— Начальник отдела по финансовым деривативам сказал мне, что прибыль составит стократный размер.
Услышав слова вице-президента Чхве Кванхо, я подумал, что он из тех людей, кому по чистой случайности везёт поймать мышь, пока он пятится задом.
«А он азартен и размах у него широкий».
Если он инвестировал, то не меньше миллиарда.
Значит, в случае успеха прибыль перевалит за сто миллиардов.
— Я всегда помню слова начальника отдела Пак Чивона, который при каждой встрече твердит, что ожидаемая доходность — это всего лишь прогноз.
О чём это он?
— И что из этого?
— Я вложился в финансовые деривативы, поставив на рост против обвала таиландского бата. Хоть ожидаемая доходность и ниже, мне показалось, что так будет правильнее.
Ах!
Вот поэтому тем, кому не дано, никогда не везёт.
Бип!
В этот момент зазвонил интерком, соединяющий с секретарём.
— Да, что случилось?
Поскольку я был поглощён разговором, я подошёл к интеркому и спросил секретаря.
— Директор Строительной компании Хосу просит вас зайти в офис. Хочет пригласить на обед.
В каком-то смысле Строительная компания Хосу и Тихоокеанская венчурная компания — это две семьи под одной крышей.
«С чего бы вдруг?»
Впрочем, мне и самому нужно было встретиться с директором Чхве Дэсиком.
Почему?
Потому что инвестиционные средства подошли к концу.
— Понял, иду.
Кабинет Джорджа Сороса в США.
Если вспоминать о самых известных управляющих хедж-фондами, первым на ум придёт Джордж Сорос.
Хедж-фонды используют методы левериджа, используя чужой капитал инвесторов как лестницу, чтобы максимально увеличить доходность собственного капитала.
В некотором смысле ходят слухи, что все мировые финансовые заговоры плетутся именно в гигантских хедж-фондах.
— К 31 марта я вывожу из Таиланда все инвестиционные средства, которыми управляю.
Наконец-то началось.
На самом деле хедж-фонды — это закрытые фонды, которые собирают небольшое число инвесторов с огромными капиталами и извлекают для них враждебную прибыль.
Ради достижения такой абсолютной прибыли они готовы на что угодно.
И хотя из-за максимизации прибыли риски высоки, государственное регулирование в разных странах для них довольно слабое. Если посмотреть на рейтинг управляемых капиталов, то восемь из десяти крупнейших хедж-фондов — американские компании.
— Понял. Мы тоже выводим все свои средства.
Человек, говоривший с Джорджем Соросом, также подтвердил, что заберёт все деньги, вложенные в Таиланд.
Важный факт здесь в том, что, как уже упоминалось, восемь из десяти крупнейших компаний имеют американское гражданство.
Иными словами, Джордж Сорос, выбравший Таиланд в качестве добычи, объединился с американскими хедж-фондами.
В такой ситуации в Юго-Восточной Азии, начиная с Таиланда, неминуемо разразится валютный кризис, по силе превосходящий любой тайфун.
— С конца 1970-х Таиланд ежегодно показывал рост более 7%. Это хорошо откормленная курица, и пришло время ощипать ей перья.
— Я тоже так думаю.
— Начав с Таиланда и стран Юго-Восточной Азии, конечной точкой в результате цепной реакции станет Республика Корея.
— Мне это прекрасно известно.
— Ключ к успеху в том, чтобы наши помощники в Республике Корее не допустили массированного освещения ситуации в Таиланде внутри страны.
Из этих слов становилось ясно, что внутри Республики Корея было много корейских инвесторов под прикрытием иностранных лиц, сотрудничавших с Джорджем Соросом и другими хедж-фондами.
— Юридическая фирма «Тэсан» оказывает нам содействие, так что больших проблем быть не должно.
Удивительно, но юридическая фирма «Тэсан», с которой встречался Ким Мёнсу, была в сговоре с Джорджем Соросом.
— Увидимся на следующем благотворительном вечере.
Ирония судьбы в том, что Джордж Сорос широко известен в США как крупный филантроп.
Кабинет главного партнера юридической фирмы «Тэсан».
