2016 год. Один из дней.
Международный аэропорт Пхеньяна.
«Наконец-то и этим адским дням пришел конец...»
Мужчина, одетый в безупречную парадную форму офицера морской пехоты, с тревожным выражением лица стоял в длинной очереди к выходу на посадку, сжимая в руках билет до Сеула и военный паспорт.
Поглаживая на правой стороне груди красную нашивку — отличительный знак Корпуса морской пехоты, — он бессознательно повторял про себя свое имя.
«Кан Сокхо».
В длинной, растянувшейся очереди то и дело мелькали фигуры военных.
Также изредка встречались те, кто, как и он, носил красные нашивки.
Он оглядывал здание аэропорта по сторонам, словно человек, впервые садящийся в самолет.
— Ой! Смотри, он что, первый раз в аэропорту?
— Деревенщина, что ли?
Не обращая внимания на шепотки вокруг, он продолжал осматриваться.
Здесь, в отличие от воинской части, вовсю работали кондиционеры, и благодаря мощным потокам прохладного воздуха казалось, что наступила середина зимы, хотя в новостях говорили о пике жары. Ощущение было такое, что становилось даже холодно.
Для него, вынужденного долгие годы вести армейскую жизнь, это место было подобно раю.
Здесь было множество редких вещей и еды, которых нельзя было увидеть в разрушенном войной центре Пхеньяна.
К тому времени, как он добрался до выхода на посадку, его руки уже были полны покупок.
Во время войны ему особо некуда было отсылать деньги, да и в восстанавливаемом Пхеньяне тратить их было не на что, поэтому за время службы на его банковском счету накопилось приличное жалованье. Похоже, на первое время проблем с жизнью не предвиделось.
Однако...
Это было всё.
«И на что мне теперь жить?»
Это был самый большой вопрос.
Теперь война для него...
Армия ему осточертела до глубины души.
«Вторая корейская война», начавшаяся почти сразу после его назначения, еще до того, как высох пот на его офицерских погонах, вопреки первоначальным прогнозам военных экспертов, продлилась целый год. В ходе этого конфликта погибло огромное количество солдат национальной армии и ополченцев.
Даже после окончания войны, из-за политических лозунгов вроде «стабилизации территорий», он смог получить разрешение на увольнение в запас только в 2016 году, что значительно превышало его первоначальный срок обязательной службы.
Как и в случае с Сокхо, только в этом году был издан указ о демобилизации тех, кто не смог уволиться раньше, поэтому сейчас Международный аэропорт Пхеньяна был переполнен солдатами, больше всего на свете желающими вернуться домой.
Сам Сокхо тоже не ступал на землю Сеула, города, где он родился и вырос, уже несколько лет.
После войны «Объединенная Корея» превратилась в мировую державу.
Она больше не была страной, вынужденной оглядываться на великие державы.
После объединения с севера хлынули огромные ресурсы и рабочая сила, и на этой основе, объединившись с южными технологиями, страна обрела конкурентоспособность, не уступающую ни одной другой в мире.
Для них Корейская война привела к тому, что Корейский полуостров смог выжить за счет одного только внутреннего спроса, а производственные мощности, превышающие этот спрос, подняли национальный престиж в мировой экономике.
И хотя военная мощь продолжала сокращаться в соответствии с плотностью населения полуострова, боеспособность объединенных вооруженных сил Кореи, особенно в части сухопутных войск, превзошла Китай и заняла второе место в мире.
«Великая держава», существовавшая до войны, снова установила дипломатические отношения с «Объединенной Кореей», как и прежде, но «Объединенная Корея» больше не была страной, которая полупринудительно импортировала оружие и мирилась с нарушением права на оперативное командование.
К слову сказать,
Когда Япония, заявлявшая свои права на остров Токто, насильственно оккупировала прилегающие воды Восточного моря, военный корреспондент Накамура Кимучи (30 лет), находившийся на борту японского флагмана «Мурасамэ», сказал:
«Что мы вообще затронули?»
Он отправил в иностранные СМИ фотографии военных кораблей «Военно-морского флота Объединенной Кореи», выстроившихся бесконечной линией на горизонте Восточного моря, и продолжил:
«Это было похоже на битву при Чиби».
Вот так сильно изменилась объединенная Корея.
Вдобавок к этому, вместо аэропортов Инчхон и Кимпхо, которые во время войны стали приоритетными целями для бомбардировок Северной Кореи, в Сеуле был реконструирован и расширен аэродром Соннам, превратившись в международный аэропорт.
Так всё изменилось, и на Корейский полуостров спустя почти 70 лет пришел так называемый «Корепакс», которым восхищались и которому завидовали иностранные СМИ.
Однако самого Сокхо роскошное положение страны не особо радовало.
Проведя половину своей двадцатилетней юности в армии, он не обладал ни должными знаниями, ни какими-то особыми навыками.
Он вытащил из кармана визитку, которую теребил в руках.
Как говорится, привычка — вторая натура.
Единственным навыком, которым он владел, были военные технологии.
«Старший», который после увольнения основал ЧВК, прислал ему одну-единственную визитку по военной почте.
«Если нечего будет делать — приходи».
Говорили, что на нынешнем международном рынке частных военных компаний существует тенденция отдавать предпочтение резервистам корейской армии с богатым боевым опытом.
Но Сокхо теперь от одного слова «армия» воротило.
Он сунул визитку обратно в карман.
Пока он на мгновение задумался, время, которое в армии тянулось невыносимо долго, пролетело в один миг, и в длинной очереди к выходу на посадку наконец настал черед Сокхо.
— Господин пассажир, позвольте проверить ваш билет.
Красавица-стюардесса лучезарно улыбнулась и протянула руку, и Сокхо слегка дрожащей рукой подал ей билет.
В этот момент...
— Ах! Прошу прощения.
Подбежал щеголеватый молодой человек, одетый в безупречный строгий костюм.
Видимо, он бежал очень быстро, потому что, тяжело дыша, он вклинился между стюардессой и Сокхо и протянул ей свой билет.
Молодой человек выглядел в точности как типичный чеболь во втором поколении из корейских дорам, которые Сокхо видел в детстве.
«Тьфу, разве может мужчина выглядеть таким хлипким... тьфу».
Впрочем, так казалось только Сокхо.
Все окружающие женщины, включая бортпроводниц, от мала до велика были заворожены обликом этого юноши.
Стюардесса, с трудом взяв себя в руки благодаря профессионализму, только собралась сказать: «Простите, господин пассажир, но вам нужно встать в очередь...», как Сокхо заметил, что ее зрачки расширились, едва она взглянула на билет.
«Что такое?»
Пока Сокхо недоумевал, из уст стюардессы вырвался шепот, который он едва расслышал:
— В... ВИП...
Стюардесса, видимо, напрочь забыв о билете Сокхо, который держала в другой руке, отступила назад и начала спешно передавать что-то по рации.
Не прошло и пары минут, как из ворот вышел капитан в летной форме, а позади Сокхо один за другим появились мужчина средних лет в дорогом костюме и сопровождавшие его крепкие парни в черных костюмах и солнцезащитных очках.
«Ц-ц, у кого-то похороны, что ли?»
Сокхо щелкнул языком.
Мужчина средних лет, даже не удостоив стоящего прямо перед ним Сокхо взглядом, оттолкнул его, поспешно схватил юношу за руку и, подобострастно кланяясь, заговорил:
— Ох! Господин вице-председатель, если бы вы предупредили заранее о своем приезде...
— Ну что вы. Господин комиссар, должно быть, занят, а всё же вышел встретить меня, я вам благодарен.
Юноша ответил непринужденно и в сопровождении капитана и той самой стюардессы прошел в гейт.
Тот мужчина средних лет стоял, склонив голову, пока юноша не скрылся внутри.
Именно в этот момент...
Юноша, собиравшийся войти в гейт, внезапно остановился и обернулся.
На мгновение их взгляды с Сокхо встретились.
«А?»
Сокхо удивился, но юноша, тоже озадаченно наклонив голову, снова скрылся за воротами.
Как только суматоха улеглась,
Мужчина средних лет, стоявший со склоненной головой, слегка приподнял ее, проверил гейт и, убедившись, что юноши не видно, проворчал:
— Тьфу, сопляк еще, а гонору!
И исчез вместе с сопровождавшими его людьми в черном тем же путем, каким пришел.
Затем вышла другая стюардесса, чтобы продолжить задержанную проверку билетов.
— Приносим глубочайшие извинения за задержку при посадке. Итак, господин пассажир, позвольте проверить ваш билет.
— Ах!
Сокхо мгновенно пришел в себя.
— Мой билет!!!
Его билет унесла внутрь гейта та самая стюардесса.
Увидев ошарашенное лицо Сокхо, бортпроводница, учитывая и без того большую задержку, нацепила дежурную улыбку и произнесла:
— Уважаемый пассажир, поскольку время поджимает, мы начнем с тех, кто стоит следом.
Растерявшийся от внезапности ситуации Сокхо был невольно вытолкнут из очереди напирающими сзади людьми.
За всю жизнь он летал только на военных самолетах, и был тем типом людей, который, свято поверив словам сослуживца, сказавшего пару дней назад, что в самолете нельзя находиться в обуви, даже прихватил с собой в пакете шлепанцы.
Поскольку это был авиабилет, купленный на честно заработанные деньги в честь увольнения вместо использования воинского проездного (TMO), он был крайне смущен внезапно возникшей ситуацией.
В этот момент...
Казалось, кто-то спешно выбегает из гейта.
«С... спасен!!! А?»
Та самая стюардесса в спешке выбегала наружу, но впереди нее бежал кое-кто другой.
Это был не кто иной, как тот самый юноша.
Вслед за бегущим юношей, запыхавшись, гуськом неслись стюардесса и даже капитан.
— Командир Кан!! Командир Кан!!!
— А?
Юноша кричал, выбегая из гейта,
И в этот миг взгляды всех людей в очереди перед гейтом аэропорта устремились на Сокхо.
Юноша с разбегу обнял Сокхо.
— Ох!
Этот звук издал не только Сокхо.
Некоторые женщины даже взвизгнули: «Ах!»
— Э... э... по... подожди... я не из таких.
— Командир Кан! Это я!! Тэсон!!
— А? Тэсон?
Сокхо снова внимательно оглядел юношу с головы до ног.
— Неужели...! Тот самый растяпа Тэсон?!
— Да! Именно!
— Ого! Рад тебя видеть! Сколько же лет прошло... но...
— Да?!
— Может, отпустишь меня, а потом поговорим?
— Ах...
В этот момент Тэсон тоже понял, что на них устремлены взгляды всех окружающих.
Не уступая Тэсону во внешности, Сокхо за долгие годы службы в армии в реальных боевых условиях приобрел мужественное, поджарое и крепкое телосложение, а его лицо также превосходило облик обычного солдата.
В мгновение ока Сокхо и Тэсон оказались в кольце окружения из женщин.
Среди них, вместе с женскими вскриками, то и дело слышались звуки затворов камер мобильных телефонов.
Рейс до Сеула, на котором собирался лететь Сокхо, из-за этого «инцидента» снова столкнулся с задержкой.
Потому что внезапно появившиеся люди в черных костюмах вместе с тем самым лысеющим мужчиной средних лет, обливаясь потом, начали проверять телефоны пассажиров один за другим, удаляя «фотографии».
Пассажиры поначалу возмущались и сопротивлялись, но после того как люди в черном предложили бесплатные билеты на остров Чеджу, инцидент был оперативно улажен.
Тем временем Сокхо и Тэсон предавались воспоминаниям в VIP-зале аэропорта.
В зале ожидания незаметно накрыли стол с многочисленными сладостями и напитками, а женщина в форме стюардессы прислуживала им.
— Э... значит... ты... получается... тот самый... недотепа Тэсон?
— Да! Так и есть!
Боже мой, правду говорят, что прическа меняет мужчину, и этот случай был идеальным примером.
Сокхо помнил Тэсона как неуклюжего и жалкого новичка, только что попавшего на поле боя.
Но теперь, видя его так опрятно одетым, он чувствовал когнитивный диссонанс.
— Вы всё еще не верите? Тогда я представлю доказательства.
Прежде чем Сокхо успел его остановить, Тэсон внезапно развернулся и начал расстегивать ремень.
— Ой!
— Ого!
Стюардесса прикрыла лицо ладонями, но с любопытством подглядывала сквозь пальцы, а Сокхо поспешно остановил Тэсона.
— Понял! Верю! Да верю я!
Да.
Сокхо ничего не оставалось, кроме как поверить.
Прошло уже больше трех лет.
— Я до сих пор не могу этого забыть. Кажется, это было в Чхоннянни?
На слова Тэсона Сокхо кивнул.
Как такое можно забыть.
Это было первое сражение в жизни и для Сокхо, и для Тэсона.
http://tl.rulate.ru/book/176304/15440600
