которой Клакс участвует в их походе — это желание вернуть Джун-Эй, разжечь пламя былой любви. А теперь ликан фактически признавал, что не настолько глуп, чтобы верить в её спасение целой и невредимой — если она вообще ещё жива.
— Мы найдём её, Клакс, — твёрдо сказал Итан. — Я обещал тебе это.
Волкочеловек показал Архонту зубастую улыбку.
— Обязательно найдём. Так или иначе.
Между ними воцарилось молчание, прерываемое лишь натужным скрипом корпуса корабля, выходящего на глубокую воду.
— Клакс, — подал голос Итан. — Ты правил Санктумом как минимум столетие. За это время у тебя наверняка тоже возникали сомнения. Что ты делал, когда они приходили?
Ликан, казалось, был искренне удивлён вопросом. Он ответил почти не раздумывая:
— Я вспоминал, за кого и за что я сражаюсь, — сказал он. — Я вспоминал, что моя жизнь — всего лишь одна против тысяч тех, кто рассчитывает на мой правильный поступок. Даже тогда я совершал ошибки. Но я никогда не останавливался. И я знал, что когда я паду, идеалы, которыми я жил, подхватит другой. Совсем как в цикле Архонта и Светорожденного.
Итан нахмурился, зацепившись за одну фразу.
— Когда ты...
ГРОХОТ
Громовой взрыв прорезал туманное утро, заставив Итана и Клакса вскинуть головы: со стороны Дозора Грифона дугой вырвался шлейф стального-серого дыма. Он светился зловещим пурпурным блеском, тянущимся за ним, словно хвост кометы. Тара и Фауна мгновенно выскочили на палубу, их уши и хвосты дёргались в унисон от тревоги. Даже Лампри прибежала снизу, крепко сжимая посох в чешуйчатых руках.
— Что это такое?! — закричала Тара, щурясь на приближающийся объект. — Честное слово, мы можем хоть раз попутешествовать спокойно?!
Глаза Фауны расширились.
— Пушечное ядро? Оно слишком большое!..
— Это... что-то другое, — прорычал Итан, и его мозг уже просчитывал варианты.
На носу судна вихрь холодного ветра хлестнул по деревянной палубе. Подстегнутый инстинктами Итана, он быстро превратился в шторм.
— Удар крылом! — взревел он.
В мгновение ока из его тела дритчлинга вырвались спиральные потоки ветра, сформировав мощное течение, которое врезалось в летящий снаряд. Оглушительный треск сотряс небеса, когда сдвиг ветра сбил ракету с курса. Её тусклое свечение замигало, задрожало — и снаряд резко вильнул в сторону, рухнув в бушующее море прямо по левому борту «Неустрашимого».
На долю секунды воцарилась тишина; все на палубе затаили дыхание.
Затем снаряд ударил в волны. Раздался оглушительный взрыв, поднявший в небо исполинский столб водяной пыли и брызг. Сила удара обрушилась на «Неустрашимый», заставив весь корабль зловеще застонать. Тара пошатнулась и схватилась за перила, а Клакс подхватил Фауну, не дав ей упасть.
— Всем держаться!.. — начал было Итан, но слова застряли у него в горле.
Вместо того чтобы рассеяться, взрыв высвободил волны первозданного мороза, которые разошлись по воде подобно неумолимому приливу. Океан вокруг «Неустрашимого» начал застывать с ужасающей скоростью, превращаясь в жуткое полупрозрачное ледяное полотно. Корпус корабля заскрежетал в знак протеста: внезапная заморозка намертво зажала его на месте.
— Вода... замерзает! — ахнула Фауна, прижимаясь к перилам и судорожно вдыхая холодный воздух. Её уши испуганно прижались к голове.
Спустя мгновение «Неустрашимый» оказался в ловушке: лёд простирался во всех направлениях, насколько хватало глаз. Иней пополз по бортам, треща и шипя, словно живое существо. Туман из ледяного пара повис в воздухе, и каждый вдох теперь обжигал лёгкие.
— Невероятно, — прорычал Клакс. — Какой-то... ледяной снаряд. Это дело рук Доктора?
Лампри коснулась кончиком посоха скользкой поверхности у борта.
— Мы обездвижены. Возможно, работа Мага Крови или какой-то артефакт замка. В любом случае — это ловушка.
— Вы видели, как он светился? — пробормотала Тара, осторожно пробираясь вперёд с кинжалами наготове. — Там... внутри ведь что-то есть, верно?
Вопрос остался без ответа, когда пронзительный металлический скрежет эхом разнёсся по замёрзшему морю, заставив всех обернуться. Там, где снаряд ударил в воду, ледяную гладь теперь уродовал кратер из зазубренного, неровного инея. И из этого рваного круга расколотого льда начала подниматься зловещая фигура — она выбиралась наружу, словно вылупляясь из яйца.
В жутком, забитом снегом сумраке они увидели гуманоидный силуэт, принимающий вертикальное положение. Существо было как минимум на две головы выше Итана в форме Первородного Дритчлинга и с головы до ног заковано в зазубренные сине-белые пластины. Ледяные шипы торчали из его плеч подобно свирепым наплечникам, дополнительные осколки ветвились на локтях, предплечьях и коленях. Каждое движение сопровождалось хрупким скрежетом, от которого резало уши.
Оно подняло голову, и сквозь пелену метели Итан разглядел лицо — если это можно было назвать лицом, — скрытое за ледяным забралом; на месте глаз зияли чёрные провалы. Кем бы оно ни было, оно издало звериный рык... нет, даже не рык. Это было больше похоже на сдавленный, щелкающий стон ледника, трескающегося после столетий давления. Звук прокрался в каждый уголок разума гибридов и заставил их нервы гореть от чувства первобытной угрозы.
Словно этого было мало, существо медленно подняло руку в бледно-голубой латной рукавице, заканчивающейся когтями. Температура воздуха упала ещё ниже, иней мгновенно покрыл перила «Неустрашимого». Скрежещущим воплем новый враг соткал из кружащегося вокруг его ладони холода колоссальный двуручный меч, целиком состоящий из чистейшего льда. Несмотря на то, насколько невозможным это казалось — клинок такой толщины должен был весить сотни фунтов, — он вскинул кристаллическое оружие с пугающей лёгкостью.
— Это... рыцарь? — голос Фауны был едва слышен. — Но изо льда?
— Какая разница, кто он, — прошипела Тара, вскидывая оба кинжала. — Он идёт за нами.
— Приготовиться! — рявкнул Итан. На его деревянной руке мгновенно сформировалось полдюжины зазубренных шипов «Града шипов». Прилив адреналина заставил сердце биться чаще. — Кем бы ни была эта штука, она нам не друг.
Клакс шагнул вперёд и встал рядом с ним, выпустив когти; Лампри перехватила посох обеими руками, сузив глаза на ледяном монстре. С другой стороны от Итана Фауна начала читать заклинание, и магическая энергия заискрилась в воздухе вокруг её прижатых ушей.
Затем Окованный Морозом Рыцарь припал к земле — и взмыл в небо с поразительной скоростью. Свист ветра и треск льда слились в оглушительный шум, когда он перемахнул через борт на палубу, занося двуручный меч для смертоносного удара сверху.
Взгляд Итана приковался к кристаллической фигуре, спускающейся на них из кружащегося тумана. Последним, что он увидел, был блеск ледяного клинка, готового с сокрушительной силой обрушиться на «Неустрашимый».
А затем прозвучала единственная фраза, слетевшая с невидимых губ:
— Гибридное... ОТРЕПЬЕ!
http://tl.rulate.ru/book/177708/16068499
Готово:
