— Именно! Мы прибыли сюда, чтобы усмирить Поднебесную ради народа, погрязшего в бедах.
— А уж как я люблю мир! Вы и представить себе не можете. Если я вижу, как передо мной дерутся единоверцы, я тут же поднимаю кулаки и охотно учу их миру.
Ах... Наблюдая за подчиненными, которые рассуждают о том, как важна ценность мира, я чувствую, как мое сердце наполняется гордостью.
— Вы, должно быть, уже слышали. Святой Меча, который в Лояне посмел использовать коварные уловки против Неба и потерпел позорное поражение, теперь бесстыдно трубит на каждом углу, будто он получил ранения лишь из-за совместной атаки присутствующих здесь Десяти Демонов и четырех Владык Павильонов.
Атмосфера среди демонических воинов, до этого преувеличенно восхвалявших мир, мгновенно похолодела, словно их окатили ледяной водой.
— Воины Мурима, поддавшись на подстрекательства Главы Альянса, сейчас наверняка точат на нас мечи. Мы находимся в самом центре вражеской территории. Мы ни в коем случае не должны давать им повода для нападения.
Неизвестно, на какие безрассудные шаги может пойти Муримский Альянс после поражения своего лидера. Поэтому мы обязаны крепко держать в руках щит под названием «мир».
— Да таких слабаков проще простого стереть в порошок...
На чье-то ворчание Чжегаль Сосо ответила со всей серьезностью:
— Не заблуждайтесь. Мы — не самая могущественная сила в Центральных Равнинах.
— ...!
Я и сам был поражен этим заявлением, которое вдребезги разбило гордость демонических воинов, считавших себя сильнейшей организацией в мире.
— Что?! Неужели Военный советник считает, что мы слабее этого немощного Муримского Альянса или марионеточной имперской армии?
Тот, кто столь яростно воспротивился словам советника, был Демоном-Тираном — человеком, который своими кулаками превратил в кровавое месиво гордость горы Хуашань, мастеров меча Сливового Цвета.
— Пхэма, как ты смеешь повышать голос в присутствии Его Величества? — леденящий холод Ледяного Демона сковал Демона-Тирана. Тот украдкой взглянул на меня и тут же поджал хвост.
— Кх...
— ...Однако слова Военного советника действительно трудно оставить без внимания.
— Верно. Сказать, что наш Великий Священный Культ Небесного Демона уступает Муримскому Альянсу и Империи... Такое трудно проглотить даже от Военного советника.
Хотя вмешательство Ледяного Демона на время разрядило обстановку, слова Дома и Ядовитого Демона вновь накалили атмосферу в шатре.
Хотя они и не высвобождали свою Демоническую Ци, давление мастеров стадии Крайнего Демона было не тем, что мог выдержать обычный воин уровня пика.
«Ах вы, паршивцы...»
Ругательство, поднявшееся из самых глубин даньтяня, застряло в горле.
«Хм...»
Меня внезапно посетила мысль: «А не я ли тот, кто, опьянев от власти, перестал отличать зерна от плевел?»
Я всегда старался напоминать себе, что это реальность, и изо всех сил пытался адаптироваться, но только сейчас осознал, что в глубине души все еще считал этот мир игрой и смотрел на него свысока.
Мой взгляд остановился на Хонвон Со, который сидел с закрытыми глазами, и на Демоне Меча, бесстрастно наблюдавшем за Чжегаль Сосо. Хонвон Со, который обычно негласно поддерживал девушку, и Демон Меча, который уважал её, — их молчание говорило о многом.
«Я слишком легкомысленно к этому отнесся».
Они ведь больше не были NPC, произносящими заученные реплики и действующими по сценарию. Это были живые люди с теплыми телами и глазами, полными эмоций... Стоило мне изменить ход своих мыслей, как всё вокруг словно прояснилось, а их образы стали отчетливее.
«Да... Это не игра. Это самая настоящая реальность».
Пусть в прошлом «я» был неудачливым офисным работником, проигравшим в корпоративных интригах и скитавшимся по захолустным должностям, социальная жизнь всё же кое-чему меня научила. Пытаться решить всё так просто было глупостью с моей стороны. Это была непростая задача.
«Если я надавлю на них своим авторитетом, они подчинятся».
Причем без малейшего недовольства или жалоб. Они начнут винить себя и каяться в том, что не смогли постичь мою волю. Но так я сам превращу их в кукол.
Они должны дышать и жить. И мои люди, и этот мир. Отныне я должен действовать осмотрительнее, тщательно взвешивать каждое слово и решение. Ведь в одиночку мне не остановить грядущую катастрофу.
Когда я глубоко откинулся в величественном кресле, подперев подбородок рукой и приняв вид стороннего наблюдателя, остальные Девять Демонов и четверо Владык Павильонов, до этого выжидавшие моей реакции, принялись изливать свое недовольство Чжегаль Сосо.
— Военный советник! Скажите хоть что-нибудь!
— Если вы не убедите меня, то, будь вы хоть трижды советником, на этот раз я этого не потерплю!
С моего молчаливого согласия обстановка накалялась. Под давлением мастеров стадии Крайнего Демона прекрасное лицо Чжегаль Сосо побледнело, но ее глаза, хранившие в себе звездный свет...
Они все еще не утратили своего сияния.
В рабочей жизни мне иногда доводилось встречать таких «сияющих» людей, как Чжегаль Сосо. Все они, как один, были деятельными и уверенными в себе. В молодости я лишь завидовал этому свету, которым сам не обладал, но с возрастом понял, что этот нимб бывает двух видов.
Есть «отражатели», которые лишь отзеркаливают свет, полученный от кого-то другого, не обладая собственной силой. И есть «источники света», которые сами излучают ослепительное сияние.
Демонические воины, собравшиеся здесь, были теми, кто яростно излучал собственный свет, соревнуясь в том, чье сияние ярче. И сейчас они спрашивали её: «Сможешь ли ты светить сама, не полагаясь на авторитет Неба?»
— Вы должны... должны взглянуть в лицо реальности.
Чжегаль Сосо заговорила. С её губ сорвалась струйка алой крови — было очевидно, что она получила внутреннюю травму, пытаясь выстоять под этим невыносимым давлением.
Я сохранял напускное равнодушие, но в душе отчаянно болел за неё.
— Фу-у-ух...
Она глубоко выдохнула, стараясь выровнять дыхание.
— Если вы обладаете величайшей силой, то почему за последнюю тысячу лет Священный Культ Небесного Демона так и не смог осуществить свою заветную мечту о Триумфальном возвращении?!
Она смело ударила по самому больному месту демонических воинов.
— Э-это!..
— Военный советник еще не закончила. Слушайте.
Подал голос Демон Меча, до этого хранивший молчание и теперь явно вставший на её сторону.
— Люди привыкли называть Священный Культ Небесного Демона и Муримский Альянс «Двумя Великими Силами Поднебесной».
При этих словах демонические воины согласно кивнули. В этом мире существует столько сект и группировок, сколько песчинок на пляже, и как им не гордиться тем, что их считают лучшими из лучших?
— Но в этом восхвалении скрыта ловушка... Речь об Империи. Из этого уравнения выпала Империя, которая фактически правит миром.
— ...!
Слова Чжегаль Сосо, представившей ситуацию под совершенно иным углом, ошеломили присутствующих. Их лица застыли, словно их ударили по затылку.
— Не заблуждайтесь. Синьцзян и Ханань, где находятся главные штабы Культа и Альянса, — это территории, де-факто принадлежащие Империи. Почему люди говорят о «Двух Великих Силах», а не о трех, когда существует Империя с ее неисчислимыми богатствами и самой огромной армией?
Ответ на этот вопрос был настолько кощунственным и позорным, что его страшились произнести вслух.
— Это потому, что мощь Империи подавляет и Культ, и Альянс вместе взятые.
Жестокая Чжегаль Сосо всё же вытащила эту крамольную мысль на свет божий.
«Хм... Значит, Империя — сильнейшая?»
В мире «Леса клинков и гор» или в других произведениях в жанре мурим чиновники всегда были козлами отпущения, а правительственные войска не могли сравниться с мастерами боевых искусств.
Поэтому я тоже особо не беспокоился об Империи. Но... сейчас, когда я об этом задумался, я поразился собственной глупости. Как я мог так думать?
— Миллионная армия под командованием великих генералов, обладающая бесконечным снабжением и поддержкой. Чтобы противостоять им, не хватит и всех сил Культа.
Хонвон Со подхватил её мысль:
— ...И даже если мы победим их в кровопролитной войне, на нас двинется еще одна миллионная армия.
Почувствовав холодок, пробежавший по спине, я задал советнику вопрос:
— Почему же мы до сих пор не брали Империю в расчет?
— Всё просто. Мастерам, постигшим боевые искусства, обычные солдаты казались не более чем пугалами. Это высокомерие застило вам глаза и уши.
Заставив всех замолчать, она доказала, что является самостоятельным источником света... Более того, в этом шатре, полном легендарных демонов, она казалась самой яркой.
На самом деле, единственным «отражателем» здесь был я. Ведь свет, за которым шли эти гордые воины, был светом «Чхон Ун Ака».
Глядя на сияние Чжегаль Сосо, я почувствовал, как во мне пробуждается желание: когда-нибудь я тоже захочу излучать такой свет, на который никто не сможет смотреть прямо.
«Свет, что будет ярче всех... Ярче, чем у первого Небесного Демона, который в одиночку противостоял и Империи, и всему Муриму».
— Не пренебрегайте врагом, но и не робейте.
Наконец, вмешался я. Мой голос звучал уверенно как никогда.
— Я — ваше Небо. Нужно ли вам что-то еще, чтобы противостоять врагу?
Тревога и напряжение, промелькнувшие на лицах демонических воинов, исчезли без следа, словно снег под лучами весеннего солнца.
Местом проведения Небесного Собрания был выбран, разумеется, не замок в самой столице, а загородный дворец за городскими воротами. Манхвавон — летняя резиденция императорской семьи — был по-императорски роскошен и прекрасен.
Было решено, что Священный Культ займет западную часть Манхвавона, Муримский Альянс — восточную, а императорские войска расположатся на севере. В сам дворец разрешалось войти пятерым. Это были я, Чжегаль Сосо, Хонвон Со, Демон Меча и Ветряной Демон.
Ветряной Демон, мужчина средних лет с козлиной бородкой и довольно хитрым лицом, был мастером, обладающим лучшей техникой легкости в Культе.
— Если переговоры зайдут в тупик, Ветряной Демон должен первым делом увести Его Величество подальше от места встречи. Путь для вас обязательно проложат Демон Меча и Владыка Павильона Белой Лошади.
На наставление Чжегаль Сосо Ветряной Демон ответил на удивление приятным низким голосом:
— Не беспокойтесь. Даже если мое тело будет разорвано на куски, я обеспечу безопасность Его Величества и выведу его оттуда.
Подготовившись к любым неожиданностям, Чжегаль Сосо направилась к шатру Чхон Ун Ака, который уже собирался на встречу.
Её взгляду предстал Чхон Ун Ак, которому прислужницы помогали облачиться в черный венец с подвесками и черную мантию дракона. Увидь это одеяние имперские чиновники, они бы рухнули в обморок. Но эта одежда была создана не ради красоты или роскоши.
Тысячу лет назад простые люди, страдавшие от гнета и нищеты, добровольно поднесли Небесному Демону, спасшему их, самое ценное, что только могли вообразить. В этой великолепной мантии дракона были заключены крики и мольбы слабых, измученных тиранией.
Они молили позволить им жить не как подданные императора, отвернувшегося от них, а как народ Неба. Просили защитить их. И первый Небесный Демон охотно взвалил на свои плечи это тяжкое бремя. С тех пор он всегда носил черную мантию дракона.
После его смерти все последующие Небесные Демоны облачались в черное и надевали черный венец в знак того, что они принимают на себя «священный долг» первого владыки — защищать и оберегать слабых.
Чхон Ун Ак, на долю которого выпало нести это тысячелетнее бремя, встретил Чжегаль Сосо с беззаботной улыбкой, словно и не ведал о тяжести своего долга.
— Военный советник.
У него всё еще было совсем юное лицо. Всего пятнадцать лет. Этот маленький мальчик-повелитель нес на своих плечах ношу, непосильную для обычного человека.
Как же его жаль... Испугавшись своих крамольных мыслей, Чжегаль Сосо поспешно склонилась в поклоне, стараясь скрыть чувства.
«О чем я только смею думать...»
Чхон Ун Ак, удивленный непривычным поведением советницы, склонил голову набок, а затем снова лучезарно улыбнулся:
— Неужели и Военный советник нервничает?
— Н-нет, вовсе нет. Я просто...
— Не волнуйся. Будь то наследный принц или Глава Альянса — я сокрушу всех врагов, что посмеют нам угрожать.
«Чжегаль Сосо... какая же ты никчемная. Вместо того чтобы поддержать того, кто несет столь тяжелую ношу, ты сама принимаешь утешение».
К горлу подступил комок, и Чжегаль Сосо, боясь расплакаться, крепко закусила губу, пытаясь успокоиться. К ней подошел Чхон Ун Ак и легонько похлопал своей маленькой ладонью по её хрупкому плечу.
— Верь мне.
При виде его сияющей улыбки лицо девушки залилось краской.
— Да... Да...
Рассмеявшись, словно услышал что-то забавное, Чхон Ун Ак прошел мимо Чжегаль Сосо и вышел из шатра. Она последовала за ним тихими, покорными шагами.
Снаружи их ждали демонические воины. Даже эти великие демоны, чьи имена заставляли содрогаться всю Поднебесную, казалось, нервничали, источая свирепую ауру.
Взглянув на них, Чхон Ун Ак с невозмутимым видом произнес:
— Что ж, в путь?
Словно забыв о том, что ему предстоит свершить великое дело, способное изменить судьбу мира, Чхон Ун Ак легкой походкой, будто отправившись на прогулку, направился к алым чертогам Манхваджона.
http://tl.rulate.ru/book/176509/15500573
