В то же самое время.
По дороге ехал фургон, который плавно притормозил у тротуара.
Чёрный кузов и ещё более черная тонировка окон делали этот автомобиль по-особенному заметным.
Щёлк.
С глухим звуком открывшейся двери из машины вышла девушка, на вид — старшеклассница.
Блестящую внешность не могли скрыть ни низко надвинутая кепка, ни маска.
Этой девушкой была Хан Сэа, ученица второго класса старшей школы Ханбит и айдол Агентства SJ.
— Оппа, спасибо, что подбросил. Отсюда я дойду сама.
Голос её звучал чисто и свежо.
Менеджер, сидевший на водительском сиденье, обеспокоенно посмотрел на неё:
— Сэа, ты точно справишься? Твой прошлый цифровой сингл получил неплохой отклик, так что люди постепенно начинают тебя узнавать...
— Ой, ну что ты так переживаешь. Если я так спрячу лицо и натяну кепку, меня даже папа с мамой не узнают.
— Но всё же...
— Я весь день провела в машине, мне так душно, что хочется просто немного пройтись. И ты, оппа, уже давно не уходил домой вовремя из-за моего расписания. Я ничего не скажу Директору, так что воспользуйся моментом и езжай скорее отдыхать.
Глядя на игриво отвечающую Хан Сэа, менеджер невольно усмехнулся:
— Ладно, уговорила. Но пообещай, что не будешь нигде задерживаться и сразу пойдёшь домой. И если что-то случится — сразу звони!
— Хорошо!
После короткого прощания чёрный фургон медленно скрылся из виду.
Хан Сэа, помахав машине рукой, не спеша огляделась.
На её красивом лбу пролегла едва заметная морщинка, будто она погрузилась в раздумья.
«Хм, как-то жаль просто так возвращаться домой».
Отсюда до её дома было всего 15 минут пешком.
Но идти сразу домой ей не хотелось.
Хотя Хан Сэа начала взрослую жизнь рано, став айдолом, она всё ещё оставалась старшеклассницей.
Прохладный осенний воздух, которого она давно не чувствовала, заставлял её сердце радостно трепетать.
«Ладно, если я сделаю небольшой крюк через парк, ничего же не случится? Может, от красивых видов ко мне придёт новое Вдохновение».
Успокоив себя этими мыслями, Хан Сэа бодрым шагом направилась через Парк Ханбит. И в этот момент...
Гул голосов.
В одной части парка собрались люди, будто там происходило что-то интересное.
«Там что, какое-то шоу?»
Ещё раз поглубже натянув кепку, Хан Сэа с любопытством в глазах направилась к толпе.
— Ха-ха, ты всё-таки пришёл.
Ким Чиун неловко улыбнулся, глядя на Чихана, который подошёл к сцене.
Сначала — неожиданное заявление вокалиста об уходе, а теперь — внезапное появление этого парня на сцене.
Зрители пребывали в замешательстве и вовсю перешёптывались друг с другом.
— Прости. Ты, наверное, выкроил время в перерыве между учёбой, чтобы прийти сюда... А я выставил себя дураком.
Ким Чиун сам не понимал, что говорит. Голова была абсолютно пустой от стыда за этот провал и чувства вины перед остальными участниками группы, поэтому он просто бормотал первое, что приходило в голову.
Несмотря на вымученную улыбку, по загривку Ким Чиуна градом катился холодный пот.
— Но раз уж ты здесь, может, попозже перекусим вместе с Сонхёном? Ах да! Со всеми нашими ребятами тоже...
— Вы действительно собираетесь вот так всё закончить?
Внезапный вопрос Чихана застал его врасплох.
— Что?
— Разве это не то живое выступление, к которому вы так усердно готовились? Нельзя же просто отпустить зрителей, которые пришли послушать вас, вот так.
Это были правильные слова. Ким Чиун почувствовал, как после веского замечания этого школьника его затуманенный разум начал проясняться.
— ...
Взор Ким Чиуна медленно обратился к зрителям, собравшимся перед сценой.
Их было не так много, ведь это обычный парк, но всё же это были люди, которые до этого момента с интересом слушали выступление Blue Rain. Ему до боли в сердце хотелось отблагодарить их лучшей музыкой, на которую они были способны.
«Но как, чёрт возьми, это сделать без вокалиста?»
И пока Ким Чиун снова ломал над этим голову...
— Сможете сыграть ту песню, что была в самом начале?
— ...А?
Прежде чем Ким Чиун успел среагировать, Чихан уже шагнул к микрофону.
Что это значит?
Он собирается спеть Fly High в такой обстановке?
Даже после того, как видел предыдущий провал?
В голове Ким Чиуна лихорадочно закрутились мысли.
— ...
Здравый смысл подсказывал, что это безумие. Перед ним был старшеклассник, с которым они ни разу не репетировали и чьи способности не были подтверждены. К тому же, он видел его всего второй раз в жизни.
Однако, глядя на Чихана, стоявшего перед микрофоном так уверенно, будто это было его законное место, Чиун ощутил странное, необъяснимое предвкушение.
Это прозвучит безумно, но от юноши исходила та самая аура, которую можно почувствовать только от ветеранов-музыкантов.
«Он кажется совсем другим человеком по сравнению с нашей первой встречей».
В памяти Ким Чиуна всплыл образ из студии несколько дней назад. Парень, который всего за два часа создал невероятно качественную вещь.
А что, если его талант не ограничивается только написанием музыки?
«Шанс невелик, но...»
Но в данной ситуации у него не оставалось иного выбора, кроме как довериться этой призрачной возможности.
Приняв решение, Ким Чиун обменялся взглядами с остальными участниками группы.
Спустя мгновение.
«А, была не была. Как-нибудь прорвёмся».
Дззззииииинь!
Гитара в его руках снова издала мощный, рёвущий звук.
Слушая вновь зазвучавшее вступление к песне Fly High, Чихан закрыл глаза.
Он медленно обхватил микрофон правой рукой.
Ощущение было такое, будто он находится во сне.
«Как же всё к этому пришло?»
Изначально он планировал просто посмотреть концерт.
Ему было любопытно услышать вживую Fly High — песню, которая вызывала в нём необъяснимую тоску.
Но когда он увидел, как кто-то пренебрегает этой песней и рушит выступление, в нём вспыхнул неконтролируемый гнев.
Раньше с ним такого никогда не случалось.
Дззззииииинь!
Вступление уже подходило к концу.
Ещё несколько дней назад он даже не слышал названия этой композиции.
«Но я знаю эту песню».
Казалось, будто кто-то в его голове непрерывно объясняет ему каждый нюанс этой мелодии. Это звучало как бред, но Чихан не мог иначе описать своё состояние.
Чихан медленно открыл глаза.
В поле его зрения попали зрители, смотрящие на него с ожиданием. Среди них он увидел Ким Сонхёна с совершенно ошарашенным выражением лица.
Друг, который знал его лучше всех. Тот самый друг когда-то сказал ему: «Когда ты поёшь, ты выглядишь самым счастливым человеком на свете».
«Что ж, я поверю твоим словам».
Чихан решился и приоткрыл рот.
В тот же миг перед его глазами начало разворачиваться уже знакомое видение.
Вспышка!
На этот раз Чихан оказался в теле мальчика лет восьми.
Место, где родился этот ребёнок, было бедным промышленным районом. Мать умерла несколько лет назад от болезни лёгких, а отец страдал алкоголизмом и часто избивал сына.
Каждый раз, убегая из дома, мальчик находил убежище перед заброшенным зданием в безлюдном месте.
Моменты, когда в жизни не видно ни лучика света и кажется, что ты остался один во всём мире.
История этого мальчика...
Нет, песня Чихана началась именно оттуда.
— Я всегда хотел сбежать из этого тесного и мрачного серого города...
Ким Чиун, игравший на гитаре, внезапно расширил глаза.
«Что это?»
Голос был грубым и простым, но в этом спокойном тембре слышалась живая история. Технически исполнение не было безупречным, но искренность, звучавшая в голосе, с лихвой компенсировала отсутствие навыков. Это была глубина совсем иного уровня, нежели у обычных вокалистов, заучивших лишь приёмы.
Но Ким Чиуна поразило не только это.
«Что у него с английским? Он что, носитель языка?»
Обычно, каким бы выдающимся ни был вокалист, если язык для него не родной, в песне на иностранном языке всегда чувствуется некая неестественность. Но Чихан был другим. Его произношение и акценты были безупречны — точь-в-точь как у тех зарубежных музыкантов, которых Ким Чиун слушал в детстве.
Не замечая восхищения Ким Чиуна, Чихан продолжал следовать за воспоминаниями мальчика.
Из-за бесконечного смога, извергаемого заводами, небо, которое видел ребёнок, всегда было пепельным.
Может быть, поэтому, несмотря на быстрый темп, в песне чувствовалась глубокая меланхолия?
Эти эмоции, вложенные в голос Чихана, постепенно накрывали площадь перед сценой.
— В сказках небо всегда было лазурным, но небо, дарованное мне...
Когда песня приблизилась к середине, взгляды всех присутствующих были прикованы к Чихану. Большинство не понимали английский текст, но сила чувств, передаваемая его голосом, полностью захватила их.
— О-о, небо, дарованное этому брошенному городу!
Зрители, затаив дыхание, следили за каждым движением губ Чихана. И он, будто нарочно испытывая их терпение, выдохнул следующую строчку:
— Было лишь пепельно-серым.
Вслед за этим последовало взрывное, штормовое исполнение участников Blue Rain. Несмотря на прохладу, по лбам музыкантов катился пот. Настолько велика была их концентрация на игре.
«Проблема скорее во мне».
Чихан слегка нахмурил брови. Впереди была кульминация песни — часть, где вокалисту необходимо продемонстрировать мощный высокий вокал. То самое место, на котором только что споткнулся Чха Хёнсу.
«Справлюсь ли я?»
Такие высокие ноты берут только знаменитые и талантливые певцы из телевизора. Для Чихана, который никогда не учился вокалу, это было верхом безрассудства.
Однако...
Тук-тук! Тук-тук!
Бешено колотящееся сердце упрямо твердило ему:
«Ты сможешь».
«Потому я и выбрал тебя».
Чихан крепче сжал микрофон.
— Как высоко мне нужно взлететь? Как высоко я должен подняться, чтобы увидеть его? То самое синее небо, о котором я так мечтал!
Голос Чихана становился всё громче, и вместе с ним инструменты группы устремлялись к своему апогею. Когда его связки, впервые напряжённые до предела, натянулись, словно тетива лука, а зрители замерли в мучительном ожидании следующей ноты...
— I wanna Fly High!!!!!
В этот момент голос Чихана, казалось, заполнил собой весь парк. Это был мощный, чистый и в то же время по-мужски грубый высокий звук, который трудно было ожидать от подростка.
Зрители, буквально оглушенные этим вокальным взрывом, стояли с ошеломлёнными лицами. Но это был ещё не конец.
— Fly High!!!!!
Твёрдая решимость во что бы то ни стало подняться ввысь и увидеть синее небо. В повторном мощном крике Чихана это чувство было передано без остатка.
Спустя мгновение.
Закончив песню, Чихан медленно перевёл дух и опустил микрофон.
— ...
В парке, который ещё недавно был полон шума, воцарилась гробовая тишина. Никто не решался нарушить эту атмосферу.
Прервав затянувшееся молчание, Чихан спокойно произнёс:
— Спасибо за внимание.
Хлоп... Хлоп-хлоп-хлоп.
Начиная с чьих-то одиночных аплодисментов, восторженные крики толпы вырвались наружу, словно плотину прорвало.
После выступления, оставившего сильное послевкусие, зрители начали расходиться с восторженными лицами. Разумеется, они наперебой делились впечатлениями от увиденного.
— Вау, посмотри на мои руки. Серьёзно, у меня до сих пор мурашки по коже.
— Не слишком ли он хорош? Похож на профи. Почему такой человек выступает с баскингом в подобном месте?
— Я так засмотрелась, что даже забыла включить запись.
Среди этих зрителей была и Хан Сэа.
«Это было безумное выступление».
Из-за сложности песни Fly High группы Rampage даже многие профессионалы боятся браться за неё. В начале баскинга Хан Сэа была настроена скептически: «Ну, посмотрим, на что вы способны».
Однако, когда началось исполнение и вокалист показал свою истинную силу, Хан Сэа пришла в неописуемый ужас. Качество звукоизвлечения и эмоциональная подача были далеко за пределами любительского уровня.
Особенно на высоких нотах она была настолько поражена, что едва не осела на землю.
«Я точно раньше не видела этого лица».
Подумать только, среди обычных людей, о которых никто не знает, скрывается такой мастер. Если бы Директор её агентства узнал об этом, он бы, наверное, отвесил парню земной поклон, лишь бы заманить его к себе.
Ей было искренне жаль, что под впечатлением от концерта она так и не догадалась спросить его контакты.
«Это был именно тот голос, который я искала...»
Глядя на место, где только что стоял вокалист, Хан Сэа многозначительно прищурилась.
http://tl.rulate.ru/book/177021/15833591
Готово:
