— Значит, младший сотрудник Ким хочет сказать, что нам не следует брать кредиты, особенно в иенах?
— Да, всё верно.
Директор Хан Суджон, отвечающая за финансы в «Ханю Сильоп» и по совместительству жена представителя Ли Бомсу.
Сейчас директор Хан, стоявшая передо мной, выглядела не как проигравшая, стиснувшая губы и пытающаяся что-то вытерпеть, а как предприниматель, воодушевлённый новым вызовом.
Мы не были знакомы лично, я лишь мельком видел её в тяжёлые времена, но всё равно был искренне рад встретить её спустя долгое время.
— Какова сейчас процентная ставка по кредитам в вонах?
— Около шести с половиной процентов.
— А в иенах?
— Около трёх с половиной.
— Значит, проценты в два раза дороже.
— Да, это так.
— Младший сотрудник Ким, вам самому не кажется это странным? С какой стати нам отказываться от кредита в иенах и брать на себя вдвое большие расходы по процентам?
— Ну... дело в том...
— Я слышала, что устроиться в банк крайне сложно. Если такой умный человек советует кредит с высокой ставкой, то либо для этого есть иная причина, либо вы просто хотите получить больше комиссионных по процентам...
— О! Это вовсе не так!
— Тогда почему?
Я-то выпалил это, но достойный ответ сразу не пришёл в голову.
Не мог же я сказать, что прожил эти пятнадцать лет и знаю: скоро курс иены взлетит так сильно, что проценты вырастут в семь-восемь раз, и у них не будет возможности даже перекредитоваться?
Такой умный человек, как директор Хан, в это просто не поверит.
Думай. Найди убедительное основание...
— Директор!
— Да.
— Вы помните времена МВФ?
— Кто в Корее этого не знает? Все помнят.
— Тогда тоже, когда стоимость иены была очень низкой, случился экономический кризис, который перерос в неподъёмное бедствие.
— Разве тогда курс иены был низким?
— Да. В 95-м году Япония, спасая свою экономику, договорилась со странами G7 о снижении стоимости иены. Благодаря этому курс, составлявший около 920 вон за 100 иен, через два года, в 97-м, упал до 700 вон.
Как вы знаете, слабая иена сильно бьёт по нашей стране. Особенно это касается экспортных товаров, конкурирующих с японскими: за одну и ту же проданную вещь Япония по-прежнему получает 100 иен, а мы получаем не 920 вон, а всего 700.
Из-за этого в 97-м году дефицит счета текущих операций нашей страны вырос, валютные резервы опустели, и дальше, как вы знаете, наступил кризис МВФ. Влияние дешёвой иены было огромным.
И, по моему мнению, сейчас ситуация похожая или даже более опасная.
— В каком плане? Тоже из-за дешёвой иены?
— Ситуация с дешёвой иеной действительно имеет место. Недавно стоимость иены упала на 30%. Но то, насколько она упала, означает, что в будущем у неё большой потенциал для роста. К тому же кредит в иенах, который собирается взять «Ханю Сильоп», имеет плавающую ставку, так что в будущем она, скорее всего, подскочит.
— Тогда мы просто сможем перейти на другой кредит? Разве банк нам этого не позволит?
— Конечно, такое возможно. Но обстоятельства могут измениться.
— Какие обстоятельства?
— Вы ведь берете кредит под залог недвижимости?
— Да, под залог земли и зданий для расширения нашего завода.
— Если проблема, называемая субстандартная ипотека, которая недавно возникла в США, снова захлестнёт Америку, это может оказать огромное негативное влияние и на корейскую недвижимость.
— Ах...
— В таком случае стоимость залогового имущества «Ханю Сильоп» упадет, кредитный рейтинг компании снизится, и из-за потери стоимости залога вам могут потребоваться дополнительные гарантии или средства.
— Но, младший сотрудник Ким, это ведь только ваше предположение о самом худшем сценарии. В реальности этого может и не произойти, верно?
— Это...
Конечно, она могла так думать.
Естественно, трудно доверять словам какого-то желторотого новичка, которого видишь впервые.
К тому же, разве сейчас не период бума на рынке недвижимости и фондовом рынке?
Что же делать...
— Директор, вам эти кредитные средства нужны прямо сейчас?
— Хм... нет. Оборотного капитала на несколько месяцев хватит. Но я боюсь упустить момент для расширения бизнеса при такой хорошей конъюнктуре. К тому же, мало ли что случится, запасные средства всегда должны быть.
— Тогда как насчёт такого варианта?
— Какого?
Я мгновенно прокрутил мысли в голове. Сейчас июнь 2008 года, до банкротства «Роменборус» осталось около трёх месяцев...
— Сначала продержитесь три месяца только на своих оборотных средствах, без кредита.
— А через три месяца?
— Я клянусь жизнью, что либо предоставлю вам кредит на тех же условиях, что и сейчас, либо поддержу вас так, чтобы это принесло «Ханю Сильоп» ещё большую выгоду.
— Что? Клянётесь жизнью ради кредита?
— Директор, если вдруг я не смогу помочь вам получить условия лучше нынешних, я буду работать здесь каждые выходные бесплатно.
— Бесплатно?
На лице директора Хан отразилось крайнее недоумение.
Впрочем, её можно было понять.
— Ха-ха-ха! Дорогая, а мне этот парень нравится. Что скажешь? Хоть у него и нет ещё социального опыта, но смелости рискнуть жизнью ему не занимать. Забавный малый.
Стоявший рядом представитель Ли обратился к своей жене, директору Хан.
— Хм... скажу честно. Это звучит как одностороннее утверждение новичка, только что пришедшего в банк, так что доверия не вызывает.
— ...
— Однако в его словах есть смысл. Кажется, он анализирует ситуацию довольно объективно, и это совпадает с информацией о субстандартной ипотеке, которую я вчера видела в интернете.
«Неужели директор Хан читала мой пост?»
— Да, директор. Не я один думаю об этих опасностях, на эти риски указывают многие эксперты.
— Эксперты? Ну не знаю, та статья не была похожа на экспертную... как бы сказать? Она была написана довольно легкомысленным тоном.
«А... легкомысленным...»
— Я могу немного обсудить это с представителем, прежде чем принять решение?
— Да, конечно. Тогда я подожду снаружи.
— Хорошо. Спасибо.
Я собрал документы и вышел из кабинета.
Перед кабинетом директора располагалось рабочее пространство сотрудников. Делать мне было особо нечего, поэтому я присел на свободное место и достал документы, которые дал мне Помощник менеджера Сим.
Тут я взглянул на участок под завод, идущий под залог...
Район Ёнгын?
Сейчас там сиротливо стоит один-единственный завод «Ханю Сильоп», но позже там появится логистический центр крупного ритейлера, а поблизости построят не только аутлеты, но и курортные объекты.
К тому же совсем скоро там проложат скоростное шоссе, соединяющее этот район с южными регионами.
Вспомнив, как в прошлой жизни «Ханю Сильоп» отдала эту золотую землю за бесценок, я невольно вздохнул.
В этот момент...
— Скрип.
Дверь кабинета открылась.
Я встал, прижимая папку к груди.
Однако взгляд директора Хан, смотрящей на меня... изменился.
За пятнадцать лет работы с бесчисленным множеством клиентов я научился по одному лишь взгляду определять, станет человек моим клиентом или нет.
И как бы это сказать...
Настороженность, которая была в её глазах до этого, исчезла.
Значит, получилось.
— Младший сотрудник Ким, пройдите внутрь.
— Есть.
— Щёлк.
Как только дверь закрылась, директор Хан Суджон улыбнулась мне.
— Для начала мы решили последовать вашему предложению.
«Да-а!»
Впрочем, это ведь я им помогаю, так почему я так отчаянно просил их об этом?
Ну, в любом случае, я делаю доброе дело.
— Спасибо большое, директор.
Я поклонился на девяносто градусов.
— Это скорее мнение представителя. Честно говоря, я до сих пор не уверена до конца.
— Да. Но у меня тоже есть одно условие.
— Условие? Такие вещи нужно обсуждать до переговоров. Внезапно условие...
— Директор Хан, давай послушаем, что за условие.
— ...
После слов представителя Ли директор Хан замолчала и пристально посмотрела на меня.
Я перевёл дух и медленно заговорил.
— Если всё пойдёт так, как я сказал, и я смогу вам помочь, позвольте мне инвестировать в «Ханю».
— Инвестировать?
— Да.
— Как вы знаете, мы не публичная компания. Акции распределены между мной, представителем и несколькими сотрудниками.
— Я прекрасно это знаю. Но в будущем, когда компания вырастет, вам придётся выйти на IPO и вести бизнес совершенно иного масштаба.
— Ха-ха-ха... Директор Хан, ну разве этот парень не забавный?
Директор Хан лишь слегка улыбнулась, глядя на представителя Ли.
— Хорошо, хорошо. Не знаю, какая зарплата у банковского служащего, но копите деньги. Если обещание будет сдержано, я позволю вам выкупить хотя бы небольшую долю.
— Благодарю вас, господин представитель. Могу я теперь идти?
— Постойте, младший сотрудник Ким!
Тихо улыбавшаяся до этого директор Хан окликнула меня.
— Если вы сегодня не принесёте печать, старшие коллеги вас не отругают?
А... точно. Я так пёкся о спасении компании, что совсем об этом забыл.
Сделку с кредитом «Ханю Сильоп», вероятно, уже включили в прогноз результатов этого месяца и доложили в головной офис.
И как мне теперь терпеть бешенство Заместителя начальника отдела Пака?
Всё-таки женщины проницательны и умны.
— Ну... это...
— Вы об этом не подумали, верно?
— ...Да.
— Я видела в других отделениях банков, что показатели засчитываются по-разному. Какое продвижение у вас в этом месяце?
Ого... неужели это великодушное предложение оформить какой-нибудь другой продукт вместо кредита?
У меня аж в горле перехватило.
Скажете, почему мужчина расчувствовался от одного такого слова?
Обычные люди могут не знать, но любой сотрудник розничного отделения банка поймёт. Почему такая тонкая забота и участливая фраза трогают до глубины души...
В этот миг директор Хан была для меня просто светом и спасением.
Определённо, я правильно сделал, что решил спасти «Ханю».
Я ответил тихим, едва слышным голосом:
— Это... банкострахование...
В этом месяце как раз было продвижение банкострахования (страховых продуктов, продаваемых в банке), и мне немного не хватало до плана. К тому же ответственным за это был Секретарь Юн, так что я и так из-за этого переживал.
— Да, я поняла. Тогда в этом месяце вместо кредита оформим банкострахование, я сама позвоню управляющему филиалом.
— Есть! Спасибо огромное, директор!
С этими словами я покинул «Ханю Сильоп».
Мне даже предложили подвезти до банка на служебной машине... Но поскольку я ещё ничего толком не добился, садиться в дорогую машину было как-то неловко, поэтому я дошёл пешком до ближайшей автобусной остановки.
Кстати, время довольно неопределённое, что делать? Поехать сразу домой?
Нет... если я, новичок, только вчера избавившийся от статуса стажёра, вернусь домой, не поставив нужную печать, Помощник менеджера Сим точно взбесится.
Ладно, заскочу в банк, даже если там никого нет. Завтра, если что-то скажут, будет оправдание: «Я заходил в отделение после выезда».
8 часов вечера. Я прибыл к филиалу.
В банке...
К счастью (?), свет был выключен.
И всё же, младший сотрудник уехал на выезд и до сих пор не вернулся, неужели ни один старший коллега не удосужился позвонить? Все либо думают, что поставить печать — дело пустяковое, либо я им просто безразличен...
Да уж. Закаляют младших сурово.
— Ур-р.
Живот заурчал от голода. Время-то было самое подходящее.
Может, зайти в «Кимбап Джоа», съесть тарелку рамёна и пойти домой? Или сразу поехать?
Тем временем, с наступлением сумерек, район, который днём кипел жизнью, погрузился в тишину.
Лишь впереди, в узком переулке, старый уличный фонарь ярко освещал окрестности...
Но...
Что это там?
«Удар!»
«Глухой звук падения!»
На самом краю пятна света от фонаря послышался звук падающего тела.
Что произошло?
Кто-то упал, а двое стоявших рядом людей быстрыми движениями обшарили карманы упавшего и бросились наутёк.
Я сглотнул слюну и осторожно направился к лежащему человеку.
Карманы брюк были вывернуты — видимо, украли кошелёк, а на земле без сознания лежал седовласый старик.
Я потряс дедушку за плечо, пытаясь заговорить с ним.
— Дедушка, придите в себя! Дедушка!
Старик никак не реагировал.
В тот момент, когда я осторожно перевернул его, чтобы приподнять, я увидел знакомое лицо.
Это был дедушка — владелец здания, в котором находился наш филиал.
http://tl.rulate.ru/book/176275/15433708
Готово:
