Объявление на доске изменилось меньше чем за день, но учеников это мало заботило.
Большинство из них интересовались не скрытыми намерениями в правилах или критериях, а тем, как весело провести время на празднике.
Арам, которую притащили к доске подруги, нахмурилась.
Содержание объявления отличалось от того, что она слышала вчера от классного руководителя.
— Тут сказано, что оценка жюри, состоящего из учителей, теперь составляет 30%?
— Говорят, в этом году решили выдать победителю Фестиваля лилий Рекомендательное письмо в школу искусств, поэтому правила изменили ради «честного судейства»...
— Честного?
Хоть они и были детьми, но не были дураками. Чтобы учителя, которые больше двух лет осыпали Ли Хёмин всевозможными льготами и почестями, вдруг стали судьями ради «справедливости» — в такое не поверила бы даже дворовая собака.
— И в этот раз нельзя участвовать группами... Так что мы выступим у тебя на подтанцовке, а ты запишись под своим именем, Арам.
— Эй! Мы же одна команда!
— Для нас это просто хобби, а ты не должна упускать такой шанс. Обязательно получи Рекомендательное письмо! Классный руководитель ведь сам сказал тебе участвовать!
— Это так, но...
Не только судейство, но и сами критерии участия стали нелепо жесткими.
Поскольку в средней школе активность обычно проявляется через кружки или команды, до сих пор почти все выступления были групповыми.
«Оценка жюри. Допускаются только индивидуальные выступления».
Груз ответственности, когда ты выступаешь от имени группы и когда выходишь под собственным именем — вещи совершенно разные.
Кто же рискнет выступать под своим именем, осознавая, что может попасть в немилость к Ли Хёмин и покрывающей её школе?
— Да кто вообще такая эта Ли Хёмин, что ради неё так стараются?
— Эй! Ты же знаешь, что компания её семьи оказывает нашей школе огромную финансовую поддержку...
Ли Хёмин.
Девушка, к которой в школе относились как к принцессе, не была дочерью какого-то общеизвестного чеболя или владельца гигантской корпорации.
Она была внучкой директора известной сети закусочных с жареной курицей, и с момента её поступления школа получала щедрое финансирование.
В условиях резкого сокращения населения и числа учеников школа, находящаяся в финансовом кризисе, не могла не зависеть от этой поддержки, и вместе с этим росло влияние Хёмин.
«Как бы ни было противно, потерплю до выпуска».
С такими мыслями терпели и ученики, и даже учителя.
Проблема возникла, когда она перешла в третий класс средней школы.
Хёмин, гордившаяся своей внешностью, потеряла голову, увидев выступление женской группы, приглашенной на годовщину основания компании её деда.
«Лягушка в колодце».
Именно такой она увидела себя.
После мероприятия, во время ужина с семьей председателя, когда она брала автографы у участниц группы, одна из них сказала:
— Ой! Какая у вас внучка красавица! Ей бы в артистки пойти.
— Кожа такая светлая, она действительно очаровательна.
Участницы группы хвалили Хёмин в знак благодарности пригласившей их компании.
Услышав комплименты от ослепительно красивых онни, Хёмин, не имея никакой базы, с того самого дня заупрямилась: «Буду айдолом».
Директор, обожавший внучку, вложил огромные деньги в одно агентство среднего звена, чтобы Хёмин приняли туда как трейни.
А на школу надавили, чтобы те подготовили Рекомендательное письмо для её поступления в Корейскую школу искусств.
— Господин Ким! Вы разве не слышали распоряжение директора?
— Я подготовлю Рекомендательное письмо, когда придет время.
— Если будете и дальше так упрямиться, я не смогу вас защитить.
Несмотря на давление завуча, классный руководитель, который наблюдал за Арам с первого класса и верил в её талант, втайне собирался отдать письмо именно ей.
Так, на фоне столкновения интересов множества людей, наступила ночь фестиваля.
Лилия.
Этот прекрасный цветок с тремя лепестками считался благородным и чистым. Ему придавалось даже религиозное значение, и он долгое время был символом королевских династий и монастырей.
Школа Арам, престижная частная средняя школа, которая до десяти лет назад была исключительно женской, а затем перешла на совместное обучение, сохранила в себе множество наследий тех времен.
— Говорят, в этот раз выступят всего две команды?
— Нет, если выступят две команды, это займет минут десять, а что делать оставшийся час, отведенный на Фестиваль лилий?
— Сказали, что для «честного судейства» будет проводиться публичный подсчет голосов.
— Они с ума сошли?
На традиционном школьном Фестивале лилий выступления учеников всегда были завершающим этапом.
После этого ученики отдавали бумажные лилии, которые служили входными билетами, тем командам, чье выступление им понравилось.
Тому, кто набирал больше всех бумажек, давали первое место, но, в духе фестиваля, подарки получали все участники, и никогда раньше не было официального вскрытия урн для проверки рейтинга.
Ученики, сидевшие в большом актовом зале в ожидании концерта, зашумели, узнав факты, которые они упустили в праздничной суете.
— Итак! Мы начинаем финал Фестиваля лилий! Выступления наших учеников!
— Ура-а-а!
— Хлоп-хлоп-хлоп!
Когда на сцене появился ведущий и бодро объявил начало, атмосфера изменилась, послышались радостные возгласы и аплодисменты.
— И первой на сцену выходит ученица 5-го класса 3-го года обучения — Чхве Арам!
После представления Чхве Арам и её подруги вышли на сцену для подготовки.
В возбужденной атмосфере подготовка завершилась, и началось шоу.
Когда единственный луч прожектора осветил Арам, зазвучала спокойная мелодия клавишных.
Это был монотонный звук электронного пианино, но мелодия была знакомой — известный хип-хоп трек.
Высокомерный взгляд, приподнятые уголки глаз,
Уверенный шаг, я двигаюсь вперёд,
Это я, мой стиль, мой ATTITUDE.
Из уст Арам полился негромкий, но с чистейшей дикцией рэп.
Несмотря на то, что агрессивный куплет оригинала был переаранжирован в спокойном стиле, песня была настолько популярной, что ученики тут же начали подпевать.
Ближе к концу первого куплета звук клавишных внезапно оборвался.
В момент краткого замешательства вспыхнуло больше огней, и за спиной Арам появились пять танцоров. Когда они начали двигаться, зал взорвался криками.
— Ура-а-а!
Когда из динамиков загремел мощный бит оригинала, Арам, одетая в белое среди танцоров в черном, начала танцевать вместе с ними.
Это мой истинный облик! Ты влюбишься в меня!
Я покажу всё, предстану такой, какая я есть!
Сотри образ прежней меня и посмотри!
Когда она, танцуя, вышла на край сцены, призывая зал к поддержке, ученики, хорошо знавшие песню, повскакивали с мест и запели хором.
I’m gonna new world
I’m gonna new world
Знакомая песня, зажигательный ритм, атмосфера праздника.
Когда эти три элемента сошлись воедино, ученики, словно волна, поднялись со своих мест.
Кто-то весело качал головой в такт, смеясь, когда волосы закрывали лицо.
Вскоре пять минут пролетели, и полное страсти выступление завершилось.
— Итак! Вам понравилось первое выступление?
— Да-а-а!
Ученики громко ответили ведущему.
Хотя номеров было всего два, с самого начала установилась атмосфера настоящего концерта, и всем стало любопытно, что будет дальше.
— Второе выступление представит ученица 5-го класса 3-го года обучения — Ли Хёмин! Потрясающий перформанс вместе с профессиональной танцевальной командой! Освежающее шоу, которое затмит всё предыдущее! Начинаем!
Ведущий от компании-организатора произнес откровенно предвзятую речь и удалился.
Шу-шу-шу.
На сцену вышли около десяти человек, устанавливая декорации и реквизит.
Долгое время они монтировали деревянные конструкции, словно готовили сцену для музыкального телешоу.
Спустя пару минут приготовления закончились, и на сцене появилась Ли Хёмин в сопровождении семи профессиональных танцоров.
Она была наряжена как принцесса — в пышное платье и с тиарой на голове, а за её спиной стояли танцоры в масках.
Па-па-па-пам!
Свет ослепительно залил сцену, и зазвучала известная танцевальная мелодия.
Танцоры кружили вокруг Хёмин, создавая эффект распускающегося цветка.
Однако в зале, который еще мгновение назад кипел от восторга, воцарилась тишина, словно на всех вылили ушат холодной воды.
Она просто открывала рот под фонограмму, а дорогущие декорации совершенно не вписывались в скромный школьный зал.
Главным же было то, что хотя танцоры двигались превосходно, они не были учениками, и на их фоне полное отсутствие танцевальных навыков у Хёмин в центре выглядело еще более плачевно.
К тому же, после великолепного выступления Арам ожидания зрителей возросли, что сделало разочарование еще сильнее.
Возможно, было бы лучше, если бы Хёмин не жадничала и выступила первой.
Почувствовав холодную атмосферу, она, закончив четырехминутный танец, поспешно покинула сцену.
— Итак! Ребята, как вам великолепный финал нашего фестиваля?
В зале стояла тишина.
— Что ж, я удаляюсь. Слово предоставляется нашим уважаемым судьям.
Ведущий быстро передал микрофон директору и скрылся за кулисами. Директор поднялся на трибуну.
— Теперь мы проведем голосование по сегодняшним выступлениям.
По слову директора сотрудники школы вынесли большие прозрачные пластиковые баки с номерами.
— Это еще что?
— Почему на них номера?
Среди учеников нарастало недовольство.
Обычно после фестиваля ребята сами подходили к понравившейся команде, отдавали голоса, общались и расходились.
Никто не принуждал их делать выбор перед лицом директора, глядя на баки с цифрами «1» и «2».
Директор, поставив баки перед собой, подозвал учителей и велел им встать позади, наблюдая.
— Итак, голосование начинает председатель школьного совета.
Председатель совета, которого вызвали первым, встал, кусая губы под этим тяжелым давлением.
http://tl.rulate.ru/book/176227/15423229
Готово:
