Как и в прошлой жизни, в этом мире, где люди умирают еще легче, обладание лишними знаниями — верный способ навлечь на себя смерть.
Большинство пренебрегает этим фактом ради сиюминутной выгоды (и потому часто гибнет), но я, как мне кажется, до сих пор успешно избегал подобных опасностей.
Однако недавний Инцидент с принцессой заставил мои мысли немного измениться. Я осознал, что в обществе с жесткой сословной иерархией добиться успеха собственными силами, полагаясь лишь на обычные старания, практически невозможно.
Вернее сказать, рассудком я это и раньше понимал. Мне просто не хватало решимости признать это и пойти на риск.
Хоть это и не входило в мои планы, раз уж я ввязался в тайны международного масштаба, стоит собрать как можно больше информации. Знание иногда бывает ядом, угрожающим жизни, но раз уж я «оседлал тигра», обилие сведений может стать моим спасательным кругом.
— Урта по натуре не выносит замкнутых пространств. Работа на орудийной палубе для него... — когда я осторожно высказал свое возражение, Тейлор с недовольным видом издал короткий стон и ответил:
— Хм, ну что ж... Думаю, стоит спросить мнение самого Урты.
— Да, спасибо за понимание. Кроме того, у меня есть пара вопросов.
— У меня не так много времени, но на простые вопросы я отвечу. Тем более что мне еще нужно подумать над твоей должностью...
«А? Просто матрос... Ну, в лучшем случае — доверенный человек старшего помощника капитана, разве не это мое место?»
Да и на этом корабле не так много свободных должностей. В крайнем случае мне могли бы дать звание второго или третьего штурмана, но для меня, освоившего искусство навигации лишь поверхностно, это было бы чересчур.
Чтобы стать штурманом, нужно как минимум закончить навигационное училище или по-настоящему глубоко изучить профессию. В отличие от другой корабельной работы, где опыт нарабатывается физическим трудом, умение читать и составлять морские карты, знание ветров и течений, характеристик разных судов и особенностей акваторий — то есть всё, что касается искусства управления кораблем и навигации — нельзя освоить просто «на ходу».
Здесь требуется скорее пласт знаний, чем просто навык, поэтому научиться этому, подглядывая через плечо мастера, крайне трудно. Более того, морская карта сама по себе является секретным документом, а управление кораблем напрямую связано с его судьбой, так что даже у опытных матросов не так много точек соприкосновения с этой областью.
— Есть ли для меня на этом корабле отдельная должность? Я ведь почти ничего не смыслю в искусстве навигации или управлении судном.
— Об этом буду думать я. Так какой у тебя вопрос?
— Ах, та причина, по которой вы решились на лобовое столкновение с пиратами... Это были те особые снаряды?
Тейлор на мгновение замолчал, подперев подбородок рукой, а затем ответил с горькой усмешкой:
— Верно. Раз уж мы теперь в одной лодке, тебе можно это знать... Ты прав. Это магический снаряд, секретная разработка нашей страны. Как видишь, мощь у него приличная. Пираты — народ такой: стоит им понести крупные потери, они сразу пускаются в бегство. Я решил, что с четырьмя судами мы справимся.
— Могу ли я узнать об этом снаряде подробнее?
— Хм-м... Об этом я бы просил тебя не распространяться даже среди друзей...
Выйдя из каюты старшего помощника капитана после беседы с Тейлором, я невольно усмехнулся.
Во-первых, магический снаряд.
Оставим в стороне его сомнительную мощь, но когда я услышал цену, то не на шутку перепугался — стоимость одного выстрела превышала 100 000 росс. Снаряды сами по себе — удовольствие не из дешевых, но для корабельного орудия с его отвратительной точностью 100 000 росс — это запредельная сумма. Даже для прототипа такая цена делает массовое производство практически невозможным.
Хуже того, всего один залп привел к появлению трещины на одной из четырех бронзовых пушек. То есть после последнего выстрела они не «просто прекратили огонь», а физически не могли его продолжать. Грубо говоря, отсутствие видимых повреждений на остальных трех пушках не гарантировало, что они не взорвутся при следующем залпе.
Во-вторых, Тейлор, поразмыслив, определил мою должность. Об этом объявят после того, как мы зайдем в порт, реализуем захваченное судно и пополним поредевшие ряды команды, но я стану адъютантом.
Адъютант — профессия не новая и не редкая. В армии так называют штабных офицеров при командующем, адъютанты есть у министров в королевском дворце или у высокопоставленных дворян. Даже в крупных торговых гильдиях так называют помощников, ведущих дела под началом главы гильдии.
Но я впервые слышу о том, чтобы адъютант был на корабле.
Поскольку такой должности раньше не существовало, мои обязанности тоже весьма туманны. Сказали, что я должен помогать капитану и старшему помощнику во всем, что касается планов мореплавания.
У меня нет права прямого командования матросами, как у боцмана или штурмана, и нет подчиненных в личном распоряжении, как у артиллерийского офицера или командира морской пехоты. Со всех сторон неопределенная должность. Честно говоря, я совершенно не представляю, что мне предстоит делать.
Спустя еще два дня пути «Иклона» благополучно зашла в порт Делла.
Наше прибытие вызвало в порту небольшой переполох, так как мы гордо вели за собой галеру с явными следами боя, но, пришвартовавшись без особых проблем, мы приступили к восстановлению сил. Поскольку после сражения кораблю требовался профессиональный ремонт, было объявлено, что мы пробудем здесь около десяти дней.
Услышав о десятидневной стоянке, я понял, почему Тейлор именно в тот момент предложил мне присоединиться. Он наблюдал за мной и наверняка заметил, что я с некоторым подозрением отношусь к «Иклоне». К тому же, использование магического снаряда лишь усилило бы эти подозрения, а при долгой стоянке риск моего побега значительно возрастал.
Стало немного горько, но, с другой стороны, я хоть и подвергся риску, зато получил шанс для рывка, а Тейлор заполучил хорошего матроса (?). Так что это можно назвать ситуацией «вин-вин».
Когда на пристань, где стоят корабли, опускается тьма, там воцаряется тишина, но в развлекательных кварталах порта с приходом ночи жизнь начинает бить ключом.
Матросы с прибывших сегодня судов, изливая гнев на прокисшее пиво и дешевый ром, которые им приходилось пить в море, поглощают выпивку в тавернах так, будто хотят осушить запасы до самого дна. Звери, сошедшие на берег несколько дней назад и уже утолившие первую жажду, собираются кучками, чтобы поиграть в азартные игры или неуклюже приударить за шлюхами, вовсю кокетничающими на каждом углу.
Те, кому завтра выходить в море, снова неистово пьют, играют или изо всех сил стараются напоследок насладиться женским телом, ставшим уже привычным за эти дни. Конечно, женщины вряд ли обратят внимание на матроса, который уходит завтра и чьи карманы уже пусты. Их внимание приковано к «новичкам», которые останутся надолго, а точнее — к тем, у кого еще много денег.
Да, в этом и была проблема.
Похоже, слухи уже разлетелись: охотников за наградой (деньгами от продажи галеры, которые капитан выплатил авансом еще до самой продажи) среди тех, кто следил за нашей командой, было предостаточно.
Когда кто-то, притворившись пьяным, пошатнулся и попытался незаметно просунуть руку мне за пояс, я перехватил его запястье и безжалостно вывернул его.
— А-а-а-а-а!
— В следующий раз пущу в ход нож, запомни.
Стоило мне отпустить его руку, как он тут же принял боевую стойку и отступил. Как я и думал: пьян он был как сапожник только на вид, а на деле — трезв как стеклышко. Стиснув зубы, он баюкал правую кисть, а в его глазах полыхала ярость.
«Ах... может, стоило просто сломать ее?»
— Ах ты щенок! Да как ты смеешь моего друга!..
— Паршивец! Я тебе обе руки переломаю!
Как и следовало ожидать, четверо мужчин за соседним столом вскочили, будто только этого и ждали, и разразились бранью.
Я невольно вздохнул. За сегодня это уже в третий раз. Именно из-за этого у Урты под левым глазом красовался наливающийся синевой фингал. Похоже, сегодня спокойно выпить не получится.
Тут же завязалась потасовка. Краем глаза я заметил трактирщика, который, вздохнув, смотрел на всё это с видом полнейшей обреченности.
К счастью, драка закончилась за пять минут, оставив на полу заведения десяток истекающих кровью мужчин. Поскольку начиналось всё как три на пять, можно сказать, что мы перевыполнили план.
В матросских кабаках, где драки — дело обыденное, мебель почти не пострадала. Разбилось несколько деревянных тарелок да ложек, на пол пролилась выпивка и вывалилась еда, но это мелочи...
Как бы то ни было, аппетит пропал, да и обстановка не располагала к трапезе, поэтому я бросил трактирщику попавшуюся под руку серебряную монету и быстро вышел наружу. Поскольку мы толком не поели и не попили, одной серебряной монеты должно было хватить с лихвой.
Есть перехотелось окончательно, но нужно было где-то заночевать, поэтому я не спеша побрел на поиски другой таверны с комнатами, как вдруг услышал сзади раздражающий звук.
Шаги. Кто-то шел за нами с самого момента выхода из кабака. Я остановился и, обернувшись, произнес:
— Кто это? Кто это за нами увязался?
Думаете, я слишком беспечен? Преследователь не пытался прятаться, и хоть их было несколько, по звуку шагов я понял — это женщины. В отличие от некоторых других миров, где стоит опасаться женщин, детей и стариков, в этом мире уровень угрозы от женщины крайне низок.
http://tl.rulate.ru/book/176148/15399321
Готово:
