После смерти Чжу Ди, императора Юнлэ, на престол взошёл его сын Гаочи, император Жэнь-цзун, но он скончался всего через восемь месяцев правления. Ему наследовал сын Чжаньцзи, известный как император Сюань-цзун.
Когда Сюань-цзун почил, трон занял его сын Цичжэнь в возрасте девяти лет — это был Император Ин-цзун, правивший под девизом Чжэнтун. С юных лет он почитал своим наставником евнуха Ван Чжэня. Когда монгольские Ойраты совершили несколько набегов на северные границы, Ван Чжэнь убедил императора лично возглавить 500-тысячную армию и выступить в поход против монголов. Однако в сражении при крепости Туму они потерпели сокрушительное поражение от войск Эсена, предводителя Ойратов. Евнух Ван Чжэнь погиб, а сам Император Ин-цзун попал в плен к Эсену. В этой критической ситуации помощник министра обороны Юй Цянь возвёл на престол Циюя, сводного брата пленного императора, который стал императором Цзин-цзуном, правящим под девизом Цзинтай.
В 1449 году, когда произошла Тумуская катастрофа, Эсен из племени Ойратов мобилизовал 200-тысячное войско и на протяжении почти года осаждал Пекин. Но Юй Цянь, собрав все силы столицы и окрестностей, сумел отбить нападение. В итоге Эсен пошёл на мирные переговоры, вернул пленного Ин-цзуна и, забрав огромные богатства, вернулся в Монголию.
Двор в Пекине раскололся на две фракции из-за присутствия двух императоров: бывшего — Ин-цзуна — и нынешнего — Цзин-цзуна.
Если пройти через главные ворота Запретного города — Полуденные ворота (Умэнь), откроются Ворота Высшей Гармонии (Тайхэмунь). За ними располагается главный зал — Зал Высшей Гармонии (Тайхэдянь), который используется только для великих государственных церемоний или приёма иностранных послов.
Сразу за ним находится Зал Центральной Гармонии (Чжунхуадянь), где император обсуждает государственные дела с чиновниками. Сейчас атмосфера в этом зале была накалена до предела, словно в котле с кипящим маслом.
— Что ты сказал? Военный министр, докладывай подробнее!
— Прошу прощения, Ваше Величество. Наместник Ляодуна повёл войска на подавление дикарей-чжурчжэней, но те, собрав более чем 200-тысячную армию, контратаковали. Ляодунская армия разбита, 60 тысяч наших воинов пали. Враг миновал Чаоян и вторгся в Нинчэн. Защищать эти земли некому, поэтому войска отступают к Шаньхайгуаню. Необходимо немедленно отправить подкрепление в Шаньхайгуань и готовиться к обороне столицы. В донесении сказано, что никто не знает, когда орды дикарей прорвут оборону и достигнут стен дворца, поэтому двору следует принять срочные меры.
— Как же так? Не прошло и двух месяцев с тех пор, как монголы отступили от стен города, а теперь ещё и чжурчжэни ведут огромную армию к столице?
— Ваше Величество, я, генерал Ши Хэн, командующий походом на восток, прошу слова. В столице сейчас почти нет войск, которые можно мобилизовать. Я возглавлю оставшиеся силы и до самой смерти буду защищать Шаньхайгуань. Пока я держу оборону, разработайте план спасения.
— Ваше Величество, если нападут не только чжурчжэни, но и снова монголы, нам не устоять. Как я и предлагал ранее, единственно верное решение — перенести столицу в Нанкин. Я, великий секретарь кабинета Сюй Юйчжэн, вновь взываю к Вашему Величеству.
— Ваше Величество, перенос столицы — единственно верный путь. Просим вас, соглашайтесь!
— Ваше Величество, перенос столицы — это спасение. Услышьте нас!
— Я понял. Всем готовиться к переносу столицы. Генерал Ши Хэн, отправляйтесь в Шаньхайгуань и сдержите дикарей. Остальным министрам: соберите максимально возможные силы в Хэбэе, Аньхое и Шаньдуне, чтобы остановить чжурчжэней на севере.
— Слушаемся, Ваше Величество. Будет исполнено.
— Ваше Величество, говорит министр чинов Чжэн Синь. Если дикари-чжурчжэни атаковали Ляодун, прошли Ляоси и движутся к Шаньхайгуаню, мы должны приказать королю Чосона ударить им в тыл. Отправьте посла к королю Чосона с императорским указом атаковать чжурчжэней.
— Ваше Величество, — вмешался Юй Цянь, — на земли Чосона эти варвары тоже наверняка напали. Чосон — маленькая страна с крошечным населением, они вряд ли смогут чем-то помочь Великой Мин.
— Послушайте, господин Юй! — возразил Чжэн Синь. — Мы в отчаянном положении. Даже если они ударят в тыл малыми силами, врагу придётся на это отвлекаться. Вот зачем нам нужен Чосон. Никто не ждёт, что маленький Чосон победит чжурчжэней, нам просто нужно рассредоточить их силы.
— Ваше Величество, я, генерал Ши Хэн, считаю предложение министра чинов верным. Это пойдёт на пользу Великой Мин.
— Я тоже считаю, что министр чинов прав. Отправьте посла в Чосон. Главой миссии назначить министра Чжэн Синя. Доставьте мой указ королю Чосона, чтобы он мобилизовал войска против чжурчжэней. Добейтесь успеха в этом деле.
— Слушаюсь, Ваше Величество. Исполню ваш указ.
Наместник Ляодуна Пан Минчхок и командующий войсками Ляодуна Чжан Урян понимали: если они доложат истинное положение дел в битве с чжурчжэнями, им не сносить головы. Поэтому они сговорились и представили свою версию событий.
Они строго настрого приказали выжившим офицерам и двум десяткам подчинённых врать о том, что численность чжурчжэней составляла 200 тысяч. Они ни словом не обмолвились о невиданных ранее артиллерийских орудиях, утверждая лишь, что враг втрое превосходил их числом. Когда чжурчжэни захватили Ляоси и собрались в Чаояне, наместник приказал эвакуировать всё население Нинчэна за Шаньхайгуань, а по пути угонял жителей всех попадавшихся селений.
Вскоре повсюду поползли слухи: идут сотни тысяч дикарей, и единственный шанс выжить — немедленно бежать за Шаньхайгуань. Огромные толпы людей из Нинчэна, Линъюаня и Пинцюаня, бросая всё имущество, устремились в сторону Пекина.
Когда слухи о сотнях тысяч чжурчжэней, идущих на Пекин, распространились по столице, там начался настоящий хаос.
В подлинной истории, когда монгольский Эсен напал на Пекин, многие тоже предлагали перенести столицу в Нанкин, но Юй Цянь настоял на защите города и отстоял его. Однако теперь, перед лицом угрозы со стороны чжурчжэней, аргументы Юй Цяня потеряли силу. История изменилась: столица империи Мин вернулась в Нанкин, который стал именоваться Интяньфу.
Это произошло ровно через 30 лет после завершения строительства Запретного города. В Пекине, подпитываемая рассказами беженцев из Ляодуна, паника росла как снежный ком: говорили, что чжурчжэни вот-вот ворвутся в город. Вся столица погрузилась в глубокий кризис.
В конце концов, поток беженцев, уходящих на юг, увеличился настолько, что город перестал выполнять функции столицы. Император Цзин-цзун приказал своему сводному брату, бывшему императору Ин-цзуну, и верным ему чиновникам оставаться защищать Пекин, а сам вместе с семьёй и двором фактически сбежал. Шёл август 1450 года.
В зале Сачжонджон дворца Кёнбоккун Седжон, Наследный принц и высшие сановники собрались, чтобы принять весть о победе на севере. Хыкчи Ён и другие вожди племени Хыкчи прибыли, чтобы совершить обряд подчинения Чосону.
— Ваше Величество, мы, вожди пограничных племен, приносим вам клятву вассальной верности.
— Ха-ха-ха! Весьма похвально. Вы не только первыми прислали послов с просьбой о подданстве, но и оказали нашему государству огромную услугу. Я навсегда запомню вашу преданность.
— Мы безмерно благодарны, Ваше Величество. Клянёмся вечно служить вам как верные подданные. Наше племя отныне и навсегда — ваш народ.
— Я принимаю вас как своих верных слуг. Министерству внутренних дел подготовить соответствующие чины и звания для вождей. Я повелеваю устроить великий пир в честь вашего прибытия.
— Ваша милость безгранична, Ваше Величество!
В павильоне Кёнхверу в присутствии короля состоялось грандиозное празднество. Присоединение племени Хыкчи само по себе было радостным событием, но ещё больше всех воодушевляла победа над огромной армией Мин практически без потерь. Чиновники поздравляли короля и Наследного принца, и в этом веселье правители и народ ощутили истинное единство.
На совете с участием представителей Хыкчи было решено назвать северные земли провинцией Пальхэдо. Хыкчи Ён был назначен губернатором и командующим корпусом, а другие вожди получили достойные должности. Было решено сформировать в Пальхэдо три дивизии по образцу армии Чосона.
Кроме того, сотню молодых людей из племени Хыкчи отправили в профессиональные училища, чтобы они стали основой для будущего развития провинции. В селениях ввели систему уездов и волостей, как в Чосоне, и направили гражданских чиновников для помощи в управлении. Самых уважаемых вождей назначили префектами и уездными судьями, а губернатору предоставили широкие полномочия в рамках автономии.
Благодаря племени Хыкчи, Чосон создал на севере мощный оплот — провинцию Пальхэдо, наследницу древнего государства Пальхэ. Территория страны значительно расширилась, а подданными Чосона стали 800 тысяч человек. Это произошло 10 июля 1450 года. Чосон заложил фундамент для превращения в империю. Хыкчи Ён получил от Седжона титул «Верный принц».
Чжанхён приказал Уиллу, который помогал губернатору Конахе, принять под командование разведывательный отряд Хан Мёнхве. Им было поручено отправить шпионов в Пекин, закрепиться там и, используя взятки, привлечь на свою сторону высокопоставленных чиновников и евнухов, чтобы выведывать все тайны империи Мин.
Также было приказано наладить качественное обучение агентов в Чаояне и создать систему, при которой вся информация о Мин и других странах управлялась бы единым органом. Главой этой структуры назначили Хан Мёнхве. Чжанхён знал о его выдающемся уме и приказал обучить его всем тонкостям управления разведкой.
Тем временем в Министерстве обороны перед воротами Кванхвамун проходило военное совещание с участием главных генералов, Наследного принца и Чжанхёна. Собрались командиры всех родов войск.
— Ваше Высочество, мы начинаем.
— Министр обороны, приступайте.
— Да. Сначала доложу о ситуации в районе реки Ляохэ. Наши 11-я, 12-я и 13-я дивизии, а также 20-тысячная конница Хыкчи сейчас сосредоточены в Чаояне. Пять тысяч всадников Хыкчи уже заняли Нинчэн и укрепляют позиции. На пути нашего продвижения войск Мин нет. В Шэньяне в качестве резерва ожидают 5-я дивизия и 10 тысяч всадников Хыкчи.
— Значит, после битвы на Ляохэ столкновений с Мин больше не было?
— Совершенно верно. При занятии Цзяньпина южнее Нинчэна было встречено лишь разрозненное сопротивление небольших групп менее ста человек.
— Вы считаете, что армия Мин в ближайшее время не перейдёт Шаньхайгуань?
— Этого мы пока не знаем. Всё зависит от того, как быстро они переформируют свою центральную армию.
— Хм, будь у нас года два в запасе, я бы не беспокоился.
— Ваше Высочество, — заговорил генерал армии Ю Ынбу, — когда начнется массовое производство того артиллерийского орудия, которое вы видели, причин для беспокойства не останется.
— Ваше Высочество, как бы ни поступила Мин, наше государство всегда должно быть готово. Поэтому я, министр обороны, прошу вашего дозволения. Пять новых дивизий уже сформированы и приступили к тренировкам. Мы предлагаем оставить для обороны юга только 2-ю дивизию, а остальные три отправить в провинцию Курёдо, чтобы подготовиться к возможному масштабному наступлению Мин. Таково единогласное мнение Генерального штаба. Просим вас принять наше предложение.
— Министр обороны, если они двинут на нас миллионную армию, хватит ли нам этих сил? Разумеется, отправить подкрепление в Курёдо — правильное решение. Но не кажется ли вам, что нам всё ещё не хватает людей?
— Никак нет, Ваше Высочество. Четырех наших дивизий и трех дивизий в северной Курёдо достаточно, чтобы не бояться и миллионной армии Мин. Прошу вас, верьте в нашу армию.
— Ха-ха-ха! Ваша уверенность, господин генерал, впечатляет. Я верю вам. Верю в доблесть нашей армии и боевой дух генералов. Министр обороны, действуйте. Я беру на себя получение одобрения в Государственном департаменте, а министерство пусть готовится. Директор Государственного департамента, у вас есть замечания?
— Ваше Высочество, я вижу, что генералы прекрасно справляются. У меня есть лишь пара предложений для армии и флота, которые необходимы для подготовки к будущему.
— Директор Ким, излагайте.
— Слушаюсь. Во-первых, армии стоит направить 3-ю дивизию из столицы к губернатору Пальхэдо, «Верному принцу». Пусть они совместно сформируют дивизии из воинов Пальхэдо и обучат их по нашему стандарту. В случае нужды силы Пальхэдо и 3-я дивизия смогут быстро выдвинуться в Ляодун. Это сэкономит время. Остальные две дивизии вместе с 5-й нужно отправить в Курёдо для защиты Ляодуна.
Что касается флота: поскольку путь через Ляодун для Мин закрыт, им придётся использовать море. Западный флот должен постоянно патрулировать наши воды на малых кораблях «Мэнсон». Линейный корабль «Чиу» следует держать в секрете от Мин, укрыв в дальних водах или защищённых портах, но при этом зорко следить за Жёлтым морем.
— Ваше Высочество, директор Ким очень точно указал на пробелы в нашей обороне. Это решит вопрос обучения войск в Пальхэдо.
— Генерал армии, вы согласны отправить почти все силы в Курёдо, оставив здесь лишь одну дивизию?
— Да, Ваше Высочество. Поддержка из Пальхэдо в случае нужды покроет этот риск.
— Ваше Высочество, — подал голос адмирал Сон Сын, — я согласен с директором Кимом. Флот обеспечит патрулирование Жёлтого моря.
— Хорошо. Пусть каждый род войск готовится без малейшего промедления.
— Ваше Высочество, верьте нам, — твердо произнёс Ким Чжонсо. — Пока я жив, я клянусь, что ни один враг не посмеет вторгнуться в наш Чосон.
— Благодарю вас. Я верю своим генералам и своей армии.
— Ваша милость безгранична, Ваше Высочество!
Когда весть о том, что в провинции Курёдо армия Чосона одержала сокрушительную победу над огромным войском Мин, разнеслась по стране, во всех городах и селах люди восклицали: «Да здравствует Ван Седжон Великий! Тысячу лет!». Везде обсуждали детали сражения, и сердца людей наполнялись радостью и гордостью. Появилась уверенность: «Мы тоже можем это сделать».
Седжон издал указ, в котором официально объявил о создании провинции Пальхэдо и присоединении племени Хыкчи. Он также предупредил, что в будущем возможны конфликты с Мин, поэтому призвал народ доверять двору и мирно трудиться на благо страны.
Тем временем в доме министра обороны Ким Чжонсо Наследный принц и Чжанхён сидели за накрытым столом и вели серьезный разговор.
— Зять, как продвигается строительство оружейного завода в Пхаджу?
— Ваше Высочество, не беспокойтесь. Благодаря поддержке Министерства строительства здание будет закончено быстрее, чем ожидалось.
— Это добрая весть. Нужно скорее начать производство нового оружия, чтобы Чосон мог спокойно отражать любые угрозы. Мин — огромная страна, нельзя расслабляться ни на миг.
— Успокойтесь, Ваше Высочество. Судя по тому, как идут дела, Мин еще долго не сможет нам угрожать. Если мы продолжим наращивать мощь, вскоре нам и вовсе нечего будет бояться.
— Послушай, племянник, — обратился Ким Чжонсо, — ты действительно думаешь, что два императора Мин вступят в открытое противостояние?
— Дядя, это неизбежно. А если они помедлят, мы подтолкнем их к этому. Мы должны сделать так, чтобы Мин раскололась на два государства. Это единственный путь к созданию вечной Империи Чосон.
— Твои идеи порой пугают даже меня, ха-ха-ха! — рассмеялся принц.
— Ваше Высочество, я считаю, что Небесный Владыка послал нам директора Кима, чтобы наши Небесные потомки привели Чосон к истинному процветанию.
— Вы правы, господин Ким Чжонсо. Я думаю так же.
— Ваше Высочество, дядя, мне уже неловко от ваших похвал. Давайте сменим тему.
— Ха-ха-ха! Посмотрите на него, господин Ким. Его лицо так покраснело! Одно удовольствие смотреть.
— Ну что ж, Ваше Высочество, позвольте налить вам вина.
— Спасибо, господин министр. Вы с моим зятем — мои правая и левая руки. Давайте вместе построим страну Небесных потомков, о которой он говорит. За нас!
— Ваше Высочество, я готов отдать жизнь за престол и государство.
— Ваше Высочество, я приложу все силы, чтобы трудиться на благо страны и народа.
— Благодарю вас обоих. Давно вино не казалось мне таким сладким! Ха-ха-ха!
Вскоре 2-я дивизия из Кёнсандо была распределена полками для охраны внутренних районов Чолладо и Кёнсандо, а 4-я дивизия из Чолладо и 1-я дивизия из Намёна отправились в Шэньян. По всей стране под палящим летним солнцем тренировались пять новых дивизий. 3-я дивизия из столицы переместилась в Харбин, где занималась формированием и обучением новых частей в Пальхэдо.
В самой провинции Пальхэдо кипела работа: чиновники из Чосона и вожди племени без устали создавали новую административную систему. После победы над армией Мин воины и простые люди племени Хыкчи были полны гордости и охотно принимали статус подданных Чосона.
— Господин, неужели наша армия и вправду разбила великое войско Мин?
— Да, дорогая Сукхён. Разве это не чудо? Пришло донесение, что наши северные войска отразили натиск огромной армии Мин почти без потерь. Они сражались доблестно.
— Это благословение для всей страны. На рынках только об этом и говорят, все празднуют, прославляя удачу Его Величества и Наследного принца.
— Во дворце то же самое. Все чиновники ликуют.
— Значит ли это, что Мин больше не будет нападать на нас?
— Хм, этого никто не знает. Нужно подождать и увидеть.
— Ох, лишь бы они больше не мучили наш Чосон.
— Ха-ха-ха, не волнуйся так. Ну-ка, иди к папе, доченька. Похоже, Хёнчжон совсем засыпает, вон как зевает. А где Тэгын? Что-то его не видно.
— Простите, господин. Отец забрал его с собой в квартал Чоксонбан.
— Ну что ты, не извиняйся. Раз дедушка забрал внука, то всё в порядке. Ха-ха-ха.
Проводя время с семьей, Чжанхён продолжал обдумывать планы по разделению Мин. Он понимал: история учит, что как только Китай объединяется, он сразу начинает притеснять соседей — Чосон, Корё, Когурё или Древний Чосон. Китай всегда стремился превратить их в вассалов и не давал стать сильными.
Чжанхён твердо решил: какими бы способами ни пришлось действовать, он сделает всё, чтобы континент никогда больше не стал единым.
http://tl.rulate.ru/book/176323/15445365
Готово:
