Десяти лет было более чем достаточно. После пробуждения личности гипнотизёра Финна и обретения навыка Символического гипноза Тастак, Ван Иян осознал, что его таинственная система со временем достигнет воистину непостижимых высот. Что там десять лет — он рассчитывал, что всего через год сможет с лёгкостью раздавить Чжун Цаня как букашку.
Тем более, учитывая все его поступки, даже пуля в лоб не стала бы чересчур суровым наказанием.
Обменять жизнь на десятилетнюю верность — крайне выгодная сделка. В конце концов, отпускать его потом или нет, будет зависеть лишь от расстановки сил. Очевидно, Чжун Цань рассуждал точно так же, поэтому согласился не раздумывая.
Он был абсолютно уверен, что с его возросшей силой и скоростью развития через десять лет не останется никаких методов, способных удержать его под контролем.
— Хорошо. Но как ты собираешься гарантировать, что я не нападу на тебя, как только выйду? Ты ведь не поверишь одним лишь моим словам?
— Всё предельно просто, нужна лишь небольшая страховка, — спокойно ответил Ван Иян. — К тому же, я нашёл путь для дальнейшего развития боевых искусств. Следуй за мной, и ты обретёшь надежду пробить свой текущий потолок.
Услышав это, Чжун Цань резко вскинул голову. Его глаза, сверкающие, словно огранённые драгоценные камни, впились в стоящего за стеклом Ван Ияна.
— Ты уверен?
— Мне нет смысла тебе лгать.
— Что от меня требуется? — Чжун Цань опустил голову, но в его голосе отчётливо зазвучали живые нотки. Если до этого он говорил монотонно и безразлично, то теперь в интонациях проскользнул неподдельный энтузиазм.
Ван Иян ненадолго задумался.
— Вживление чипа. И... немного поспать, — он сделал жест рукой.
Двое бойцов позади тут же шагнули вперёд, открыли вентиляционное отверстие в верхней части камеры и пустили внутрь мощный усыпляющий газ. Порции анестетика, похожие на густой туман, непрерывно заполняли замкнутое пространство. Чжун Цань спокойно прикрыл веки и, оставаясь сидеть на полу, вскоре бессильно свесил голову, погрузившись в глубокий сон.
Этого количества газа хватило бы, чтобы свалить пару взрослых слонов. Для нейтрализации мастера боевых искусств уровня Великого Идеала этого было более чем достаточно.
Ван Иян ждал. Он не спешил открывать дверь, продолжая стоять снаружи. Через пятнадцать минут, когда газ полностью подействовал, систему переключили на вытяжку.
— Дайте мне маркер. Красный.
— Есть.
Вскоре красный маркер лёг в ладонь Ван Ияна. Он медленно подошёл вплотную и принялся вырисовывать на прозрачном стекле символ за символом.
Символический гипноз Тастак, которым он овладел, полагался в первую очередь на звуки и зрительные образы для погружения жертвы в транс. Глубина воздействия зависела от воли и концентрации внимания объекта. Чем сильнее человек напряжён или, наоборот, расслаблен, тем легче его загипнотизировать.
Лишь крайние эгоцентристы, находящиеся в состоянии душевного покоя и расфокусированного мышления, с трудом поддавались влиянию. Иными словами, сложнее всего было пробить защиту зацикленных на себе параноиков или душевнобольных, живущих в собственных иллюзиях.
В арсенале Символического гипноза Тастак имелось два инструмента: словесные команды и написанные от руки руны. Символы не имели жёстко заданной формы; главное — чтобы они притягивали взгляд. Именно поэтому Ван Иян выбрал красный цвет.
Спустя несколько минут.
Он покрыл стекло плотной вязью гротескных закорючек. Эти знаки, похожие на выведенные свежей кровью руны, извивались и казались абсурдными. Они притягивали к себе, заставляя наблюдателя цепенеть, не в силах отвести взор.
Вскоре внимание всех пятерых охранников, включая Джина, оказалось полностью приковано к алой паутине. Их движения становились всё медленнее, пока вовсе не замерли, а взгляды словно намертво приклеились к стеклу.
«Какое же внушение заложить?» — Ван Иян слегка прищурился.
Символический гипноз Тастак был лишь одной из техник быстрого гипноза в арсенале Финна. Весьма полезной, но ограниченной. Максимальный эффект сводился к внедрению в подсознание человека крохотной программки.
Программки, которая не должна вступать в конфликт с базовым инстинктом самосохранения. И как только загипнотизированный сталкивался с заранее установленным триггером, эта установка запускалась. Например, побуждала совершить простое действие, выполнить команду или внезапно ощутить странную мысль.
Безусловно, при индивидуальной работе можно было достичь большего — заставить жертву погрузиться в галлюцинации из её собственного прошлого, как это случилось в баре. Но сейчас он воздействовал на группу. Эффективность неизбежно падала.
Ван Иян немного подумал.
— Когда я спрошу: «Верен ли ты мне?», вы должны от всего сердца произнести десять раз: «Я верен боссу Ван Ияну».
Его голос плавно и размеренно раскатился по подземному залу. Благо, помещение было небольшим, и каждый отчётливо слышал эти слова.
— А теперь ответьте мне: верны ли вы мне?
— Я верен боссу Ван Ияну. Я верен боссу Ван Ияну...
Раз за разом все присутствующие монотонно повторяли фразу, глядя в пустоту остекленевшими глазами. Со стороны это казалось бессмысленным бредом, но многократное повторение превращало фразу в мощное самовнушение. Есть поговорка: ложь, повторённая много раз, становится правдой.
Для подсознательных установок это правило работало безотказно. А в сочетании с визуальными стимуляторами гипноза Тастак эффект усиливался многократно.
Все, словно помешанные, хором твердили мантру, пока не произнесли её ровно десять раз. Выглядело это глуповато, но Ван Иян знал: стоит лишь регулярно проводить такие сеансы, и эта группа станет безоговорочно преданной ему. Без тени сомнений.
Как только гул голосов стих, Ван Иян провёл ладонью по стеклу, смазывая узор и разрушая целостность кроваво-красных символов. Все в подвале вздрогнули, мгновенно приходя в себя, и продолжили заниматься своими делами, словно напрочь забыв о произошедшем.
Вскоре Чжун Цаня вытащили из камеры. Ожидавший неподалёку хирург тут же приступил к делу: продезинфицировал участок кожи, накрыл грудь стерильной салфеткой и начал вживление чипа. Устройство установили в непосредственной близости от сердца.
Микросхема размером с ноготь могла в долю секунды выдать разряд тока, парализующий всё тело. А в критической ситуации — физически сдетонировать. Мощность взрыва была такова, что кусок высокопрочного бетона размером с Чжун Цаня разлетелся бы в крошево.
Операция оказалась пустяковой и заняла всего пять минут.
Пленника оставили снаружи, вкололи антидот к снотворному и оставили приходить в себя. Тем временем Ван Иян отослал всех подчинённых прочь и принялся исписывать стены подвала причудливыми кроваво-красными знаками. Он собирался провести сеанс гипноза над Чжун Цанем!
...
Северный район, мотель «Спокойствие».
Настенные часы издавали тихое, мерное тиканье. Стрелки показывали пятнадцать минут четвёртого. Глубокой ночью в холле дежурила лишь хозяйка заведения, увлечённо играющая в мобильную игру.
Её волосы были обмотаны торчащими во все стороны бумажками для завивки, а тучное тело обтягивало жёлтое платье. Издали она напоминала расколотый пополам толстый дуриан.
Шшш.
Входная дверь беззвучно приоткрылась. Внутрь хлынули фигуры в чёрном с пистолетами-пулемётами с глушителями наперевес, опоясанные пулемётными лентами и облачённые в бронежилеты. Несколько человек обменялись знаками.
Один шагнул к стойке и точным ударом ребра ладони вырубил хозяйку, даже не отрывавшую взгляд от экрана.
Остальные гуськом скользнули в коридор. Половина отряда заблокировала лифты, остальные бесшумно метнулись по ступеням вверх. Вскоре они подобрались к номеру Кун Пина и Гу Фу — дешёвой ночлежке, где даже не требовалось предъявлять паспорт.
Дверь не нужно было взламывать силой — под ней зияла узкая щель. Один из бойцов заученным движением извлёк тонкую иглу, просунул её в зазор, затем присоединил к её концу жёлтый баллончик, похожий на рыбий пузырь, и с силой сжал его. Бесцветный газ бесшумно потёк в помещение.
Наёмник терпеливо ждал, пока ёмкость не опустела до конца. Затем он бросил взгляд на наручные часы, засекая время. Две минуты спустя один из чёрных силуэтов перехватил дверную ручку, а другой поднёс к электронному замку прибор и мягко провёл им по панели.
Щёлк. Замок поддался.
Дверь медленно отворилась. В темноте номера стоял рыжеволосый юноша и с улыбкой смотрел на незваных гостей.
— Доброй ночи.
Гу Фу приветственно поднял руку.
БУМ!!
Сбоку красной молнией вылетел Кун Пин и всей массой врезался в стоящих на пороге наёмников. Мужчин отбросило назад, словно от выстрела из пушки. Они впечатались в стену коридора, щедро окатив её веером кровавых брызг.
Кун Пин невозмутимо выпрямился, возвращая правую руку в нормальное положение.
ТРА-ТА-ТА-ТА!!!
С обоих концов коридора оставшиеся бойцы открыли шквальный огонь. Плотный град пуль из пистолетов-пулемётов сплёлся в смертоносную сеть, накрывшую Кун Пина и Гу Фу. Но юноши лишь лениво подняли руки, и перед ними вспыхнул тонкий защитный экран.
Свинцовый ливень безупречно увяз в световом барьере.
— Ты берёшь левых, я правых, — Кун Пин медленно перешагнул порог, внезапно оторвался от пола и в прыжке взмахнул правой рукой.
ВЖУХ!!
От локтя до кисти его рука резко расщепилась, распадаясь в воздухе на десяток крошечных металлических устройств. Каждый механизм мгновенно взял на прицел одного из противников справа и с невидимым реактивным следом рванул вперёд.
ПФУ-ПФУ-ПФУ-ПФУ!!
Коридор наполнился влажным чавканьем рвущейся плоти. Все боевики на правом фланге получили смертельные попадания. Не выжил никто.
Металлические устройства вынырнули из пробитых черепов, послушно вернулись к Кун Пину и с лязгом срослись обратно в функционирующую конечность. С непроницаемым лицом он обернулся. На другом конце коридора Гу Фу с улыбкой опустил руку и показал жест "ОК".
— Снаружи остались ещё. Возьми кого-нибудь живьём, — в очередной раз напомнил он.
Кун Пин кивнул и быстрым шагом направился к лестничной клетке. Едва он завернул за угол, как резко вскинул руку, закрывая левую половину лица.
БАБАХ!!
Слева прогремел оглушительный взрыв. Багровое пламя мгновенно пожрало фигуру юноши. Снизу ударил шквальный огонь, безумно поливающий эпицентр взрыва свинцом.
Когда зарево угасло, Кун Пин медленно спустился по ступеням, вынырнув из клуба сизого дыма. Все пули застыли в воздухе на расстоянии метра от его тела. В его левом глазу зловеще разгорался алый свет.
СВИСТ!!
В то же мгновение из пустоты перед ним выстрелил десяток прозрачных шипов силового поля, веером обрушиваясь на оставшихся наёмников на первом этаже. Каждый шип достигал длины ладони и казался сотканным из затвердевшей воды с бритвенно-острыми гранями. Снаряды бешено вращались в воздухе, обретая чудовищную пробивную мощь.
Люди внизу даже не успели среагировать, как прозрачные лезвия пронзили их переносицы. Тела безвольными кулями осели на пол. Холл на первом этаже мотеля в одночасье превратился в бойню, усеянную пулевыми отверстиями и лужами крови.
— Цк-цк-цк, Кун Пин, ты освоил костюм Жнеца гораздо лучше меня. Уже способен формировать силовые шипы?
Гу Фу вышел из-за спины товарища. Его правая рука медленно меняла цвет с металлического хрома на нормальный телесный оттенок. Кун Пин не ответил.
Он буравил взглядом дальний угол комнаты.
— Выходи.
Из-за барной стойки с алкоголем, трясясь всем телом, медленно поднялся уцелевший наёмник.
— Не... не убивайте! Я всё скажу!!
— всхлипывая, взмолился он.
— Кто вас прислал? — бесстрастно спросил Кун Пин.
— Мы... мы из отдела безопасности! — заикаясь, ответил человек в чёрном.
— Это Ван Иян! Начальник Ван! Это он приказал нас прикончить вас!!
Только не убивайте! Я же всё сказал!! — в отчаянии закричал он.
— Он не врёт, — тихо произнёс Гу Фу за спиной товарища.
Кун Пин погрузился в молчание.
Скрип.
Изрешечённая пулями входная дверь вдруг со скрипом отворилась. На пороге, заливаемая лунным светом, возникла высокая долговязая фигура и медленно шагнула в холл.
— Рад знакомству.
Вошедший снял круглую шляпу, скрывавшую его лицо.
— Я Ван Иян.
http://tl.rulate.ru/book/176124/16174683
Готово:
