Это определенно была энергия, обладавшая лишь формой, подобно энергии души, но то, что вырвалось из Куба, вибрировало со звуком и устремилось куда-то вдаль.
Ха Ёну не собирался просто стоять и смотреть.
Та-ак!
Легко оттолкнувшись от земли, Ха Ёну бросился вперед. Его глаза окрасились в багрово-черный, а руки окутала энергия души.
И прежде чем поток успел покинуть маскировочный барьер, Ха Ёну настиг его в воздухе и схватил прямо рукой.
Гр-р-р!
Две силы столкнулись, порождая непонятный гул. В тот же миг Ха Ёну почувствовал, будто его сознание отделилось от тела и его начало куда-то затягивать.
Это определенно не было галлюцинацией.
Хотя и то, и другое ощущалось одинаково живо, сейчас это не было похоже на просмотр фильма.
Пространство, не принадлежащее ни Земле, ни континенту Пан, начало заполнять его поле зрения, словно разъедая его.
— …порождение…
До него стали доноситься обрывки слов.
Вскоре перед ним развернулось ослепительно белое пространство. Его взору предстал старик, облаченный в длинное черное одеяние.
— …стал похож на человека…
Старик словно вел с кем-то беседу.
Вслед за этим донеслись еще несколько разрозненных фраз.
«Ментальное клеймо дискомфорта», «Вселенная» и так далее.
Слова прерывались, словно на испорченной пленке, мешая уловить ход разговора или контекст, но и этого было достаточно, чтобы сделать вывод.
Все это было напрямую связано с Кубом.
«Кто его собеседник?»
Того, с кем говорил старик, не было видно. В поле зрения был только он один.
Стоило Ха Ёну задаться этим вопросом, как видение растаяло, подобно туману.
Прошло совсем немного времени, но раз они успели перекинуться парой фраз, должно было минуть несколько десятков секунд.
Однако, когда сцена полностью рассеялась, Ха Ёну обнаружил, что по-прежнему находится в воздухе с вытянутой рукой, словно время и вовсе не двигалось.
Энергия Куба исчезла бесследно, столкнувшись с его собственной.
Топ.
Приземлившись на землю, он тут же проверил Куб, но тот ничем не отличался от того состояния, в котором был в самом начале.
— Ха…
Он всегда об этом думал.
Весь этот процесс казался неестественным и так и разил искусственностью.
Но он впервые воочию увидел столь неоспоримое доказательство. Его чувства по этому поводу были весьма неоднозначными.
— …Беловолосый старик в длинном одеянии.
Ха Ёну четко запечатлел этот образ в памяти. Чтобы в любой момент иметь возможность прикончить его.
Бессмысленно стоять и предаваться унынию — это ничего не изменит.
Отогнав лишние мысли, он воззвал к энергии души.
«Посмотрим, что там внутри».
В руках Ха Ёну расцвело багрово-черное пламя, которое соприкоснулось с Кубом, служившим барьером.
И, как и в Северной Корее, энергия души вступила в реакцию с таинственной силой.
Бу-у-ум!
Раздался мощный взрыв.
[…Мы сообщили радостную весть о том, что с момента появления Кубов была создана первая в мире «чистая зона». Тем временем правительство каждой страны не перестает направлять запросы Вернувшемуся Ха Ёну, который успешно все это осуществил. Внимание всего мира приковано к его дальнейшим шагам…]
Разобравшись с Кубом, Ха Ёну сразу же покинул это место и вернулся в свой особняк.
Хотя сотни людей, включая Чан Вон-у, перебрались на территорию Северной Кореи, множество членов организации Кугу все еще оставались здесь, на юге, и планировали продолжать свою деятельность.
Благодаря этому в системе безопасности не было никаких брешей.
Правительство объявило о масштабной реконструкции района Йонсан, где исчез Куб, и, похоже, ломало голову над тем, как использовать территорию Северной Кореи, доставшуюся им даром благодаря Ха Ёну.
Всего за несколько дней цены на недвижимость, достигшие дна, резко взлетели. Доносились новости о том, что в Корею начали стекаться огромные иностранные капиталы.
Безопасная земля. В нынешнюю эпоху врат для обычных граждан не было ничего важнее этого.
— Значит… это стало Артефактом.
В руках он держал палец — точно такой же, какой был внутри Куба в Северной Корее.
Тогда он решил, что палец бесполезен, и просто уничтожил его, но в этот раз прихватил с собой.
Палец, сохранивший свой первозданный вид, словно его законсервировали, все еще время от времени испускал волны голубой энергии.
Разумеется, рука Ха Ёну, державшая его, была защищена энергией души.
Обычный человек или Пробужденный низкого уровня лишился бы руки, едва коснувшись его.
Причина была неясна, но определенно часть тела превратилась в то, что на континенте Пан обычно называли Артефактом.
Артефакт. В современном обществе это слово могло означать предметы быта или личные вещи, но на континенте Пан оно имело иное значение.
Это был предмет, который естественным или искусственным путем вобрал в себя колоссальное количество маны.
Континент Пан на протяжении тысяч лет существовал по законам маны, поэтому Артефакты, хоть и не валялись на каждом шагу, встречались довольно часто.
Они приводили в действие магические круги в башнях магов, а будучи инкрустированными в навершие королевских мечей, даровали владельцу огромный запас маны и повышали отклик оружия.
В данном случае палец стал Артефактом, исполняющим роль своего рода магического круга, который служил основой для создания врат.
Однако это определенно не было Магией.
— Время и пространство…
В романах и фильмах маги с легкостью перемещались между пространствами и измерениями.
Более того, в большинстве книг, которые Ха Ёну читал в прошлом, перемещение в пространстве описывалось как нечто гораздо более простое, чем разрушительная атакующая Магия.
Телепортация, пространственный сдвиг и всё в таком духе.
Но это была чистой воды выдумка.
Вызвать какое-то явление и исказить саму концепцию — это вещи совершенно разного ранга существования, как небо и земля.
Например, Ха Ёну мог при желании полностью разделить территории Севера и Юга, но не мог совершить пространственное перемещение.
Конечно, отсутствие познаний в Магии тоже было одной из причин.
— Что сложно, то сложно.
Проблема заключалась в том, что Куб был задействован во всех этих процессах.
Он исказил ось времени, использовав тело Ха Ёну в качестве материала для барьера, и это было не просто перемещение в пространстве, а создание чего-то, что позволяло переносить объекты из другой вселенной с помощью посредника в виде врат.
И все это было тщательно систематизировано в соответствии с определенным механизмом. Доказательством тому было то, что появляющиеся монстры становились всё сильнее.
Его намерение найти и убить виновников не изменилось. Он просто пока даже не представлял, как это сделать.
Однако чувства Ха Ёну, превосходящие животные инстинкты, подсказывали ему: всё происходящее — это путь к истине, и в той или иной форме он с ними столкнется.
Огромный ётей — традиционный ресторан, который редко встретишь в современном обществе.
В этом месте, пропитанном атмосферой строгости и тишины закрытых комнат, а не прежним духом разгула и веселья, собрались десятки людей.
— Когда я говорил, что его нужно сдерживать, вы и носа не показывали, заявляя, что это не ваша сфера. Но стоило Кубу исчезнуть, как вы тут же засуетились.
— Кхм…
Люди в комнате разделились на три основных лагеря.
Группа солидных мужчин в костюмах преклонного возраста.
Группа Пробужденных, которые всем своим видом, начиная от оружия и заканчивая аурой, заявляли о своем статусе.
И третья группа, которая была одета похоже, но шрамы на лицах и манера речи выдавали в них тех, кто по своей природе отличался от обычных Пробужденных.
Те, кто иронизировал над представителями правительства и корпораций, как раз принадлежали к последней группе.
Гейт-мафия, связанная с политическими и деловыми кругами в индустрии врат. Несколько крупнейших гильдий страны. И даже незарегистрированные пробужденные, возглавляющие подпольные организации.
У всех этих людей, которые в обычной жизни почти не пересекались, а если и пересекались, то скорее по плохим поводам, чем по хорошим, была одна общая причина для встречи.
Из-за действий Ха Ёну Республика Корея стала страной, свободной от врат.
— Так почему же вы не помогли нам, когда мы собирались прижать Кугу?
— Вы сейчас пытаетесь спровоцировать конфликт?
Обычно Гейт-мафия не трогала Кугу. Точнее, не могла тронуть.
Их сферы деятельности не пересекались, у них не было общих дел, поэтому они и не лезли друг к другу.
При этом они получали немало просьб от крупных организаций о помощи в захвате рынка. Разумеется, они отказывали, давая понять, что им плевать.
Человек, который сейчас насмехался над представителем Гейт-мафии, был одним из боссов тех самых организаций.
Конечно, исчезновение Куба и крах бизнеса в Северной Корее, где на кону стояли огромные интересы, произошли не по вине Кугу.
Если быть точным, Ха Ёну сделал почти всё в одиночку, а Кугу были лишь его руками и ногами, выполняя черную работу.
Тем не менее, какова бы ни была последовательность событий, фактом оставалось то, что они сыграли огромную роль в ускорении процесса.
Ни для кого не было секретом, что тысячи рабочих, включая членов Кугу, уже отправились в сторону Пхеньяна.
Поэтому организации пытались использовать это как зацепку, чтобы занять доминирующее положение в разговоре, а Гейт-мафия, понимая, что это не их вина, была вынуждена реагировать подобным образом.
— Давайте прекратим. Мы собрались здесь не для того, чтобы воевать друг с другом.
Пэк Кён-у, сильнейший среди сорока с лишним официальных Пробужденных 6-го ранга в Корее и глава гильдии Тхэгык, остановил обе фракции.
— Мы вели себя спокойно. Это они начали цепляться.
— Это было просто приветствие, пожелание удачи.
Поскольку в Корее он был единственным, чья боевая мощь превышала 6 000, и ходили слухи, что в ближайшее время он достигнет 7-го ранга, обе стороны поумерили свой пыл.
— Мы и так оказались в этой ситуации, потому что не смогли предпринять даже малейших контрмер. Мы здесь собрались именно из-за этого. Я бы не хотел, чтобы между нами были раздоры.
— Кхм… Хорошо.
Все молча кивнули в знак согласия, и он продолжил:
— Какова реакция правительства?
— Депутаты, главы ведомств и общественные организации, вставшие на нашу сторону, оказывают давление, но разве это что-то изменит? Куб уже исчез. Нам скармливают лишь дежурные фразы.
Это была проблема, возникшая после исчезновения Кубов.
Врата и хлынувшие из них монстры, несомненно, были катастрофой, которой не должно быть на Земле.
Однако за десять лет, прошедших с начала этих событий, благодаря появлению Пробужденных и развитию технологий, это стало прибыльным бизнесом.
По самым скромным подсчетам, в Корее насчитывается около 800 тысяч Пробужденных. Если добавить к ним тех, кто зарабатывает на жизнь побочными продуктами из врат, их число достигает миллионов.
Это уже слишком глубоко вошло в человеческую жизнь.
Хотя после исчезновения врат на правительство посыпались похвалы, были и критические взгляды.
Естественно, не только собравшиеся здесь, но и все причастные не могли быть довольны поспешными мерами правительства.
— Пока что они говорят, что будут продвигать государственную политику в формате зарубежных миссий, сделав отечественных Пробужденных официально признанными государством наемниками…
На инсайдерскую информацию, выданную представителем правительства, люди из гильдий лишь покачали головами, а боссы организаций ухмыльнулись.
— Раз уж каша заварена, думайте сами, как прокормиться?
— Какая-то несусветная чушь.
Кто вообще знает, когда и где за границей появятся врата, чтобы работать наемником?
К тому же, как и в Корее, в других странах врат низкого ранга и так не хватает на всех — рынок перенасыщен.
— Такое ощущение, что это было предложено в качестве крайней меры из-за отсутствия реальных планов…
— Они пытаются от нас избавиться.
Пэк Кён-у подхватил слова представителя правительства.
— Это определенно так и выглядит.
— Вот же суки… Забыли уже, кто их всё это время защищал…
— Да уж…
Поскольку жизнь каждого присутствующего была напрямую связана с вратами, они легко разгадали позицию властей.
Как и сказал лидер гильдии Тхэгык Пэк Кён-у, правительство явно использовало ситуацию, чтобы отсеять ставших ненужными Пробужденных.
И первым шагом в этом направлении стала эта странная политика с наемниками.
Если бы несколько крупных гильдий Сеула объединились и нанесли внезапный удар, захват Голубого дома был бы вполне осуществим.
Тем не менее, они ограничивались лишь ролью лидеров влиятельных групп, потому что, независимо от образа мыслей, для иного не было причин.
Рисковать жизнью ради действий, немыслимых в демократическом обществе, было менее разумно, чем продолжать управлять гильдиями, получая деньги и славу.
Но раз врата — источник их богатства и влияния — исчезли, правительство в первую очередь стало беспокоиться не об их трудоустройстве или благополучии, а о появлении враждебных сил, способных расшатать систему.
— Фух… В любом случае, ни правительство, ни обстоятельства нам не помогают.
Слова Пэк Кён-у были лишь вздохом отчаяния, в них не было никакого готового решения.
Гейт-мафия и гильдии лишились кормушки. Подпольные организации были на грани исчезновения из-за монополии Кугу, захватившей даже Северную Корею. Лица у всех были мрачнее тучи.
И тут…
— Если всё это произошло из-за исчезновения врат… разве мы не можем просто создать подобную угрозу сами?
Кто-то привлек общее внимание этими многозначительными словами.
http://tl.rulate.ru/book/176300/15439749
Готово:
