Я сказал, что подчинюсь его решению.
Убьет ли он их, отдаст ли в руки закона или простит — это его право.
И вот какое решение он принял.
Я уважаю его выбор.
Пока эти двое разговаривали, Чхон Мубэк потихоньку отступал назад.
Он пытался воспользоваться моментом и сбежать.
Теперь, когда вся правда выплыла наружу, для него имела значение только собственная жизнь.
— Лучше не двигаться. Там, позади, ждет человек пострашнее меня. Он наблюдал за вами некоторое время, неужели вы не заметили?
Брат Па-рип бесшумно появился сзади.
Репутация одного из десяти великих наемных убийц Срединных Земель была заслужена не в азартных играх.
Если брат Па-рип решит скрыть свое присутствие, во всем огромном мире найдется лишь несколько человек, способных это заметить.
Доксам просил взять его с собой, но если бы я привел этого парня, он бы все испортил. Даже если бы он смог скрыть присутствие, куда спрятать тушу размером с медведя?
— Е-если вы убьете меня, неужели семья Танмок оставит это просто так? Вы хотите вернуться в ту темную Грозовую темницу? Даже если вы убьете меня и сбежите, вас снова поймают по законам Альянса Мурима. И остаток жизни вы проведете в Грозовой темнице как убийца собственной жены.
— В семье Танмок не знают, что ты жива. Так что, если ты умрешь здесь сегодня, они никогда об этом не узнают, верно?
Я шагнул вперед и заговорил.
Через Врата Всеведения я уже подтвердил, была ли семья Танмок вовлечена в это дело.
Это происшествие было планом лишь этих двоих.
Танмок Рёджин, казалось, запаниковала и, оглядываясь по сторонам, произнесла:
— Я все раскрою. Скажу, что все это было заговором Чхон Мубэка. Что он держал меня в заточении и все подстроил. Вы ведь только что очистили свое имя от ложных обвинений, нельзя же снова совершать преступление!
Умная женщина.
Возможно, она уже просчитала подобную ситуацию.
Лицо Чхон Мубэка, слушавшего ее слова, исказилось.
— Ах ты, дрянь! Кто все это первым придумал? И теперь ты хочешь свалить все на меня?
Чхон Мубэк выхватил меч и бросился на Танмок Рёджин.
В тот же миг фигура брата Па-рипа исчезла и возникла позади Чхон Мубэка. И он нажал на его акупунктурные точки.
Тот, кто бежал с яростным выражением лица, застыл на месте.
Я обратился к дрожащему всем телом Чхон Мубэку:
— Вы отправитесь в Грозовую темницу Альянса Мурима. Всю жизнь вы помыкали законом, теперь пришло время отдать себя на его милость.
— А вы…
Я посмотрел на Танмок Рёджин.
— В вашем отношении я доверюсь воле великого героя Чжона.
Ее лицо окаменело.
— Глава зала Квак!
Я крикнул в сторону угла.
Квак Ёхон, Глава зала Правопорядка Альянса Мурима, вышел из-за колонны.
Его помощь была велика в том, чтобы привести сюда Чжон Ильмёна, томившегося в Грозовой темнице. Однако он поставил условие, что должен сопровождать нас.
В любом случае, я и так собирался его позвать. Без него было бы трудно так чисто снять ложные обвинения.
Увидев его, лицо Танмок Рёджин просветлело.
— Г-глава зала! Они хотят убить меня. Пожалуйста, остановите их. Неужели вы просто будете смотреть на убийство, совершаемое прямо у вас на глазах?
Выражение лица Квак Ёхона казалось одновременно радостным и печальным.
Радостным от того, что с Чжон Ильмёна сняли обвинения, но печальным из-за того, что за этим скрывались столь уродливые желания.
— Вы ведь не собираетесь совершать убийство на глазах у Главы зала Правопорядка? В Альянсе Мурима есть правила. Я тоже приму наказание в соответствии с законами Альянса.
В отличие от Чхон Мубэка, за ее спиной стояла могущественная семья Танмок.
Глава семьи, конечно, будет в ярости от того, что его обманули, но он вряд ли позволит своей единственной дочери гнить в Грозовой темнице.
Я посмотрел на Чжон Ильмёна.
Его руки дрожали от гнева.
Слова, которые она должна была сказать сейчас — это искренние извинения. Если бы она это сделала, был бы его гнев хоть немного меньше?
Чжон Ильмён встретился со мной взглядом. В его глазах читалось смятение.
Он наверняка хотел немедленно перерезать ей горло, но после этого ему пришлось бы вернуться в Грозовую темницу и провести там остаток дней.
Я обещал помочь ему очистить имя и поступить так, как он захочет. Даже если бы не обещание, я не из тех, кто может спокойно смотреть, как подобные люди избегают заслуженной кары.
Я посмотрел на Квак Ёхона.
Его глаза были полны сочувствия, но он не стал бы закрывать глаза на месть, нарушающую закон. Ведь он был принципиальным человеком, верящим, что законы и правила должны соблюдаться превыше всего.
Квак Ёхон подошел к Чжон Ильмёну и положил руку на его дрожащее плечо.
Плечи того сотрясались от ярости, и рука Квак Ёхона, накрывшая их, тоже дрожала. Оба были в гневе.
— Какое счастье. Я искренне рад, что с тебя сняли обвинения. Но я не могу позволить тебе делать все, что заблагорассудится. Я чувствую то же самое, что и ты, но…
Я разделяю чувства Чжон Ильмёна, но понимаю и слова Квак Ёхона.
Срединные Земли — это место, где множество воинов ходят с оружием в руках. Но это не значит, что им можно размахивать как вздумается.
Мир продолжает вращаться именно потому, что есть такие люди, как Квак Ёхон, для которых принципы и закон превыше всего.
Однако я предвидел такую ситуацию.
Законы нужно соблюдать, но если все закончится просто так, как унять обиду Чжон Ильмёна?
— Позвольте спросить лишь об одном. Глава зала, вы ведь наверняка хотите, чтобы все было решено по закону?
— …К сожалению, разве у нас есть другой выбор?
Квак Ёхон был человеком, прожившим жизнь согласно принципам. В его присутствии нельзя было убить ее без веского основания.
На лице Танмок Рёджин застыло выражение человека, вернувшегося с того света.
— У Чжон Ильмёна был разрушен даньтянь и перерезаны сухожилия. И он долгое время провел в Грозовой темнице. В чем заключалась его вина?
— Ну, разумеется, в убийстве жены…
— Значит, он уже понес наказание за убийство жены?
Квак Ёхон понял смысл моих слов и ничего не ответил.
— Я спрошу о законах Альянса Мурима. Бывает ли так, что за одно и то же преступление наказывают дважды?
Он уже понял мой замысел.
Закрыв глаза, он надолго погрузился в раздумья, а затем заговорил:
— За одно преступление полагается лишь одно наказание. Это естественный принцип.
Лицо Танмок Рёджин, слушавшей наш разговор, стало землистого цвета. Она была умной женщиной и поняла, к чему все идет.
— Великий герой Чжон уже заплатил сполна за убийство жены. Могу ли я понимать это так, что ему не придется снова нести наказание за то же самое преступление?
— Я отвечу в качестве Главы зала Правопорядка Альянса Мурима. Я во всем буду следовать исключительно правилам. И ситуация, о которой упомянул Глава Клана Чжин, кажется, не выходит за рамки этих правил.
И Чжон Ильмён, и Танмок Рёджин молча закрыли глаза.
Танмок Рёджин смирилась.
Когда она планировала обвинить мужа в убийстве, чтобы получить желаемое… приходило ли ей в голову, что все может закончиться именно так?
Был бы гнев Чжон Ильмёна меньше, если бы все это было делом одного лишь Чхон Мубэка, а Танмок Рёджин действительно погибла от его рук?
Чжон Ильмён открыл глаза.
Еего лицо выглядело спокойнее, чем мгновение назад.
— Перед тем как прийти сюда, я думал о том, что ты, возможно, жива. События того дня, которые никак не складывались в единую картину, обрели смысл, стоило мне предположить, что ты осталась в живых.
Чжон Ильмён продолжал ровным голосом:
— Я по наивности думал, что, столкнувшись со мной, ты упадешь на колени и прольешь слезы раскаяния. Но ты до самого конца остаешься верна себе. Спасибо. Спасибо за то, что не дала мне повода для колебаний.
Он подошел ко мне и выхватил меч, висевший у меня на поясе.
Его рука, державшая клинок, дрожала. Неизвестно, было ли это из-за перерезанных сухожилий или из-за мимолетного сомнения.
Он подошел к Танмок Рёджин, которая по-прежнему стояла с высоко поднятой головой. И перерезал ей горло.
Альянс Мурима.
— Что теперь будет с тем человеком? Я о Чхон Мубэке, — спросил брат Па-рип.
— Говорят, что тело, которое он подготовил, чтобы имитировать смерть Танмок Рёджин, тоже на его совести. Это убийство. Вдобавок к этому — нарушение законов в статусе Хранителя закона Альянса Мурима и прочее. Говорят, его казнят в назидание остальным.
— Казнят?
— Если уж строгий Глава зала Квак заговорил о высшей мере, то это наверняка обезглавливание, верно? Только так дело будет закончено должным образом. И это будет справедливо по отношению к Танмок Рёджин.
— Но знаешь, есть кое-что, чего я не совсем понимаю… — озадаченно произнес брат Па-рип.
— Я точно воздействовал на акупунктурные точки только Чхон Мубэка. Танмок Рёджин могла двигаться. И как дочь семьи Танмок она наверняка обучалась боевым искусствам. Тогда почему в тот момент, когда ей перерезали горло, она не предприняла никакой попытки защититься?
Насколько я слышал, она неплохо владела боевыми искусствами.
Даже в безвыходной ситуации, когда тебе собираются перерезать горло, у любого сработает инстинкт самосохранения. К тому же, это был удар мечом, нанесенный из последних сил человеком с перерезанными сухожилиями.
Но она до самого конца просто смотрела на приближающийся клинок. Даже не закрыв глаз.
— Я и сам не знаю. О чем она думала в тот миг.
В ее глазах не было сожаления. Рожденная женщиной, она обладала огромными амбициями. Возможно, она представляла, как умрет и переродится той, кто сам станет властелином этого мира.
— Женщины — это страшно. Может, лучше не жениться и жить одному? Брат, а если ты потом женишься, и твоя жена затеет такие интриги, что ты будешь делать?
Пока я был погружен в путаные мысли, лежащий на кровати Доксам внезапно задал вопрос.
— А? Госпожа На ни за что бы не…
— А? С чего это вдруг госпожа На…?
— А! Я просто на мгновение задумался о другом и ответил невпопад, так что не обращай внимания. У тебя произношение неразборчивое, вот я и не так расслышал, ясно? Разве ты не знаешь, что, когда говоришь со старшим братом, нужно следить за дикцией? И почему одежда разбросана на полу? В комнате воняет потными ногами. Неужели мои слова о том, что после тренировки нужно первым делом мыть ноги — для тебя шутка?
Я в ответ начал громко возмущаться.
Почему они оба смеются, когда Глава Клана злится? Неужели мои слова и правда кажутся вам смешными?
Ладно еще брат Па-рип, но этот Доксам не должен болтать лишнего.
— Кстати, а что будет с той картиной, из-за которой все началось? — спросил меня брат Па-рип.
Если бы в руки Чжон Ильмёна не попал Свиток Небесного Властелина, этой ситуации бы не возникло.
— Он отдал его мне. Сказал, чтобы я присмотрел за ним.
Хоть он и сказал «на хранение», это значило, что он отдает его мне. Для него это была вещь, которую он не хотел иметь. На самом деле, я тоже ее не желал.
Я не верил в то, что с помощью какой-то там картины можно стать властелином мира, а даже если бы это было правдой, у меня не было ни малейшего желания занимать столь обременительный пост.
— Это зловещая вещь, приносящая кровь всякий раз, когда появляется в мире, так что ее нужно хранить там, где никто не найдет. Для такого дела лучше всего подойдет Лес Мечей, верно? Ведь люди даже не знают, существует ли он на самом деле.
— Брат, а ты сам-то видел? Что это за картина такая, из-за которой поднялся весь этот шум? — подал голос Доксам с кровати.
— Еще нет. Я как раз собирался посмотреть, что это за картина, но кое-кто мне мешает.
— Кто? Какой это наглец мешает тебе смотреть? — гневно спросил Доксам.
— Ты! Ты сейчас лежишь на Свитке Небесного Властелина.
Доксам в ужасе подскочил с кровати с молниеносной быстротой.
Я достал картину, спрятанную под столом, и сказал:
— Впредь, когда я буду звать тебя, вскакивай с такой же скоростью!
— А! Ну за что вы так со мной? Вам весело?
Ага. Подкалывать тебя — самое веселое занятие на свете.
— Что ж, посмотрим наконец, что это за картина!
Я широко развернул Свиток Небесного Властелина на столе.
http://tl.rulate.ru/book/176402/15468541
Готово:
