Может быть, дело в моей искренней заботе?
Токко Хён пришел в себя гораздо раньше, чем я ожидал. Кажется, прошло всего около одного кака.
Однако то ли из-за того, что я слишком поспешно вырвал его из забытья, то ли по какой-то другой причине, едва открыв глаза, Токко Хён забился в припадке, отчаянно размахивая руками. Выглядело это примерно так:
— У-у-у-у-а-а-а! Хва... хватит! Прекрати!.. Я был неправ!.. Каюсь! Виноват!
Ну, раз такое дело...
Хвать.
Я положил руку на дрожащее плечо Токко Хёна и, широко ухмыльнувшись, прошептал ему прямо на ухо:
— Как же так? Я ведь еще даже не начинал, а ты уже в таком состоянии? А?
— Умоляю, пощади...
— О-о, не волнуйся, убивать я тебя не стану.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а!
— У меня есть собственный метод, который я оттачивал годами, так что не переживай. Хе-хе-хе-хе.
Тык, тук, тук!
Быстрыми движениями рук я перекрыл ахёль Токко Хёна, лишая его дара речи, и оттащил в укромное местечко. Там мы провели за долгой беседой наедине. Применив к нему технику перековки разума сто восемь раз, я помог Токко Хёну полностью очиститься от прошлых обид, дурных поступков и бесстыдного поведения. Он переродился в совершенно нового человека.
Конечно, на вид он пока был не в лучшей форме.
— Ну что, давай теперь оставим эти кошмарные разговоры и перейдем к чему-то более созидательному и перспективному?
— ...Э-хе, хе, хе, хе...
— Хм, боюсь, в таком состоянии конструктивного диалога у нас не выйдет.
Я легонько похлопал Токко Хёна по плечу.
— Друг, ты не хочешь прийти в себя? Может, нам стоит вернуться в тот темный уголок и продолжить нашу доверительную беседу? А?
В то же мгновение в мутных глазах Токко Хёна прояснилось. Он тут же вытер рукавом слюну, жадно стекавшую по подбородку, и взял себя в руки. Пару раз кашлянув, он привел в порядок свой охрипший голос.
Удовлетворенный результатом, я кивнул.
— Вот теперь мы можем поговорить как люди.
Я начал расспрашивать его об общих правилах жизни в академии. К примеру, где находится студенческий отдел, что будет, если не подать заявку на курсы, обязательно ли посещать уроки наставников по боевым искусствам и какой постоялый двор неподалеку от академии кормит лучше всего. Я спрашивал лишь о самом необходимом.
Однако...
— По... подожди секунду! — Токко Хён выглядел крайне растерянным. Прервав меня, он спросил: — Ты... нет, ты серьезно сейчас об этом спрашиваешь?
— А что? Тебе что-то кажется странным?
Хруст, хруст!
Когда я легонько размял шею, Токко Хён лишь натянул неловкую улыбку и больше не решился спорить. С этого момента и до конца моих расспросов он лишь смотрел куда-то вдаль с неизбывной печалью в глазах. Казалось, он проклинал свою горькую судьбу.
Кхм.
Я слегка откашлялся и закончил:
— В общем, пока это всё, что меня интересует. Если возникнут вопросы, спрошу позже.
— А... да, конечно.
— Что это за лицо? Ты выглядишь так, будто тебе лимон в рот засунули.
— Тебе показалось, просто показалось. Кхм.
Токко Хён тоже откашлялся и, тяжело вздохнув, начал по порядку отвечать на мои вопросы.
— Я сам провожу тебя в студенческий отдел, иди за мной.
Ох, до чего же это удобно. Все-таки человеку всегда нужен проводник под рукой.
— Что касается регистрации на курсы... Ха, ее как раз проводят в студенческом отделе, так что решим всё на месте. Но послушай, учебный семестр идет уже несколько дней, как ты мог до сих пор даже не подать заявку?
Токко Хён покачал головой, искренне не понимая моего легкомыслия, а затем, покопавшись в памяти, ответил на остальные вопросы. После этого он завалил меня кучей ненужной информации, о которой я даже не просил: общие правила академии, способы регистрации, кружки, стили преподавания основных наставников, расстановка сил внутри Академии Лазоревого Дракона... Он рассуждал даже о том, как нужно себя вести, чтобы наладить отношения с окружающими — в общем, нёс всякую чепуху, не имеющую ко мне ни малейшего отношения, пока мы шли к студенческому отделу.
Когда мы почти пришли, Токко Хён внезапно остановился и серьезно предупредил:
— Пожалуйста, когда зайдем, отвечай только на то, что спрашивают. И не смей болтать о всякой ерунде... точнее, не говори ничего лишнего, что не касается учебы. Понял?
— Посмотрим по обстоятельствам.
На мою вялую реакцию Токко Хён лишь горько усмехнулся, явно пораженный моей наглостью.
— Ха, на что ты вообще рассчитываешь, ведя себя так дерзко? Поговаривают, ты уже успел основательно задеть Коменданта, слухи об этом по всей академии ходят.
— На что я рассчитываю? В этом подлунном мире я не верю ни во что, кроме самого себя.
И это была правда. Эти слова были самой сутью моей жизни.
С тех пор как я рано лишился родителей и в одиночку отправился в трущобы Темных сил, чтобы в итоге стать Первым среди последователей Темного пути — я не верил никому. В этом аду, где не прекращались предательства, интриги и убийства, я выжил, победил и уцелел лишь потому, что полагался только на «себя».
Таков был путь Чин Мёнуна, Императора Зла в прошлой жизни, и эти убеждения, мысли и образ мышления в полной мере перешли к Чин Мёнуну, Бешеному псу Лазоревого Дракона в жизни нынешней. А это значило, что во всех смыслах я стану еще более грозным противником, чем прежде.
«Я стану настоящим чудовищем, чего бы мне это ни стоило».
Ухмылка.
При мысли о будущем на губах сама собой заиграла улыбка. Глядя на Токко Хёна, который стоял и преданно ждал меня с раскрасневшимися щеками, я почувствовал, как уголки моих губ приподнимаются еще выше. На мгновение внутри шевельнулось странное чувство. Оно отличалось от того, что я ощутил, когда мой «Меч-Простак» пресмыкался перед паршивым Комендантом.
«Неужели эта связь, возникшая почти насильно, всё же влияет на меня?»
Не знаю. Это чувство промелькнуло так быстро, что я не успел его распознать.
«Ладно, нужно сосредоточиться на настоящем».
Я слегка качнул головой и поторопил Токко Хёна:
— Хватит болтать попусту, пошли уже внутрь.
— Ха! Не я тут застыл на полпути!
— Ого, ты смеешь перечить другу, который для тебя как небо?
— Да какое там «небо»! Ты же на целых два года младше меня...
Хрусть!
— А-а-а-а-а-а-а!
Наша с Токко Хёном «дружеская» перепалка продолжалась до тех пор, пока в студенческом отделе не были улажены все формальности. После всей этой суматохи мне наконец удалось завершить регистрацию на курсы и разобраться с прочими делами, о которых я раньше и не подозревал.
На следующее утро моя жизнь немного изменилась. Вернее сказать, только теперь я начал жить как обычный ученик академии.
Если вкратце, распорядок был таким: каждый день до наступления Часа Дракона (с 7 до 9 утра) — тренировка основ физической подготовки на плацу. В Час Змеи (с 9 до 11 утра) — теоретическое занятие для первокурсников под названием «Понимание и открытие основ боевых искусств». Обед в одной из лавок на территории академии, а после полудня и до самого заката — либо лекции выбранных наставников, либо личные тренировки.
— Хм, программа неплохая.
Я говорил искренне. В обучении боевым искусствам нельзя зацикливаться только на бесконечных физических нагрузках или простом подражании формам. Настоящее наставничество должно основываться на широкой теоретической базе, позволяющей через творческое мышление совершенствовать те техники, которые изучает каждый отдельный ученик.
С этой точки зрения структура семестра в Академии Лазоревого Дракона была достойной. Однако у такого академического подхода часто возникали мелкие проблемы.
Ну, к примеру...
Теоретические лекции этого даоса были настолько занудными и затянутыми, что при долгом прослушивании возникал риск подхватить внутреннего демона от скуки. Или же обилие бесхребетных учеников, которые, ничего не понимая, кивали из приличия и бездумно соглашались с любым, даже самым абсурдным словом наставника, из-за чего общий уровень обучения падал.
Впрочем, такие проблемы со временем можно было решить. Скучного лектора можно заменить, а нерадивым ученикам — устроить сеанс перековки разума в укромном месте, как я сделал с Токко Хёном.
Но был один вопрос, который я не знал, как решить. С самого утра и до полудня, даже во время лекции, Дам Мурин не сводил с меня пристального взгляда.
Хм... И чего он так уставился?
Неужели затаил на меня злобу из-за того, что я опозорил его в прошлый раз, уронив его авторитет и достоинство?
«Честно говоря, по всем признакам, причина может быть только в этом».
Люди мурима ценят достоинство и авторитет превыше всего. Ради сохранения этих призрачных понятий они порой готовы ставить на кон свою жизнь в смертельных дуэлях. Даже в моей прошлой жизни, когда я первым предложил союз праведных и темных сил для борьбы с внешними врагами, нашлись идиоты, которые устроили скандал, заявляя: «Как мы можем объединиться с врагом мурима?». И всё из-за того же проклятого достоинства.
«Вечно эти праведные чистоплюи... Что взрослые, что дети — ведут себя одинаково».
Я мысленно цыкнул и отвел взгляд от Дам Мурина. Пока я раздумывал, как мне стоит нанести упреждающий удар, Токко Хён, сидевший рядом, толкнул меня локтем и прошептал:
— Послушай, а в каких вы отношениях с молодым господином Дамом?
— С чего это ты вдруг спрашиваешь об этом прямо во время лекции?
— Ну... Кажется, еще с позавчера по академии поползли кое-какие слухи.
С позавчера? Слухи? Я нахмурился, давая понять, что мне всё равно, но Токко Хён подался ко мне и заговорил всерьез:
— Кхм, только не удивляйся.
— Ну, и что там?
— Похоже, молодой господин Дам нацелился на тебя.
— На меня?
Хм, всё идет по плану? Пока я прикидывался непонимающим, Токко Хён с таинственным блеском в глазах продолжил:
— Да. Говорят, он втайне разузнает о твоем происхождении и школе.
— О моей школе и происхождении?
Решил проверить, нет ли за мной какой-нибудь силы, прежде чем напасть? А я-то думал, он просто сопляк, но, видимо, какие-то зачатки благоразумия у него есть. Похоже, он не пропустил мимо ушей советы Императора Мечей.
И само желание нанести удар первым, и сбор сведений о силе и происхождении противника... Моё впечатление о Дам Мурине, упавшее когда-то на самое дно, улучшилось на самую малость. Ровно до того момента, как Токко Хён добавил:
— Кажется, он хочет переманить тебя на свою сторону...
Но не успел он закончить свою мысль...
Бам!
Даос, вещавший с кафедры, с силой ударил по столу. Его голос, хоть и не наполненный внутренней силой, прозвучал весомо и гневно:
— Тишина! Как смеют новобранцы, поступившие в академию всего несколько дней назад, вести себя столь дерзко во время урока!
В мгновение ока все взгляды в аудитории обратились на нас. Токко Хён застыл в нелепой позе, словно проглотил немого, а Дам Мурин, который всё это время пялился на меня, покраснел и опустил голову.
Я же, напротив, даже в лице не изменился. Я оставался совершенно спокоен, не выказывая ни тени волнения или смущения. Но из-за моего злосчастного друга, Токко Хёна, который вцепился в меня, как утопающий за соломинку, мне пришлось вместе с этими недотёпами после лекции отправиться в кабинет даоса и целый шичэнь выслушивать его нотации.
Проклятье.
http://tl.rulate.ru/book/176404/15468985
Готово:
