На рассвете следующего дня Чан Пхильу, услышав звук открывающейся и закрывающейся двери гостевой комнаты, поднялся с постели.
— Похоже, ребята старшего брата уже выдвинулись.
— Да, нам тоже пора потихоньку собираться.
Братья быстро перекусили в постоялом дворе и направились в Бюро сопровождения Сохо. Прибыв на место, Чан Пхильхён разыскал приказчика, выплатил неустойку и расторг существующий контракт.
Вместо этого он арендовал повозку, лошадей и носилки, внеся залог в десять серебряных слитков. Груз уже был уложен, так что они могли отправиться в путь в любой момент.
К тому времени, когда на центральной улице начал собираться народ, Чан Пхильхён и Пхильу верхом на лошадях бок о бок покинули бюро. Оглядевшись по сторонам, чтобы проверить, нет ли за ними слежки, они, как и ожидалось, заметили человека в белой повязке на голове, бегущего в сторону рынка. Медленно направляя лошадей, они смешались с толпой, миновали городские ворота и выехали на тракт.
— Пхильу, когда людей станет меньше, эти мерзавцы могут прибегнуть к каверзам. Мы должны обнаружить их первыми, пока они ничего не заподозрили.
Чан Пхильу, устроившись на повозке, потянулся, разминая поясницу, и внимательно осмотрел окрестности. Однако даже для него было непосильной задачей выцепить взглядом нужных людей среди множества путников.
— В такие моменты нам бы не помешали брат Бён-хак или Мусиги.
— Следи только за теми, кто вооружен и чья группа больше пяти человек.
Чан Пхильу осторожно оглянулся назад.
— В десяти чжанах позади пятеро с мечами. В трех чжанах за ними — еще восемь.
— Верно, и за ними еще пятеро. На таком расстоянии они вряд ли используют тайное оружие. Будем идти медленно, сохраняя дистанцию.
— Понял, брат.
Миновали две развилки, и путников на тракте стало заметно меньше. Вскоре показался третий поворот. Кто бы ни были их преследователи, они в любом случае последуют за ними.
— Пхильу, как только свернем направо, гони во весь опор.
— Да, передайте мне поводья, когда будем в Красном сосновом лесу.
Как только две повозки свернули на правую дорогу и прибавили ходу, пятеро преследователей тут же бросились вдогонку.
— Похоже, они что-то почуяли.
— Из-за груза повозки не могут ехать быстро. Держим дистанцию, пока не доберемся до безлюдного места.
— Есть.
Чан Пхильхён бросил взгляд на пятерых преследователей и выпустил железную стрелу в того, кто бежал впереди.
На губах мужчины заиграла кровожадная усмешка, и он обнажил меч. Теперь, когда вокруг не было лишних глаз, не оставалось причин скрывать свою истинную сущность. Пришло время покончить с этим без лишних хлопот.
Дзынь!
Мужчина быстрым движением отбил летящую стрелу. Однако меч слегка повело в сторону — сила удара оказалась неожиданно большой.
Впрочем, это ничего не меняло. Хоть он и удивился такой тяжелой мощи, исход боя был предрешен.
«Охотник, использующий железные стрелы… Странный тип».
Когда Красный сосновый лес оказался совсем близко, Чан Пхильхён бросил поводья Пхильу, спрыгнул с повозки и скрылся в чаще. Чан Пхильу перехватил поводья и погнал лошадей дальше.
— Один сбежал в лес. Что делать?
— Вы займитесь им. Я расправлюсь с оставшимся и скоро присоединюсь к вам.
Четверо мужчин бросились в лес вслед за Чан Пхильхёном. Несмотря на его высокую скорость, они видели, что он не использует технику легкого шага, и рассчитывали настигнуть его в мгновение ока. Однако чем глубже они заходили в чащу, тем сильнее в их душах разрасталось необъяснимое беспокойство.
Они сосредоточились и прибавили скорости. Даже зная, что их противник не владеет боевыми искусствами, они не смели расслабляться, помня о той мощной стреле, выпущенной ранее.
Фьють! Фьють!
Как только они углубились в лес, одна за другой со свистом полетели стрелы.
— В рассыпную!
Будучи начеку, мужчины рассредоточились и укрылись за деревьями. Запас стрел у врага не вечен. Стоит лишь методично наступать, и победа будет за ними.
Пока один из преследователей, тяжело дыша, предельно концентрировал внимание на пространстве перед собой, кусты рядом с деревом, за которым он прятался, бесшумно шевельнулись. Внезапно раздался щелчок арбалета.
— Гх-х-х…
Стрела вонзилась так быстро, что мужчина не успел даже вскрикнуть, лишь беззвучно открывая рот. Кровь непрерывным потоком хлынула из его горла, а сердце начало стремительно холодеть. Пронзенный насквозь, он рухнул на землю, словно подкошенное бревно.
Он не почувствовал ни малейшего присутствия. Но как? Даже в момент смерти он не мог осознать, что произошло.
Квон О-чхоль, поднявшись из ямы, скрытой в кустах, начал перезаряжать арбалет, негромко бормоча себе под нос:
— Ишь, щенки, вздумали на капитана покуситься.
Другой преследователь, укрывшийся за деревом, почувствовал, как по спине пробежал холодок, услышав впереди предсмертный хрип товарища. Им сказали, что врагов всего двое. Он понял, что всё пошло наперекосяк.
В этот момент над головой послышался шорох листвы. «Неужели?» Мужчина вскинул голову. Семь кинжалов, перекрывая все пути к отступлению, стремительно летели в его сторону.
Вж-ж-жух…!
Мысли путались. Он завороженно смотрел на кинжал, летящий прямо в межбровье. Подняв взгляд чуть выше, он заметил человека, стоящего на ветке дерева. В следующий миг клинок вонзился ему в лоб, и мир навсегда погас.
Квон Хён-чхоль с жаждой крови в глазах проводил взглядом оседающее тело, криво усмехнувшись.
Оставшихся двоих охватил смертельный ужас. Они не знали, сколько людей засело в засаде. Они оказались в ловушке. Стоит выйти из-за дерева — и их прошьет железная стрела. Оставаться на месте — значит дождаться, пока враг замкнет кольцо окружения.
Единственным шансом на спасение было бегство. Они решили рискнуть. Лучше попытаться вырваться, чем покорно ждать смерти.
Переглянувшись, двое мужчин одновременно рванули назад, вливая всю истинную энергию Ци в точки юнцюань на стопах.
Фьють!
Свист летящей стрелы прозвучал для них подобно грому. Отчаянно надеясь, что целью станет другой, они выжимали из себя последние крохи энергии.
Глухой удар!
Стрела вонзилась в спину бегущего чуть впереди мужчины, отбросив его на два чжана. Последний преследователь, увидев гибель товарища, впал в оцепенение и замер на месте, забыв о бегстве.
В этот миг перед глазами вспыхнула сталь.
Хрясь!
Мужчина с бесстрастным лицом, появившийся словно из ниоткуда, уже вытирал кровь с обломка меча.
Чан Пхильхён заманил врагов в место засады, ориентируясь по меткам, оставленным его товарищами. И как только они оказались в зоне поражения, он открыл беглый огонь.
Если бы они смогли отразить стрелы и прорваться — так тому и быть, но если они решат остановиться, то в девяти случаях из десяти столкнутся с засадой. Это была ставка, которая блестяще оправдалась. Благодаря этому с преследователями удалось расправиться без особого труда.
В то же время Чан Пхильу медленно остановил повозку, собрал свое составное копье и спрыгнул на землю. Насколько же ничтожным они его считали, если в погоню за ним отправился лишь один человек? Обычно такие люди обладают скверным характером и смотрят на всех свысока.
«Что ж, придется показать ему».
— Эй! Немало же ты прошел, преследуя нас.
Мужчина, увидев перед собой Чан Пхильу с копьем длиной в один чжан, издал издевательский смешок. Он слышал, что это всего лишь охотник, а тот, оказывается, поджидал его?
Это было даже не бахвальство, это выглядело как форменное безумие. Однако почему от его спокойной позы и тона веяло таким необъяснимым давлением?
Мужчина горько усмехнулся. Он испугался? Быть не может.
— Посмотрим, на что ты способен.
Снова эти раздражающие слова. Провокация! Наверняка просто блеф. От этой мысли на его лице появилась ухмылка. Не может быть, чтобы он, мастер первого ранга, испугался какого-то охотника.
— Надо же! Решил посопротивляться?
— Сопротивляться? Неужели ты думаешь, что такой, как ты, способен меня убить?
— Даже не знаю, что ответить. Хочешь сказать, ты, простой охотник, не ставишь меня ни во что?
— «Ни во что» — это слово используют для равных или тех, кто лишь на ступень ниже. Для такого ничтожества, как ты, оно не подходит.
— Ах ты…! Хотел убить тебя безболезненно, но теперь не обессудь. Я разорву тебе рот!
Его возмущению не было предела. Обычный смертный смеет провоцировать и насмехаться над ним. Мужчина, не сдерживая ярости, бросился в атаку. На его мече вспыхнула бледно-голубая аура, когда он обрушил удар сверху вниз.
Дзынь!
Чан Пхильу мощным взмахом копья отбил клинок и, слегка пригнувшись, пошел на таран плечом.
Мужчина хмыкнул. Так и знал — какая грубая, неотесанная атака. Вместо того чтобы использовать преимущество копья, он лезет в рукопашную.
Мужчина оттолкнулся от земли, разрывая дистанцию. Но в тот же миг в него нацелилось острие копья. Он попытался отклонить копье мечом и снова сократить расстояние, но не тут-то было. Копье словно предугадывало каждое его движение, перекрывая пути для сближения.
Чем дольше длился бой, тем сильнее росло раздражение мужчины. Копье длиной в чжан неустанно кололо и описывало дуги.
Теперь он не то что не мог атаковать — он едва успевал защищаться, чтобы не погибнуть.
Так не должно быть. Он ведь просто охотник!
С каждым столкновением в руки отдавалась тяжелая мощь. Неужели этот человек одной лишь грубой силой способен противостоять ему, использующему энергию меча? Ладони начало покалывать от онемения. Еще немного — и он расстанется с жизнью. Отбросив сомнения, мужчина сосредоточился на движениях вражеского оружия.
Ву-у-ух! Ву-у-ух!
Копье из метеоритного железа с гулом рассекало воздух. Чан Пхильу, перехватив древко одной рукой, вращал его подобно ветряной мельнице, обрушивая удары на голову, пояс и ноги противника.
От свиста, издаваемого копьем, мужчина не решался подставить меч и лишь непрерывно отступал. С этим противником ему было не совладать.
Нужно было тянуть время. Скоро должны подойти товарищи, погнавшиеся за вторым.
И тут его пронзила страшная мысль.
Что, если этот парень сейчас даже не старается в полную силу? Глядя на его ухмылку, сомневаться в этом не приходилось. А это значило…
«Если второй так же силен… Это конец!»
Дзынь-нь!
Мужчина, собрав всю внутреннюю энергию, отбил копье. Ладони обожгло острой болью, кожа лопнула. Но, к счастью, появился просчет. Мужчина оттолкнулся от земли и отлетел на два чжана назад.
— Кто ты такой?
— Охотник.
— Ты не обычный охотник.
— Верно. Я — необычайный охотник!
— Что за чушь ты несешь, сумасшедший!
— Капитан, вы всё еще возитесь?
— Видимо, мастерство подзаржавело. Давай, кончай с ним и сразимся со мной.
От голосов, раздавшихся за спиной, у мужчины похолодело внутри. Это были совсем не те голоса, которые он хотел услышать.
При виде внезапно появившихся помощников врага его глаза наполнились отчаянием.
— Вы… решили напасть толпой, трусы?
— Посмотрите-ка на этого психа. Вас было пятеро, а нас, значит, не может быть много?
— Хоть мы и пришли вместе, я собирался сражаться один на один. Я не живу как трус.
— Совсем спятил. Пытается убить невинных людей и при этом рассуждает о чести.
— Это…
Мужчине было нечего ответить. Но признавать свою вину он не желал.
— Это был приказ. Я лишь выполнял приказ.
— Да, приказ. Мы понимаем. Ты умираешь, выполняя задание, так что обижаться не на что. Все так и погибают на поле боя.
Мужчина тянул время, лихорадочно озираясь по сторонам в поисках пути к спасению. Он должен был выжить любой ценой. И тут одна фраза зацепила его слух.
«Раз он упомянул поле боя, значит, они из военных. А раз так, они должны быть слабы в технике легкого шага. Если я смогу оторваться на пять чжанов, то легко сбегу».
Фьють! Дзынь!
Внезапно в его грудь яростно полетела стрела. Мужчина поспешно отбил её и рванул в единственную свободную сторону — на юг.
Пролетев стрелой пять чжанов, он оглянулся и убедился в своей правоте. Преследователи были не так уж быстры. Теперь оставалось лишь опасаться стрел в спину.
Он уже вздохнул с облегчением, но когда повернул голову вперед, перед глазами вспыхнул свет.
Хрясь!
«А? Что это за свет? Погодите, это же… моё тело».
Чан Пхильу с недоумением посмотрел на Ха Джан-у, который уже вытирал окровавленный меч.
— А этот-то когда там успел оказаться?
Чан Пхильхён подошел к ним, закидывая лук из метеоритного железа за спину.
— Все отлично потрудились. Быстро заметаем следы и возвращаемся в деревню.
— Да, брат. Ребята, за дело.
— Есть, капитан!
— Я вернусь к развилке, чтобы уничтожить следы, а потом догоню вас. Как закончите, выдвигайтесь первыми.
— Наш брат, как всегда, предельно точен!
Они поспешно захоронили тела и забросали окровавленную землю травой, скрывая всякое упоминание о произошедшем.
http://tl.rulate.ru/book/176375/15461663
Готово:
