С рассветом Итан и его команда свернули лагерь и бесшумно двинулись через лес, не обращая внимания на суету в Трианте и ропот растерянных жителей.
Те гадали, куда подевались их доблестные «патрульные».
Путь через лес Трианта выдался пугающе тихим; воздух был пропитан запахом сырой земли и мха. Исполинские деревья Вестервеальда тянулись всё выше, их кроны заслоняли солнце, оставляя землю во власти теней. Река Нелвин извивалась вдоль тропы, и её нежное журчание было единственным звуком, нарушавшим лесную тишину.
Итан вел группу, в облике саламандрика без труда перескакивая через камни и корни. Спутники следовали за ним почти в полном молчании — груз недавних испытаний давил на них. Это не была спокойная тишина, скорее напряженное, бдительное безмолвие путников на незнакомой и, возможно, враждебной территории. Даже когда их вел сам Архонт, а Светорожденный был выведен из строя, Клакс не уставал напоминать, что нельзя терять бдительность. Это был их мир — мир людей. А в этом мире зло всегда находило способ оставить свой след.
Если честно, Итан отчасти разделял их опасения. Он умело это скрывал, но слова Лампри, сказанные прошлой ночью, заронили в нем новые мысли.
«Стать Богом, да? — усмехнулся он про себя. — Неужели я действительно на это способен?».
Наконец Лампри нарушила тишину. Маг-ящероженка заговорила своим привычным спокойным, размеренным тоном; её голос звучал ровно настолько громко, чтобы его слышали остальные.
— Мы приближаемся к границе леса Трианта. Дальше лежит побережье, а там и город — Сентинел.
Тара оживилась, её кошачьи уши дернулись.
— Город? В смысле, настоящие здания и цивилизация? — она ухмыльнулась, и кончик её хвоста вильнул. — Наконец-то я смогу поспать в кровати, от которой не несет волчьей шерстью Клакса.
Волкочеловек глухо зарычал, но в этом рыке не было истинной угрозы.
— Не тебе судить о запахе воина, разбойница.
— И слава богу, что больше никому не приходится, — с ехидной улыбкой парировала Тара.
Итан хмыкнул.
— Я бы всё отдал, чтобы увидеть, как ты заявляешься в таверну, хлопаешь лапами по стойке регистрации и требуешь номер с видом на океан.
— С отдельной ванной, — поправила его минксит. — И бесплатным обслуживанием в номер.
Троица захихикала, но Фауну было не так-то просто отвлечь. Её кроличьи ушки дернулись, и она впилась взглядом в Лампри.
— Откуда ты знаешь об этом городе? Сентинел, так ты его назвала?
Лампри слегка повернула голову, и её рептильи глаза встретились с глазами Фауны.
— У меня свои методы, маленькая волшебница.
Нос Фауны сморщился, взгляд сузился.
— Онейромантия?
— Именно так, — без колебаний ответила Лампри. — Бандиты, которых мы встретили на Королевском тракте, много знали о землях впереди. Их сны выдали мне эти знания.
Фауна фыркнула, её вибриссы топорщились.
— Должно быть, очень удобно — использовать чужие умы в своих целях.
Напряжение между двумя магами стало почти осязаемым, словно треск электричества перед грозой. Итан вздохнул, остановился и повернулся к ним.
— Так, — сказал он, поднимая лапы. — Давайте остынем, пока кто-нибудь не швырнул огненный шар, или заклинание сна, или что вы там еще нынче практикуете.
Группа замерла. Итан крутанул в воздухе свой ониксиевый клинок; синее, похожее на пламя сияние меча поймало тусклый свет, пробивавшийся сквозь листву. Оружие сверкало, как осколок звезды, напоминая о силе, добытой в тяжелых боях.
— Посмотрите на эту красоту, — с усмешкой произнес Итан. — Теперь, когда у меня есть Бич Серых, я не вижу преград. Мы сильнее, чем когда-либо. Так что давайте все просто сделаем глубокий вдох и продолжим путь. Чем быстрее мы доберемся до этого Сентинела, тем скорее наймем лодку и отправимся восвояси.
Лампри склонила голову с непроницаемым выражением лица. Фауна же вздохнула, поправила посох и пробормотала:
— Ладно.
Удовлетворенный Итан двинулся дальше, остальные пошли следом. Напряжение слегка спало, хотя всё еще витало вокруг них, подобно едва заметной тени.
По мере того как они продвигались вперед, лес начал меняться. Деревья становились гуще, их стволы — узловатыми и перекрученными, словно они корчились от боли. Воздух похолодал, и некогда живые звуки леса сменились гнетущей тишиной. Даже река Нелвин, их неизменная спутница, притихла, а её воды стали темнее и медленнее.
Тара вздрогнула, её хвост нервно дернулся.
— Это мне кажется, или лес становится... жутковатым?
Клакс принюхался, его острые чувства были на пределе.
— Не тебе одной. Здесь что-то не так. Деревья... они кажутся живыми.
Итан огляделся, его похожий на косу хвост качнулся, пока он изучал окружение.
— Живыми в каком смысле? Типа... они следят за нами?
Клакс мрачно кивнул.
— Именно.
Фауна крепче сжала посох, прижав уши к голове.
— Мне это не нравится.
— Никому не нравится, Фаун, — отозвался Итан. — Но выбора у нас особо нет. Или ты хочешь повернуть назад?
Волшебница покачала головой, и они углубились в чащу. Свет мерк, воздух тяжелел. Каждый шаг, казалось, уводил их всё дальше в пределы, не знавшие солнца, — туда, где даже само время застыло в неопределенности.
Голос Лампри прорезал сумрак.
— Сентинел уже близко. Он стоит на побережье, и над ним возвышается великий маяк. Порт позволит нам пересечь океан, если мы раздобудем корабль.
— Это если они не попытаются нас убить первыми, — проворчала Тара. — Насколько я помню, люди не очень-то жалуют гибридов.
— Тут она права, — подтвердил Итан.
— Возможно, нам просто придется приспособиться, — сухо ответила Лампри.
Итан вздохнул, глядя на зловещие деревья.
— Ладно. Будем надеяться, что нам не придется прорубать себе путь к лодке с боем. С меня лесов хватит на целую жизнь.
Группа продолжала идти, в то время как давящая атмосфера леса Трианта смыкалась вокруг них. Тропа сужалась, деревья становились всё более скрюченными, а тени, казалось, удлинялись, пытаясь до них дотянуться. Каждый шаг давался тяжелее, будто сам лес противился их продвижению.
Итан не мог избавиться от чувства, что за ними наблюдают. Не люди и не звери, а нечто более древнее, неразрывно связанное с этой землей. Это чувство осело глубоко в животе, подтачивая его уверенность.
— Не расслабляйтесь, — негромко произнес он, почти шепотом.
Остальные кивнули, держа оружие наготове. Впереди, в сгущающейся тьме, слабо мерцала река Нелвин — нить света, ведущая их сквозь угрюмую чащу. Сентинел лежал впереди, маяк надежды на горизонте. Но Итан не мог отделаться от мысли, что лес Трианта хранит куда больше секретов, чем готов раскрыть.
Однако он и не подозревал, что бояться стоило не деревьев, а самой земли.
Почва под их ногами задрожала — слабая вибрация быстро переросла в глубокий, резонирующий гул. Итан замер на полуслове, его хвост тревожно дернулся, и он взглянул на спутников.
— Э-э, пожалуйста, скажите, что это почувствовал кто-то еще, — проговорила Тара, в ужасе прижимая уши к голове и озираясь.
— Не тебе одной, — прорычал Клакс, и шерсть у него на загривке встала дыбом. Его когти вонзились в грязь, когда дрожь усилилась. — Начеку!
Фауна вцепилась в посох, её дыхание участилось.
— Что происходит? Это землетрясение?
Прежде чем кто-то успел ответить, земля под ними с оглушительным ревом разверзлась. Расщелины раскололи почву, зияя, точно зазубренные пасти. Итан отскочил назад, в облике саламандрика отпрыгнув в сторону, как раз в тот момент, когда кусок тропы обвалился в черную бездну.
— Какого черта?! — закричал Итан, и его голос эхом разнесся над грохочущим хаосом.
Лампри тревожно зашипела, её змеиные глаза метнулись к трещинам.
— Это не природный толчок. Что-то... приближается.
Словно в подтверждение её слов, из разломов начали выбираться темные жгуты земли и корней. Они извивались и корчились, как живые существа, с неестественным голодом тянулись к группе. Жгуты лоснились маслянистым блеском, а воздух вокруг стал тяжелым от запаха тлена.
— Двигайтесь! — крикнул Итан, уклоняясь от удара одного из отростков, который едва не перебил ему ногу.
Клакс уже был в движении, перерубая когтями один из корней. Отсеченный жгут извивался на земле, точно умирающая змея, прежде чем раствориться в черной жиже.
— Не разделяться! — выкрикнула Фауна, призывая барьер мерцающего света, чтобы заблокировать очередной удар. Щит продержался мгновение, после чего треснул под напором силы, заставив её отпрянуть.
— Клакс! — взвизгнула Тара. — Отпусти мою ногу!
— Тара... это не моя рука.
Вся группа разом посмотрела вниз. Из трещины в земле появилось нечто ужасающее — дергающаяся, окровавленная рука, грубо сшитая из кусков растерзанной плоти. Ногти, похожие на клещи, впились в стопу минксита.
— Какого хрена?! — закричала она, полосуя тварь клинками. Но тщетно. Сколько бы она ни колола хватающую конечность со всей своей безумной скоростью и силой, та держала крепко, пронзая ногу.
— Прочь оттуда! — рявкнул Итан.
Казалось, весь лес ахнул, когда Итан обрушил Бич Серых, чисто перерубая трупную клешню и испепеляя мертвую плоть. Она осыпалась пепельным облаком, а пыльные остатки рассыпались в прах, когда обрубок руки скрылся в черной пустоте под ногами отряда.
А затем из ямы донесся глухой, смертоносный хрип:
— Архонт... Архонт... Архонт...
Итан посмотрел вниз.
И увидел ряды сверкающих глаз, что пристально глядели на него из темных глубин земли.
На них напал не лес.
Напало нечто куда более страшное.
http://tl.rulate.ru/book/177708/16067330
Готово:
