— Ну и ну, сам про себя говорит, что всё идеально.
Рукопись и вправду была слишком идеальной.
Вершина самовосхваления.
Я задал вопрос Хон Сонёну, который на это отреагировал:
— Разве это не самый печальный случай для редактора?
— В смысле?
— Когда он чувствует, что больше не нужен своему автору.
Именно об этом я и подумал.
Писатель и редактор были как крокодил и птичка-тари. Существа, живущие в симбиозе.
Но что, если крокодил научится сам чистить зубы? Птичка становится не нужна.
В таком случае крокодил не станет жить в мире с прилетевшей к нему птичкой, а просто съест её. И птичка погибнет.
С точки зрения редактора, если рукопись идеальна и в ней нечего править, это всё равно что смерть.
Эту историю мне когда-то рассказал сам Хон Сонён. А ещё он говорил о том, какую роль должна играть «птичка», если ей достался автор с идеальными текстами.
Может быть, потому что я озвучил его собственные мысли? Сонён восхищённо цокнул языком.
— Ого, и где ты только такого нахватался?
— От одного знакомого Писателя.
На самом деле — от знакомого редактора.
Пока я придумывал удобную отговорку, Сонён заинтересовался этой личностью.
— Опять тот самый знакомый Писатель? Познакомь меня с ним.
— Я же вам говорил.
Договаривать не было смысла, Сонён сам всё вспомнил:
— Что он не любит показываться на людях?
— Да.
— Раз так, больше и просить не буду, — проговорил Сонён в шутливом тоне.
На этот раз я позвал его уже более серьезным голосом:
— Хён.
— Что?
— В том, что касается рукописи, вы мне, возможно, и не нужны.
Это было логично. Обычно редакторы на пике карьеры блистали именно в правке и планировании. Но когда они начинали заниматься продвижением, то постепенно отдалялись от редактуры, сохраняя лишь намётанный глаз на хиты и навыки продаж.
Сонён тоже стал таким, когда занялся продвижением, а подрабатывая редактором на фрилансе, он часто советовал мне: «Если не хочешь стать как я, не забивай на редактуру ради продаж».
Честно говоря, способности видеть потенциал произведения, чутья к планированию и выдающихся навыков продаж было более чем достаточно, чтобы прокормить издательство. Однако Сонён снова и снова наставлял меня, чтобы я не терял навыков редактуры, которые утратил он сам, так что его редакторское чутье всё ещё было на высоте.
Поэтому было вполне естественно, что в моей рукописи ему нечего было исправлять. Потому я так и сказал: в плане текста редактор не нужен. Сонён ответил с обидой в голосе:
— Эй, я позвонил, чтобы меня утешили, а ты решил меня добить?
Я понимал его по одному только голосу. Пусть тон и был обиженным, в нём чувствовались нотки иронии. Я усмехнулся и сказал:
— Говорят же, что корейскую речь нужно дослушивать до конца.
— Ладно-ладно, давай дослушаю.
Оставшаяся часть фразы. Я произнёс её:
— Но Писателю Ли Джунгёну нужен Хон Сонён.
Тут Сонён снова перешёл на шутливый официальный тон:
— Раз рукопись так идеальна, что мне и притронуться не к чему, зачем же я вам, автор-ним?
— Ну вот, чего вы вдруг заговорили официально? Обиделись?
— Раз Писатель Ли Джунгён говорит, что я ему нужен, редактор Хон Сонён обязан внимательно выслушать, чтобы развеять свою тоску, разве нет?
Я понимал, что это шутка, но хотел, чтобы он был серьезен. Я сделал предупреждение, показывая, что намерен говорить всерьёз:
— Если продолжите в том же духе, я ничего не скажу.
— Эй, понял я, понял. Что тебе нужно?
Поняв, наконец, мою серьезность, Сонён приготовился слушать. Я объяснил ему, почему редактор Хон Сонён необходим Писателю Ли Джунгёну.
— Рукопись-то я напишу идеально, и на этом всё. Но ведь в продажах дело не только в том, идеальный текст или нет, верно?
— В продажах... Да, тут Писателю без редактора никак.
Его голос звучал убежденно. И тут я вытащил на свет то, в чём Сонён был лучше всех:
— Как насчёт того, чтобы сказать, что вы хотите заняться продвижением, раз уж вы отвечаете за «Императора Локи» и намерены его хорошо продать?
— Слушай, я уже этим занимаюсь.
— Что?
— Начальник отдела Ян вдруг потащил меня с собой, говорит, мол, походи, поучись продажам.
— Начальник отдела Ян потащил вас?
— Ага.
«Почему так рано?»
Это было неожиданно. Если я правильно помню, Сонён должен был заняться продажами только через два года, когда Чан Дочхоль и Ян Гёнчхоль соберутся уходить, чтобы основать Издательство Бесконечность. Но он уже этим занимается? Это намекало на то, что будущее изменилось.
Пока я погрузился в раздумья о том, как это вышло, Сонён позвал меня:
— Эй, ты чего замолчал?
— И как успехи? Хорошо учитесь?
— Да какое там. Таскает за собой и говорит: «Просто смотри, что я делаю, и не вздумай встревать».
— Это что за роль такая? Вы там вместо каменного истукана?
— Ага, истукан и есть. Вспомнил об этом, и снова тошно стало. Я ведь должен был что-то сделать, чтобы книга моего автора лучше продавалась.
Может, потому что он только что услышал о своей важности как редактора? Он начал винить себя за то, что безропотно стоял в сторонке, как велел Ян Гёнчхоль. Видимо, на встречах начальник отдела Ян даже не упоминал мою работу, которая скоро должна выйти.
— Похоже, начальник отдела Ян во время переговоров просил только за книги других авторов.
— Да, в точку. Как ты узнал?
Мои предположения подтвердились. Тут я решил немного похвалиться:
— Вообще-то, в школе учителя просили меня поступать в Корейский университет, такие вот у меня мозги.
— Ой-ой, неужели ты настолько умный?
— Хе-хе, голова у меня что надо.
— Ну, молодец, ничего не скажешь.
— Хе-хе. Кстати, хён.
— Что?
Как бы там ни было, если Чан Дочхоль и Ян Гёнчхоль решили открыть Издательство Бесконечность раньше срока, мне нужно пробудить скрытые таланты Сонёна до этого момента. Я попросил его серьезным тоном:
— Покажите им, чего вы стоите.
На мгновение воцарилась тишина. Тишину прервал Сонён. В его голосе теперь звучала страсть:
— Ладно. В следующий раз, когда пойду с начальником отдела Яном, я костьми лягу, но заставлю директоров оптовых баз запомнить меня и присмотреться к твоей книге.
— У вас скоро еще одна встреча?
— Послезавтра. Но там будут не директора баз, а люди из Ассоциации книжных прокатов.
«Ассоциация книжных прокатов!»
Число прокатов постепенно сокращалось, а их председатель позже прогорит из-за своих глупых выходок, но сейчас это место обладало не меньшей властью, чем ассоциация оптовиков. Я выудил из памяти одно имя из прошлого:
— А там будет человек по прозвищу Демон?
— А? Откуда ты знаешь никнейм председателя ассоциации?
«Демон» — никнейм, который обычный Писатель знать не мог. Сонён был поражен моей осведомленностью, и я выдал самую очевидную отговорку:
— Мой знакомый Писатель...
Договаривать не пришлось. Сонён перебил меня:
— А, ладно. Тот самый Писатель, которого не видать. Ну и осведомленный же он тип. Обычно авторы пишут свои тексты и ни о чём таком не задумываются.
«Этот осведомленный тип — это вы сами, хён».
Как бы то ни было, я решил дать Сонёну полезный совет перед его встречей с Демоном.
— Бывает и такое. Кстати, хён.
— Да?
— Помните тот магазин, где вы покупаете коллекционные фигурки и роботов?
— А, мы говорили о нём, когда выпивали. А что?
— Там есть коллекционная фигурка из игры «Диабло»?
— Из «Диабло»?
— Да.
— Должна быть.
— Купите там одну редкую фигурку и подарите председателю ассоциации.
— А? С чего вдруг подарки?
— Знакомый Писатель подсказал, что председатель — фанат «Диабло». Если принесёте что-нибудь редкое, он будет в восторге.
Сонён сразу понял, к чему я клоню.
— Взятка, значит.
— Если хотите обойти начальника отдела Яна и продвинуть мою книгу, придётся пойти на такие меры. Купите её, пришлите мне чек, и я переведу деньги на ваш счёт.
В конце концов, это продвижение моей книги. Если это поможет делу, мне было не жалко потратить свои деньги. Но услышав это, Сонён возмутился:
— Этот паршивец снова решил расстроить своего редактора?
— Что?
— Дубина, я же твой редактор! Чтобы твоя книга стала успешной, пахать должен я. Так что жди. Хён сделает так, что прокаты будут выстраиваться в очередь за твоим романом.
Он сказал, что всё сделает в лучшем виде, и велел ждать. Звучало надежно. На моем лице сама собой появилась улыбка.
— Хе-хе, ну тогда я буду усердно писать и ждать момента, когда смогу гордиться талантами своего редактора.
— Ладно, ты небось замаялся писать, так что ложись спать.
— Вы тоже о себе позаботьтесь. Как может офисный работник, которому утром на смену, до сих пор не спать?
— Эй, не парься. Я ночую в издательстве, так что об опоздании можно не беспокоиться.
Для сотрудников издательства «Синий лес» работа была вторым домом. Они оставались там на несколько дней, прежде чем заглянуть домой. Часто бывало, что в неделю они проводили на работе больше времени, чем дома. И женщины-редакторы не были исключением. Сонён сказал, что он на ночном дежурстве, так что об утреннем приходе можно не переживать, и я сочувственно спросил:
— Ой-ой, опять сверхурочные?
— Я же говорил. редактор — это...
Я закончил за него:
— ...череда ночных смен.
— Во, соображаешь.
— Понял вас. В общем, деньги пришли, так что, как будет время, заходите. Я вас как следует накормлю, силы восстановим.
— Договорились.
— Отключайтесь.
Всё-таки я был младшим, так что хотел, чтобы хён первым положил трубку. Но Сонён, несмотря на наши дружеские отношения, не игнорировал правила профессиональной этики.
— Как может редактор первым вешать трубку, пока говорит с Писателем? Пожалуйста, положите трубку первым, автор-ним.
— Вы ведь не положите, пока я этого не сделаю?
— Ага.
— Тогда прошу прощения.
— Какое там «прощения». Быстро спать, набирайся сил и давай следующую рукопись. «Император Локи» — это круто. Восьмой том я мигом проглочу, так что поскорее пиши девятый.
— Хе-хе, понял. Тогда отключаюсь.
— Давай!
Закончив разговор, я растянулся на кровати. И стал думать о том, как буду восстанавливать силы Сонёна, который пойдет со мной до конца.
«Лучше всего силы восстанавливает суп из собачатины, но он говорил, что у них в роду были шаманы, поэтому после такого супа он три дня пластом лежит. Значит, накормлю его угрём».
Решив, что, когда Сонён приедет, мы поедим угря, я провалился в сон.
— Ну и монстр.
Хон Сонён смотрел в монитор на открытую почту с ошарашенным видом. Ли Джунгён прислал рукопись восьмого тома «Императора Локи» всего два дня назад. Но не успело пройти и двух суток, как пришла рукопись девятого тома.
Причем содержание было захватывающим, а текст — настолько идеальным, что даже править было нечего. Как редактор, который должен помогать автору с текстом, он не мог не чувствовать легкое уныние. Ведь само существование редактора словно обесценивалось.
И тут он снова вспомнил слова Ли Джунгёна:
«Но Писателю Ли Джунгёну нужен Хон Сонён».
Пусть в работе над текстом он и не был нужен, он был единственным, кто мог помочь с продажами. В той области, где сам автор действовать не мог.
Осознав смысл своего существования, Хон Сонён посмотрел в угол стола. Там стояла коробка. Коробка с коллекционной фигуркой финального босса из игры «Диабло».
Положив на неё руку, Хон Сонён горько усмехнулся.
— Из-за тебя пришлось в этом месяце отказаться от фигурки «Муравьиного наездника».
Однако сквозь эту горечь проглядывала какая-то радость.
— Ну, всё равно, если бы не Джунгён, эти деньги улетели бы на выпивку и осели бы в желудке Ян Гёнчхоля в виде дорогущего крепкого алкоголя.
Если бы не Ли Джунгён, вместо этой коробки перед ним стоял бы крепкий алкоголь, красная цена которому пара десятков тысяч вон, но который в барах впаривают в десятки раз дороже. Факт того, что пришлось отказаться от желанного «Муравьиного наездника», немного печалил, но мысли о цели заставляли улыбаться.
— Раз это поможет моему автору преуспеть, этого достаточно.
http://tl.rulate.ru/book/176293/15438326
Готово:
