— Как плачет песок?
— Хм... Погодите.
— Я знаю. Хнык-хнык.
— Если сказать «два круга и две звезды» идиомой из четырех иероглифов, что получится?
— В этот раз я знаю. Вечное прощание.
— О! Госпожа Там, вы угадали.
— Задайте еще, хённим.
— Хён... ним?
— Да. Задайте еще вопрос, хённим.
— Ладно. А как называют человека, который носит с собой только иголки?
— Я! Это я знаю, хённим. Человек без нитки!
— Верно!
Кван Тхэган, который уходил в деревню за лекарственными травами, вернулся.
Прежде чем я успел это осознать, он присоединился к нам, и мы втроем увлеклись игрой в «батины шутки».
В будущем Кван Тхэган получит прозвище Железноликий Гигантский Клинок.
Как и следовало ожидать от младшего ученика Там Мё, которую называли Бесстрастной Божественной Мечницей, в его прозвище тоже вошло слово «Железноликий».
Как и у Там Мё, на лице этого парня не было ни эмоций, ни чувств.
Мы втроем играли уже почти время одной трапезы.
Уровень сосредоточенности был на высоте, и нам определенно было весело.
Вот только у обоих лица все это время оставались каменными.
Ну, на то были свои причины.
Я это исправлю.
А потом женюсь на Там Мё и буду жить с ней долго и счастливо.
У нас будет двое детей, неважно — мальчики или девочки.
Внуки и внучки... а?
— Кхм.
— Ой! Великий герой Хо.
Незаметно для нас сзади подошел Хо Гонъян, Своевольный Бессмертный Облачного Журавля.
Ему нравилось, что я продолжал называть его Великим Бессмертным Облачного Журавля, но, видимо, это начало его тяготить.
Он попросил сменить обращение, поэтому теперь я называл его Великим героем Хо.
В любом случае, я совершенно не почувствовал, когда он подошел и начал за нами наблюдать.
— Лечение Юного героя Дана закончено. Пойдемте вместе.
— Благодарю вас, Великий герой Хо.
Мы втроем поднялись и направились к Дан Чончхону.
Точнее, я только собирался двинуться за Там Мё и Кван Тхэганом.
Своевольный Бессмертный Облачного Журавля заложил руки за спину и, похоже, не собирался двигаться с места.
Я остановился и спросил:
— У вас есть какое-то отдельное дело ко мне?
— Послушай, парень.
— Да, Великий герой.
— Чем больше я на тебя смотрю, тем более удивительным ты мне кажешься.
— Простите?
— Я о моих учениках.
— Да.
— Если не считать их раннего детства, они впервые так долго с кем-то разговаривают.
— Вот как? Я и не знал.
— Ты... действительно удивительный малый. Ты мне нравишься.
— Я тронут тем, что Великий герой Хо столь высокого мнения обо мне. Благодарю вас.
— Ха-ха. Ладно. Пойдем к Юному герою Дану.
Великий герой Хо пошел вперед, а я последовал за ним.
Глядя ему в спину, я вспоминал содержание «Легенды о золотом драконе».
О причине, по которой Там Мё и Кван Тхэган были такими бесстрастными.
Все это из-за Хо Гонъяна.
Как я уже говорил, Хо Гонъян достиг совершенства во всех боевых искусствах.
Но он не остановился на этом: медицина, науки, механизмы и ловушки, военная стратегия, музыка, литература, поэзия и так далее.
Он сведущ во множестве областей.
Одним словом — гений уровня монстра.
Старея, он решил взять учеников и передать им все, что узнал и отточил за свою жизнь.
Поскольку он путешествовал по всему свету, то, разумеется, выбирал в ученики только самых одаренных детей.
Ими и стали Там Мё и Кван Тхэган.
Ах, к слову, Там Мё восемнадцать лет, а Кван Тхэгану — семнадцать.
Причем Кван Тхэган в свои семнадцать выглядит как мой старший брат.
Ну да ладно.
Там Мё и Кван Тхэган тоже гении.
Однако у гениальности есть свои уровни.
Дан Чончхон — гений боевых искусств с Телом Небесного Воителя, а Хо Гонъян — гений-монстр во всем.
Но Там Мё и Кван Тхэган были обычными гениями.
То есть не настолько выдающимися, чтобы называть их обладателями Тела Небесного Воителя или монстрами.
Поэтому Хо Гонъян чувствовал разочарование.
То, что он сам понимал и усваивал с легкостью...
Там Мё и Кван Тхэган никак не могли постичь, и это его раздражало.
С тех пор он начал давить на детей.
Он учил их сурово и жестоко отчитывал.
Он полностью исключил другие стороны жизни, заставляя их сосредоточиться исключительно на учебе.
Он учил их, что даже человеческие эмоции — это роскошь.
И вот каков результат — нынешние Там Мё и Кван Тхэган.
Возможно, Хо Гонъян и был гением во всем остальном, но в обучении детей у него, похоже, таланта совсем не было.
И в какой-то момент Своевольный Бессмертный, глядя на детей, чьи лица перестали что-либо выражать, осознал свою ошибку.
Он отчаянно пытался все исправить, вкладывая все силы в то, чтобы вернуть им эмоции.
Однако до сих пор Там Мё и Кван Тхэган ни разу не улыбнулись и не заплакали.
Разумеется, вид двух учеников, играющих со мной в «батины шутки», показался ему невероятным.
Он не мог не проникнуться ко мне еще большей симпатией, ведь я сумел привлечь интерес этих детей.
Но есть кое-что, чего Хо Гонъян не знает, а я знаю, потому что читал «Легенду о золотом драконе».
Там Мё и Кван Тхэган не лишились чувств.
Разве может человек быть совсем без чувств?
Дело не в их отсутствии, а в том, что они забыли, как их выражать, и неосознанно стараются их не проявлять.
Я справлюсь.
Я помогу им снова научиться выражать эмоции.
А потом...
Женюсь на Там Мё, будем жить-поживать... Ха-ха.
К закату Дан Чончхон восстановился настолько быстро, что уже мог вполне самостоятельно передвигаться.
Мы приготовились спускаться с горы.
Мы уже покинули территорию Замка Черной Крови и добрались до относительно безопасного места, а внутренние раны Дан Чончхона значительно зажили, так что прятаться больше не было нужды.
Надо же и в постоялом дворе поспать с комфортом.
Перед тем как спуститься, Хо Гонъян сказал нам важные слова:
— Юный герой Дан, Юный герой Ю. То, что я спас вас, не было случайностью.
— Я так и предполагал. Тем не менее, я никогда не забуду вашу милость за спасение моей жизни. Благодарю вас, Великий герой Хо.
Я просто стоял в почтительной позе, а отвечал Дан Чончхон.
Там Мё и Кван Тхэган тоже стояли в ряд позади Хо Гонъяна.
— В этом нет нужды. Все долги уже выплачены, так что никто ничего не должен.
— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду. Боюсь, мне не хватает сообразительности.
— Ты ведь знаешь третьего старейшину Клана Чжегаль, Чжегаль Сим-му?
— Да. Недавно нам довелось встретиться.
— Он постоянно присылал мне почтовых голубей и людей. Причем очень настойчиво.
— Третий старейшина Чжегаль?
— Именно. В молодости я задолжал Чжегаль Сим-му. Это не было спасением жизни, но по тем временам его услуга была столь же велика. Я хотел поскорее вернуть долг, но этот старик Чжегаль Сим-му почти никогда ни о чем меня не просил.
— А...
— Были десятки крупных событий, в которых мое вмешательство принесло бы огромную пользу Клану Чжегаль и самому Чжегаль Сим-му, но он упорно не просил меня о помощи. Как и следовало ожидать от умного человека, он заставлял меня оставаться в должниках как можно дольше. Ха-ха.
— Вот оно как.
— И вот в этот раз он использовал этот долг. Чтобы я спас тебя.
— Третий старейшина Чжегаль...
— Да. Я слышал историю о том, как ты помог ему и спас его жизнь. Но даже при этом то, что он так спешно обратился ко мне за помощью, о многом говорит. Это значит, что он действительно хотел тебя спасти.
— Откуда же он знал, что я окажусь в опасности...
— Это же Чжегаль Сим-му. Третий старейшина Клана Чжегаль. Он сказал, что предсказал это еще в тот день, когда впервые встретил тебя. Что ты отправишься в Замок Черной Крови и вступишь в смертельную схватку с Демоническим Владыкой Черной Крови.
— Значит, он читал все мои мысли.
Чончхон, Чончхон, наш Чончхон.
Даже если ты не из Клана Чжегаль, это мог предсказать кто угодно.
У тебя же это буквально на лице написано.
— Чжегаль Сим-му написал мне в письме...
— ?
— О мире Мурима в далеком будущем, когда наше с ним время пройдет. Он сказал, что когда придет кризис, именно ты спасешь Мурим и Поднебесную. Поэтому он сказал, что тебя нужно обязательно спасти.
— Такому недостойному мне...
— Верно. Ты пока недостоин. По крайней мере, сейчас.
— Да. Я запомню это.
— В любом случае, с этим покончено. Аж на душе полегчало.
— ...
— Чжегаль Сим-му вернул долг жизни тебе, а я вернул долг жизни Чжегаль Сим-му. Теперь никто никому ничего не должен. Как же приятно расплатиться с долгом, которому несколько десятков лет. Ха-ха-ха.
Дан Чончхон, видимо, хотел сказать: «И все же я не забуду вашу доброту».
Он пошевелил губами, но не посмел сказать это Хо Гонъяну, который так радовался выплате долга.
Вместо этого он почтительно и искренне склонился перед ним в глубоком поклоне.
— Ах, и ты.
На этот раз Хо Гонъян позвал меня.
— Да, Великий герой Хо.
— Чжегаль Сим-му просил передать это тебе.
— О чем вы?
— Насчет этого случая. Он сказал, что так он вернул Дан Чончхону долг за спасение своей жизни.
— А... да.
— Поэтому он добавил, что его долг перед тобой по-прежнему остается в силе. Какое же чудо ты совершил для Клана Чжегаль, что Чжегаль Сим-му несколько раз подчеркнул это и просил обязательно передать тебе эти слова?
— Ну... на то есть свои причины. Раз уж Клан Чжегаль хранит это в тайне, мне трудно об этом говорить. Надеюсь на ваше понимание, Великий герой Хо.
На мои слова...
Хо Гонъян удовлетворенно улыбнулся.
И снова его глаза засияли симпатией ко мне.
— Вот именно. Мужчина должен быть таким. Тот, кто хранит доверие, сможет его заслужить.
— Благодарю вас, Великий герой.
— Юный герой Дан. Ты, пройдем-ка со мной на пару слов.
Хо Гонъян позвал одного Дан Чончхона и отошел с ним немного в сторону.
Хоть мы с Там Мё и Кван Тхэганом были на некотором расстоянии, если поднапрячь слух, расслышать их разговор было возможно.
Там Мё и Кван Тхэган, казалось, не собирались этого делать.
Но мне было любопытно, так что я слегка прислушался.
— Я не в том положении, чтобы давать тебе советы, но...
— Младший просит наставления старшего. Пожалуйста, говорите прямо, Великий герой Хо.
— Хм... Твой друг. Твой младший брат Ю Гон.
— Да, Великий герой.
— Он хороший парень.
— Я осознаю это всей душой. Он действительно прекрасный друг, брат и соратник.
— Вот поэтому я и говорю, что ты поступил неправильно.
— Простите?
— Разве ты сам не видел? Когда приспешники Демонического Владыки Черной Крови пытались убить тебя. Твой младший брат без малейшего колебания или сомнения бросился на защиту. Хотя было очевидно, что в той ситуации он наверняка погибнет.
— Это...
— Ты знаешь, как трудно за всю жизнь обрести хотя бы одного друга, готового умереть за тебя? Даже если это всего один человек, можно сказать, что такая жизнь была успешнее, чем у кого бы то ни было.
— ...Да.
— А ты уже обрел его. Младшего брата, который, не раздумывая, отдаст за тебя жизнь.
— Так и... есть.
— И из-за твоего безрассудства этот драгоценный человек едва не погиб.
— Я... я... подверг его опасности.
— Я говорю это не для того, чтобы винить тебя. Я хочу сказать, что месть важна, но защита дорогих людей важна не меньше. Помни: слова о том, что выживает не сильный, а силен тот, кто выжил, — это не пустой звук.
— Наставление Великого героя Хо. Я запечатлею его в глубине своего сердца.
Дан Чончхон склонил голову в знак благодарности.
С его опущенного лица начали капать прозрачные слезы.
Это не совсем точь-в-точь как в «Легенде о золотом драконе», но содержание почти то же самое.
Благодаря этому наставлению Хо Гонъяна теперь Дан Чончхон не будет действовать безрассудно.
Теперь он превратится в Золотого дракона, который умеет отступать, уклоняться и использовать свой ум для составления планов.
Вскоре...
Дан Чончхон, все еще роняя слезы, поднял голову и посмотрел на меня.
Из его глаз на меня хлынул поток горячей привязанности и глубоких чувств.
И в этот момент Там Мё... а?
На лице Там Мё впервые отразилась какая-то эмоция.
Сложно сказать точно, что именно, но она смотрела так, будто мне срочно нужно было оправдаться.
«Нет. Мы с Дан Чончхоном вовсе не в таких отношениях!»
http://tl.rulate.ru/book/176426/15474621
Готово:
