Эп. 12. Норма и Вершина
[... В Корее появился десятый Охотник S-ранга третьего поколения. Новый Охотник S-ранга состоит в Управлении и...]
— Я так и знала, что так и будет.
Сидя в кресле в кабинете Главы гильдии и потягивая ячменный чай из чашки, Со Бинхи смотрела новости.
Глядя на суровое лицо Ким Чжихёка на экране телевизора с высоким разрешением, она вспомнила отчет Юсона.
«Он определенно говорил, что не заключал контракт с Созвездием. Неужели он сделал это после того, как Юсон закончил расследование?»
Для А-ранга его навыки были весьма хороши, а для S-ранга — слегка недостаточны. Но если он заключил контракт, то навыков созвездия было бы вполне достаточно, чтобы подняться до S-ранга.
С появлением нового S-ранга групповой чат ранкеров так и бурлил.
Локальный канал-Kr
Ранкеры Республики Корея (3-е поколение)
Объявление: Доступ только для 3-го поколения (родившиеся после 1990 года (до 36 лет))
‖9‖ Черный дракон пламени: А, что, новый S-ранг — это не новое пробуждение, а просто повторное пробуждение на силе Созвездия?
‖48‖ Юн-Юн: Значит, не прирожденный S-ранг;;;
‖18‖ Рука Будды: Вы чего так реагируете? Разве это не монументальное событие? До сих пор все корейские S-ранги третьего поколения были прирожденными. А он побил эту систему, даря мечты и надежду другим А-рангам.
‖21‖ Драйс: Миринэ, Пан Хвихёль, Пихён, Черный дракон пламени, Гинxоки-моя-жена-не-трожь, Лакмус, Хард, Гадюка, Со Чимун и теперь Ким Чжихёк — итого десять?
‖21‖ Драйс: Господин Ким Чжихёк, если вы это видите, черканите пару слов о том, каково это — стать S-рангом^^
‖9‖ Черный дракон пламени: Ага, разорвет контракт — и снова станет А-рангом.
‖41‖ ТОЭИК 800 баллов: Поскольку он из Управления, Имя охотника у него на редкость нормальное, лол. Невольно обошел прирожденных S-рангов в адекватности.
‖69‖ Сет: А что не так с Управлением?
‖41‖ ТОЭИК 800 баллов: Охотники Управления обязаны использовать настоящие имена. Вы не знали? Им дают один шанс сменить Имя охотника, но заставляют использовать реальное.
Прирожденный S-ранг.
Сокращение от «S-ранг от рождения» — так называют тех, кто получил S-ранг в момент своего первого пробуждения.
Одним словом, это термин, придуманный для того, чтобы их не ставили в один ряд с теми, кто получил переоценку ранга до S за счет контракта с Созвездием.
И это при том, что большинство S-рангов — прирожденные.
В мире, где разделение людей на ранги считалось естественным, дискриминация была обычным делом, как дыхание.
Даже те, кто находился в так называемом «небесном мире» S-ранга, умудрялись делиться на уровни внутри своего крошечного круга.
Для Со Бинхи, стоявшей на вершине пирамиды рангов как прирожденный S-ранг, эта ситуация была донельзя смехотворной.
Однако это была лишь заносчивость человека, ставшего абсолютным бенефициаром системы.
Пролистав групповой чат, полный бесполезной болтовни, она выключила экран телефона, откинулась на мягкую спинку кресла и пробормотала:
— Сказал, что это не просто какой-то там навык созвездия?
[Твое Созвездие «Тень лазурной ночи» намекает, что его способности — того же типа, что и твои.]
Большинство подрядчиков получают навыки созвездия как производные от способностей своих покровителей, но в крайне редких случаях Созвездия передают им свои истинные полномочия.
Для обычного человека владение такой силой сопряжено с огромным риском, поэтому штрафы должны быть значительными... По крайней мере, так она знала.
— Но почему тогда этот парень разбрасывается способностями направо и налево?
[Твое Созвездие пожимает плечами, предполагая, что Созвездие-покровитель могло по своему усмотрению уменьшить штраф.]
Со Бинхи сегодня впервые узнала, что штрафы зависят от усмотрения Созвездия. Она поставила чашку и проворчала:
— Я скорее мир спасу, чем эта чертова звезда уменьшит мне штраф.
[Созвездие «Тень лазурной ночи» довольно смеется, замечая, что десять лет не прошли даром.]
...Бесит. Лучше не вступать с ним в споры, а поскорее спасти мир и разорвать контракт с этой дурацкой звездой. Бинхи молча достала из инвентаря зацепку.
「В: Lasciate ogni speranza, voi ch'entrate. Ч.1
О: 」
Благодаря прошлому опыту она примерно представляла, что нужно вписать в поле для ответа. Вероятно, это тип босса-монстра, который должен появиться.
Она ввела в поисковик слово «Инферно», о котором Юльхи упоминала в больничной палате, и фразу из зацепки.
Как и подобает океану информации, Гугл тут же выдал результаты. Пролистывая их, она наткнулась на одну ссылку.
Inferno : La Divina Commedia
«Божественная комедия» Данте, состоящая из трех частей: «Преисподняя», «Чистилище» и «Рай».
Книга, в которой должен быть ответ на подсказку.
Отправив Серин сообщение с просьбой купить экземпляр «Божественной комедии» и оставить на столе до утра вторника, она вдруг замерла, и её пальцы зависли над клавиатурой.
«Неужели мне придется читать её в оригинале?»
Да ну, вряд ли. Отгоняя ужасную догадку, она посмотрела на Иджи, которая зашла в кабинет и указала на экран новостей, где всё еще обсуждали нового S-ранга.
— Мы не будем его переманивать? Другие гильдии уже вовсю пытаются его заполучить.
— Зачем тратить силы на то, что всё равно не выгорит? Лучше готовься к набору по спецобъявлению. Было бы здорово, если бы тот парень, которого мы видели в Центре, пришел к нам.
Ответила она, глядя на расплывшегося в улыбке представителя Управления, который давал интервью, не в силах сдержать радость от появления S-ранга в их ведомстве.
Даже если Ким Чжихёк решит покинуть Управление и уйти в другую гильдию, это точно будет не Гильдия «Арес».
Ким Чжихёк проявлял к Со Бинхи излишнюю настороженность, а информация о будущем, которой владел только он, была для нее подобна «куриным ребрышкам» — и использовать неудобно, и бросить жалко.
Для предсказания будущего такая информация неоценима, но как только срабатывает эффект бабочки и всё меняется — что это, если не бесполезная кость?
[Охотник Ким Чжихёк заявил, что не покинет Управление... Он продолжит работу в первой группе экстренного реагирования]
— Вот видишь. Ну и чудной же он тип, реально.
Бинхи усмехнулась, кивнув на бегущую строку в новостях.
Она предпочла бы, чтобы Ким Чжихёк оставался в Управлении как можно дольше. Среда Управления, где он не сможет действовать по собственному произволу, станет для этого регрессора надежным поводком.
— Ах да, завтра утром меня не будет, так что подмени меня в делах.
— Завтра? А, общее собрание Директоров Ассоциации?
— Да, в этот раз мне обязательно нужно присутствовать.
«Я так искусно сплела паутину, было бы невежливо не взглянуть на лица попавшихся в нее жертв, верно?»
Увидев расслабленную улыбку Со Бинхи, Иджи поморщилась и попросила её не улыбаться так по-злодейски.
Надев пальто поверх костюма и приколов на лацкан значок Директора, который не доставала долгое время, она поправила галстук и проверила пришедшее сообщение.
Участники собрания: 18 умеренных, 13 радикалов. Уголок её губ криво пополз вверх.
«Игра на выживание обещает быть захватывающей».
Приехав в Ассоциацию, она приложила удостоверение охотника и направилась к лифту для руководства.
Директора, уже ждавшие лифт, широко раскрыли глаза, увидев уверенно идущую к ним Со Бинхи.
— Директор Со? Разве вы не говорили, что не придете сегодня...?
— Я сказала, что приду, если будет время. Не припомню, чтобы говорила, что не приду вовсе. Как раз выдалась свободная минутка, так что я здесь. Что-то не так?
Заметив растерянность на лицах Директоров, она хихикнула.
Втиснувшись с невозмутимым видом между Директорами, которые с явным дискомфортом ждали лифт, она оглянулась, заметила знакомые лица и, расплывшись в мягкой улыбке, махнула рукой.
— Поднимайтесь первыми. Я поеду на следующем.
Директора гурьбой зашли в лифт с выражением явного облегчения на лицах.
Должно быть, они уже слышали от Пак Чхольджина о том, что произошло в лифте в прошлый раз.
Когда двери за Директорами закрылись, к ней подошел Ли Гёну и первым поприветствовал её:
— Давно не виделись. Слышал, ты лежала в больнице, а выглядишь бодрячком.
— С выписки прошел уже месяц, пора бы и в норму прийти, — ответила Бинхи, вежливо кивнув.
Пока они ждали лифт, спускающийся с верхнего этажа, Со Бинхи заговорила:
— Похоже, на этом собрании Директоров они основательно подготовились к тому, чтобы сместить меня. Что вы об этом думаете?
— Если ты лишишься места кандидата, умеренные совсем распоясаются.
Враг моего врага — мой друг.
Будучи бизнесменами, эти люди могли недолюбливать друг друга, но перед лицом общей цели объединялись без колебаний. Слегка пожав друг другу руки, они улыбнулись, скрывая истинные мысли.
— Я помогу, чем смогу. Но не надейся на слишком многое, мое влияние в Ассоциации не так велико.
— Ха-ха, раз уж Глава гильдии так говорит, мне становится спокойнее. Что может быть надежнее, чем иметь хотя бы одного союзника. Кстати, какими судьбами вы все здесь собрались?
Спросила Бинхи, слегка склонив голову в приветствии Ким Мёнсону. Этот старик долгое время не посещал общие собрания, какая муха его укусила?
Для Со Бинхи Ким Мёнсон сейчас был непредсказуемой переменной.
— Не беспокойся. Мое железное правило — не вмешиваться в чужие семейные дрязги, — изящно улыбнувшись, произнес Ким Мёнсон, словно разгадав её тревогу.
Бинхи про себя подивилась его мастерству: старик, оправдывая свое прозвище «Змеиный язык», тонко намекнул, что видит в ней не члена гильдейского картеля, а лишь представителя Ассоциации.
Войдя в прибывший лифт и поднявшись на верхний этаж, они направились в зал заседаний. Двое охранников у входа проверили их значки и открыли двери.
Зал был заполнен П-образным столом, на котором рядами стояли бутылки с водой и закуски.
Привычно заняв свое место, Бинхи поймала на себе множество взглядов и ответила на них уверенной улыбкой, слегка кивнув.
— Сегодня на меня смотрят на редкость пылко. Можно подумать, я пришла туда, где мне быть не положено. Всё-таки мы четырнадцать лет едим из одного котла, как семья, не слишком ли это жестоко?
После этих колких слов взгляды быстро рассеялись.
Свободные места в зале быстро заполнились, и с началом собрания вошли Ли Сиюль и Пэк Тогём. Тогём, обменявшись с Бинхи коротким приветствием, занял почетное место и заговорил:
— Итак, начнем собрание. Первый вопрос на повестке дня — расширение штата Ассоциации. На данный момент штат сотрудников Ассоциации...
Как обычно, обсуждались малозначимые вопросы. Со Бинхи интересовали лишь две темы на этом собрании.
— Следующий пункт — предложение правительству о повышении суммы компенсаций.
Первая из них.
— А есть ли необходимость в повышении? Правительство и так выплачивает это в качестве вознаграждения. Разве минералов и магических кристаллов из подземелий недостаточно?
— Последний раз компенсации повышали десять лет назад! Вы хоть представляете, насколько выросла минимальная зарплата и цены? Это ли не абсурд, что государственные выплаты остались на прежнем уровне?
— Налоги, которые они дерут с минералов и магических кристаллов, и так немалые. Если мы поднимем вопрос о выплатах, они и налоги поднимут. Давайте не будем провоцировать обратную реакцию и оставим всё как есть.
Налоги всегда можно скрыть.
Чтобы не брать на себя утомительное лоббирование, этот вопрос обязательно нужно было протащить через собрание.
— Если это вознаграждение, тем более нужно добиваться его повышения. Как справедливо заметил Директор Чхве, минималка выросла, так чем это отличается от демпинга стоимости труда? Зарплаты членам гильдий нам что, из-под земли выкапывать?
На слова Со Бинхи возразил один из Директоров:
— Закрывать Врата — долг Охотника. Неужели за исполнение долга обязательно требовать огромную награду?
При слове «долг» на лицах некоторых присутствующих промелькнули кривые ухмылки. Ким Мёнсон, до этого молча наблюдавший за ситуацией, подал голос:
— Кажется, вы упускаете суть. Разве все присутствующие здесь не знают, что правительство опасается Пробужденных? Долг? Звучит красиво. Но вспомните все: тридцать восемь лет назад, когда впервые открылись Врата и началась волна монстров, как правительство поступило с нами.
В зале мгновенно воцарилась гнетущая тишина.
Большинство Директоров были Охотниками первого поколения и помнили те хаотичные и ужасные времена.
Времена, когда любого, кто попадал под подозрение в пробуждении, бросали во Врата, а тех, кто пробудился, насильно регистрировали и затаскивали в подземелья — это была настоящая Война.
Охотники второго поколения, заставшие период нестабильности, тоже молча закивали.
Лишь Со Бинхи, рожденная в спокойное время третьего поколения, не могла в полной мере разделить их чувства и просто безучастно наблюдала за собранием.
Она слышала истории о тех временах от своего наставника и матери, но слышать и пережить самому — это разные вещи.
— Их восприятие до сих пор мало чем отличается от того, что было тридцать восемь лет назад. Наемники, которые за пару грошей будут гробить себя, закрывая Врата — вот как они смотрят на Охотников.
С ледяным сарказмом в голосе продолжил Ким Мёнсон, и хотя никто не произнес это вслух, все выразили молчаливое согласие.
Медленно обведя взглядом Директоров, Ким Мёнсон нанес финальный удар:
— Разве не является наглядным примером этого государственная компенсация, которая не росла уже десять лет?
Действительно, не зря этого старика называют корейским Га Ху. Сместив акцент на отношение правительства к Пробужденным, он в один миг перетянул общественное мнение на свою сторону.
Никто в этом зале не мог отрицать тот факт, что правительство смотрит на Пробужденных косо.
Благодаря вмешательству Ким Мёнсона чаша весов в этом вопросе полностью склонилась в сторону «за».
Бинхи облегченно выдохнула и слегка склонила голову перед Ким Мёнсоном в знак благодарности.
Последующие вопросы были несущественными. Со Бинхи со скучающим видом оглядывала разглагольствующих стариков, подперев подбородок рукой, но, услышав последний пункт повестки, выпрямилась.
Это был второй вопрос, которого она так ждала.
— И последнее: предложение о лишении Директора Со Бинхи статуса кандидата на пост Председателя ассоциации.
Взгляды, устремленные на нее, делились на два типа.
Острые, жаждущие вцепиться ей в глотку, и полные доверия.
Усмехнувшись, она медленно подняла руку и заговорила:
— Давайте-ка послушаем причины. Мне очень любопытно, насколько они обоснованы.
http://tl.rulate.ru/book/177508/15973751