[Вы хотите инвестировать в ситуацию государственного дефолта Республики Корея?]
Главный адвокат, сидя в кресле, вспоминал слова, сказанные ему Ким Мёнсу.
[Я хочу встретиться с управляющим Гражданским банком].
Он также вспомнил требование Ким Мёнсу.
[То, чего мы действительно хотим, — это приватизация корейских банков и владение долями в этих приватизированных банках].
Глава юридической фирмы «Тэсан» не мог не вспомнить и слова, сказанные ему кем-то другим.
[Вы говорите, что фонд будет владеть банком?]
[Потому что в конечном итоге в промышленном секторе выживут только банки].
Очевидным фактом было то, что главный адвокат юридической фирмы «Тэсан» был предателем, который ставил личную корысть выше интересов Республики Корея и её народа.
«Ким Мёнсу... этот мальчишка угорь? Или просто вьюн?»
Глава «Тэсана» считал, что если Ким Мёнсу окажется «угрем», то всем стоит серьёзно напрячься.
Адвокат достал мобильный телефон и набрал номер.
Трр, трр!
Щелчок!
— Слушаю, что случилось?
— Вы ведь знаете Строительную компанию Хосу, господин управляющий банком?
— Хосу? Это же середнячок в строительной отрасли, не так ли?
— Вам нужно встретиться с одним наглецом, который прикрывается именем компании Хосу.
— Под наглецом из компании Хосу вы имеете в виду вице-президента Чхве Кванхо?
— Чхве Кванхо? Вы его знаете?
— У него много кредитов, так что он наш VIP-клиент. В любом случае, если вы просите, я встречусь. Наверное, это по тому самому делу.
— Нет, это не Чхве Кванхо, а молодой человек по имени Ким Мёнсу.
— Что?
— Ни вы, ни я не можем вечно играть роль медведя, который только и умеет, что показывать трюки.
— Что вы имеете в виду?
— Если всё получится, все шишки полетят в нас. Чтобы ситуация обернулась нам на пользу, нужно запустить в аквариум одного вьюна, который взбаламутит воду.
— Вьюна?
— Именно. Для начала просто встретьтесь с ним. Хотелось бы, чтобы вы отнеслись к предложению Ким Мёнсу положительно.
— Хорошо. Как-нибудь потом сыграем в гольф.
— До свидания.
Сброс!
Главный адвокат юридической фирмы «Тэсан» положил трубку.
«Угорь или вьюн... Хе-хе!»
Было ясно одно: этот предатель и пособник иностранного капитала замышлял что-то своё.
Кабинет директора Чхве Дэсика.
Когда я открыл дверь и вошёл, там уже была Чхве Сынхи.
— Мы же свернули строительство жилого комплекса.
— И поэтому ты просишь взять кредит под залог этой земли?
Чхве Сынхи упрашивала директора Чхве Дэсика.
«Наши цели совпадают».
Поскольку это был участок, где Строительная компания Хосу планировала строить дома, он должен быть довольно большим. И теперь Чхве Сынхи клянчила у отца кредит под залог этой земли.
«Сколько же ей нужно денег?»
И что она задумала на этот раз?
— Я пришёл,
— сказал я директору Чхве Дэсику, так как они были слишком увлечены спором.
Тот жестом пригласил меня сесть.
— Оппа, ты пришёл!
Рядом со мной Чхве Сынхи всегда словно расцветала.
— В банке проценты по кредиту низкие. Я хочу взять кредит и купить побольше земли в Пангё.
Земля в Пангё?
«После 2000-х Пангё станет местом, где землю не купишь, даже если очень захочешь».
Даже зная, что она дочь строительного магната, я не ожидал от неё такой проницательности.
«Верно, если купить землю в Пангё сейчас, через три-четыре года цена вырастет более чем в десять раз».
Поразительно.
«Но что же делать?»
Мне тоже нужна земля в Инчхоне.
— Я не могу решить это сию минуту.
— Папа, ну поверь же в моё чутьё! Я уже даже посадила саженцы яблони на тех участках, что мы купили.
Посадила саженцы яблони на купленной в Пангё земле?
Это намеренное действие: видя потенциал развития района Пангё, она готовится к получению государственных компенсаций после объявления о застройке.
«Она делает это осознанно?»
Неужели она знает?
Высокопоставленные чиновники, наделённые властью, могут знать, когда начнётся застройка Пангё.
Но хотя Строительная компания Хосу и крепкое предприятие, оно не относится к элите власти. И судя по характеру директора Чхве Дэсика, он не из тех, кто водит дружбу с верхушкой.
Тогда почему Чхве Сынхи так себя ведёт?
«Неужели?»
Мне невольно пришла в голову странная мысль.
— Сынхи, забудь о спекуляциях землёй. Почему бы тебе не сосредоточиться на бизнесе по переработке кимчи?
На слова директора Чхве Дэсика Чхве Сынхи слегка нахмурилась.
— Мёнсу.
Директор Чхве Дэсик обратился ко мне.
— Да, дядя.
— Ты всё слышал, что ты об этом думаешь?
— О чём именно?
— Сынхи хочет, чтобы я взял кредит под залог земли, предназначенной для строительства, и отдал деньги ей. Что скажешь?
— Сынхи не дура, она понимает, что земля не принадлежит юридическому лицу — компании Хосу.
Даже будучи генеральным директором, нельзя распоряжаться инвестициями компании по своему усмотрению. Если Сынхи так настойчиво требует, значит, земля в Инчхоне принадлежит лично Чхве Дэсику, а не компании.
— Да, я владею 100% долей этой земли.
Видимо, поэтому он смог так легко заморозить проект строительства.
— Покупать землю в Пангё на кредитные деньги — это менять большое на малое.
Поскольку я не принял её сторону, Чхве Сынхи обиженно на меня посмотрела.
«Этот взгляд!»
Она смотрела так, будто мы с ней в одной лодке, а я не только не помогаю, но и мешаю. И подавала знаки, чтобы я помалкивал, если ничего не смыслю.
— Менять большое на малое?
— Да. Как вы и сказали Сынхи, если купить землю сейчас — это инвестиция, но позже это заклеймят как спекуляцию недвижимостью. Если покупать на кредитные деньги, велик риск навлечь на себя чью-то немилость.
— И чью же?
В какой-то момент директор Чхве Дэсик впился в меня взглядом.
— Я читал в книгах, что истинной целью развития Каннама в Республике Корее было накопление политических фондов.
— Ходят такие слухи.
Первой причиной развития Каннама была необходимость расширения Сеула. Но настоящей целью было получение политических средств через спекуляции недвижимостью.
«С этой точки зрения...»
Как и в случае с Ильсаном.
Развитие Пангё, скорее всего, во многом затевается ради пенсионных накоплений высших чинов и их приближенных.
— Я не хочу, чтобы Сынхи называли спекулянткой.
— Я тоже так считаю.
— Кроме того, если подходить с экономической точки зрения, трёхкратная прибыль, полученная через пару месяцев, на деле выгоднее десятикратной, которой придётся ждать несколько лет.
— О чём ты говоришь?
— Своё предложение я озвучу чуть позже. Но если за пару месяцев получить тройную прибыль, а потом уже покупать землю в Пангё или где-то ещё, это даст эффект не десятикратной, а тридцатикратной выгоды.
— То есть вопрос лишь во времени, а ты всё равно предлагаешь спекулировать?
— Глупо не брать деньги, когда они сами идут в руки.
— Мёнсу, ты сам сказал, что можно навлечь немилость тех, кто наверху. И при этом предлагаешь потом купить землю в Пангё?
— Если те, кто наверху, будут смотреть на нас сверху вниз, мы навлечём их гнев. Но если мы сосредоточим в своих руках огромный капитал и заставим их служить нам, их недовольство останется лишь их проблемой.
— У тебя есть способ заполучить такой капитал?
Пока мы с директором Чхве Дэсиком разговаривали, Сынхи внимательно следила за моим лицом.
И в какие-то моменты она выглядела поражённой.
«Почему она так удивлена?»
Что именно её так поразило?
«Неужели то же самое, о чём думаю я?»
Возможно ли, чтобы наши мысли совпали?
http://tl.rulate.ru/book/176229/15423716
Готово:
