— ...Что?
Я не поверила своим ушам.
Стоявшая рядом Дейзи чуть не выронила чайник. Ловким движением поймав его, она с облегчением выдохнула.
— Я благодарна за столь щедрое предложение, но...
Стоило мне намекнуть на отказ, как глаза Дейзи, предчувствовавшей неладное, расширились.
Ее карие глаза, уставившиеся на меня, словно кричали:
«Скорее продавайте!»
Вероятно, она хотела сказать именно это. Однако у Дейзи была настолько мягкая внешность, что даже такой пристальный взгляд не вызывал у меня чувства опасности.
— Я вынуждена отказаться.
Поэтому я сделала вид, что не заметила отчаянного взгляда Дейзи. Взор Киллиана, устремленный на меня, стал более глубоким.
— Я хотел бы услышать причину, по которой вы забрали эту ферму у герцога.
«С чего бы мне тебе это рассказывать?»
Я лучезарно улыбнулась и завуалированно выразила свою мысль:
— Полагаю, причина та же, по которой Ваше Высочество сейчас пытается купить ее за сто тысяч золотых.
— ...
Киллиан, видимо, понял мой подтекст и тихо рассмеялся.
— Вы действительно в этом так уверены?
— ...Да, я уверена.
Что это с ним? К чему эта многозначительность?
— Вы во многих смыслах интересный человек, юная леди Эдит.
То, как он обратился ко мне, изменилось. Неужели я приглянулась Демону? От такого внимания я бы предпочла вежливо отказаться...
— Ваше Высочество — первый, кто говорит мне подобное.
— И что же вы слышали чаще всего?
Я запнулась. Говорить ему или нет?
Если честно, чаще всего в свой адрес я слышала только грубые ругательства.
Покинув герцогский замок, я обрела небывалое спокойствие души и тела.
— Вам может быть неприятно это слышать, Ваше Высочество. Вы уверены?
Киллиан кивнул, давая знак, что он не против. Ну, он же Демон, так что ругательства вряд ли заденут его чувства. С облегчением я заговорила:
— Наглая дрянь, ничтожество, ублюдок... что там было еще?
Ах, чуть не забыла.
— Убийца.
После моих слов воцарилось довольно неловкое молчание.
Не выдержав, Дейзи, стараясь разрядить обстановку, засуетилась, подливая чай:
— Ой! Чай-то остыл! Хо-хо-хо!
Чувствуя, что я тоже подпортила атмосферу, я решила сменить тему:
— Кстати, Ваше Высочество. Благодарю за помощь в деле об Инциденте с экипажем.
Эта благодарность была искренней. Киллиан удивленно приподнял бровь, а затем улыбнулся.
— Как насчет того, чтобы выразить свою благодарность, отдав мне Ферму Джоан?
— Это уже слишком...
Я замялась, не зная, что ответить. Киллиан, словно и не ожидая согласия, поднялся со своего места.
— Что ж, мне пора. Благодарю за чай.
— Я рада, что он пришелся вам по вкусу. Позвольте проводить вас до экипажа...
— Не стоит. Из-за моего внезапного визита вы наверняка не могли сосредоточиться на делах. Возвращайтесь к своей работе.
Это был вежливый отказ, но тон его оставался безупречно джентльменским и мягким. Пораженная его проницательностью, я молча смотрела, как он уходит.
«Если Демон это понимал, зачем пришел без предупреждения? Неужели действительно только ради бизнеса?»
— Послушай, Дейзи. Как великий герцог обычно... расправляется с конкурентами?
Насколько я знала, если кто-то перехватывал то, на что нацелился Киллиан, или крал у него что-то... с ним расправлялись весьма неприятными способами.
— Хм, я не знаю.
Дейзи, хоть и была давней поклонницей Киллиана, знала о нем только из газет, поэтому лишь покачала головой.
— Ну, не станет же он убивать вас, хо-хо.
Я быстро позвала Генри. В таких делах его осведомленность была весьма кстати.
— Что случилось?
— Я хочу кое-что спросить... Это касается великого герцога Орфео.
Задав тот же вопрос, я с тревогой ждала ответа. Пусть реальность окажется далекой от моих догадок...
Однако Генри ответил так, будто это было само собой разумеющееся:
— Они либо внезапно проигрывали всё состояние в азартные игры, либо становились жертвами мошенничества. В общем, все до единого превращались в нищих.
Что ж, сегодня мне определенно не везло.
Заметив мое выражение лица, Генри, мгновенно побледнев, спросил:
— В-в-в-вы ведь не...?
Ситуация, в которой я не могла отрицать очевидное, была просто абсурдной. Схватившись за лоб, я пробормотала:
— Ох, с ума сойти можно...
Глубокой ночью, когда в лесу ухали совы, в кабинете Замка Орфео кипела работа.
Вопросы, которые должны были быть вынесены на повестку дня на завтрашнем Большом совете в Императорском дворце, были куда важнее обычного.
В частности, кто-то подал прошение о наказании Великого герцогства Орфео, подозревая его в уклонении от уплаты налогов.
Обычно инициатор подобных предложений остается анонимным, и аристократы, участвующие в совете, не знают его имени, но...
— Интересно.
Было одно исключение — Киллиан Орфео. Не будет преувеличением сказать, что он знал все секреты Империи, и имя этого человека не могло остаться для него тайной.
— Решили отомстить за судебное разбирательство таким способом.
Киллиан взял один из документов, лежавших на столе.
Это были бумаги с требованием разъяснений по поводу уклонения от налогов.
Под подозрение попало немало предприятий, и для решения этой проблемы в кратчайшие сроки требовалось огромное количество людей.
Зачинщиком этой неприятной затеи был герцог Адельхайт.
Подача подобного предложения в такой момент означала, что он даже не пытался скрыть своего участия, несмотря на анонимность.
— Я не хотел идти, потому что там одни скучные люди, но, похоже, этот совет не будет тоскливым.
Хотя Киллиан и сказал это с интересом, его лицо оставалось абсолютно бесстрастным. Словно подобные козни были для него не более чем легкой щекоткой.
С другой стороны, Расс Марти, чьи плечи уже отяжелели от убийственного объема работы, тяжело вздохнул.
Ему казалось, что времена, когда он помогал леди Диэль с судом, были просто сказкой.
Внезапно Расс Марти заговорил:
— Однако я был немного удивлен.
— Чем?
— Насчет леди Диэль...
Слова вырвались у него неосознанно. Поняв свою оплошность, он хотел было замолчать, но уже привлек внимание великого герцога.
Под пристальным взглядом, велевшим продолжать, Рассу пришлось закончить мысль:
— Я вспомнил то, что читал в газетах. Герцог Адельхайт давал интервью, в котором говорил, что растил юную леди Диэль как родную дочь, как самое дорогое сокровище, но она предала его. Было удивительно узнать, что на самом деле ее воспитывали под градом таких оскорблений.
«Наглая дрянь, ничтожество, ублюдок, убийца».
Киллиан тоже читал то интервью.
[Я действительно растил ее как самое дорогое сокровище, точно так же, как Стеллу, и эта рана невыносима для моего сердца.]
Тот факт, что высокомерный герцог Адельхайт принял предложение имперской газеты, был частью его стратегии по формированию общественного мнения. Стратегия по замене позора от ошибки с дочерью на сочувствие со стороны общества сработала блестяще. Поэтому сейчас общественное мнение об Эдит было крайне негативным.
«Растил как родную дочь, как сокровище, значит?»
Нет ничего проще, чем разгадать намерения человека, ослепленного жадностью.
Киллиан еще тогда, читая интервью, понял: эти слова были равносильны признанию в том, что Эдит никогда не считали родной дочерью.
Если бы ее действительно любили, ее не стали бы использовать как инструмент для манипуляции прессой. В голове герцога Адельхайта были лишь мысли о том, как сохранить свои амбиции.
— Конечно, всё это могло начаться после возвращения настоящей принцессы... но мне кажется, это чересчур.
— Сэр Расс Марти.
Киллиан прервал своего помощника, чей голос начал наполняться сочувствием.
— Похоже, за время работы в Особняке на улице Эвон вы привязались к Эдит.
— Она всегда относилась ко мне очень вежливо.
Несмотря на внезапный вопрос, Расс Марти, сочтя это обычным разговором, честно кивнул.
Если подумать, вряд ли найдется другое место работы, где так заботятся об удобстве сотрудников. Конечно, замок великого герцога был идеален, но здесь не существовало понятия «конец рабочего дня».
Если ты не успел закончить дела, тебе приходилось работать допоздна. Эдит же строго соблюдала время прихода и ухода и требовала того же от персонала.
— Удивительно, что юная леди, выросшая в герцогском замке, может работать так усердно и последовательно. У нее есть лидерские качества, системный подход...
Расс Марти не скупился на похвалы в адрес Эдит. Киллиан с крайним интересом и пристальным вниманием наблюдал за своим помощником, который не закрывал рта, превознося ее достоинства.
— Она схватывает всё на лету, у нее определенно талант к практическим делам и финансам...
Похвалы Расса Марти продолжались еще какое-то время.
Когда он впервые отправился в Особняк на улице Эвон, он думал, что вся практическая работа ляжет на его плечи. Однако, вопреки ожиданиям, способности леди Диэль оказались выдающимися, а ее деловая хватка — поразительной для такого юного возраста. Это произвело на него глубокое впечатление, и он разговорился больше обычного.
— ...Ах.
Заметив внезапно воцарившуюся тишину, Расс Марти осекся.
Киллиан, который молча слушал его рассказ, наконец разомкнул губы:
— Господин Марти, пока вы работали в Особняке на улице Эвон, вы не беспокоились о том, что будет с делами Великого герцогства?
Почувствовав по сузившемуся взгляду, что великий герцог начинает вредничать, Расс Марти мгновенно пришел в себя.
«Я... сболтнул лишнего?»
Причина была неясна, но было очевидно, что его слова задели чувства великого герцога. Он поспешно склонил голову:
— Прошу прощения.
— Я сказал это не для того, чтобы вы извинялись.
Киллиан, держа в руке перо, жестом велел ему выпрямиться. Расс нерешительно поднял голову. Киллиан посмотрел на него и улыбнулся.
— В конце концов, это то, чем господин Марти займется прямо сейчас.
У Расса возникло крайне дурное предчувствие, но он, не понимая в чем дело, лишь поправил очки и захлопал глазами. Работа и так была его обязанностью, так зачем упоминать об этом снова?
Словно угадав его мысли, Киллиан кивнул на гору документов, похожую на гору.
— Закончите всё это до того, как я завтра утром закончу обрезку роз в саду.
— Простите...?
Лицо Расса мгновенно побелело. Объем работы был просто чудовищным.
Ум Расса Марти начал лихорадочно соображать. Великий герцог обычно занимался обрезкой в саду на рассвете. И заканчивал он ровно в 9 часов утра. То есть как раз к обычному началу рабочего дня Расса.
Сможет ли он справиться с таким объемом до этого времени?
Расс Марти отчаянно молился, чтобы ветви роз в саду были настолько густыми, что великий герцог не смог бы закончить обрезку...
Но в глубине души он уже знал.
Такого чуда не случится.
http://tl.rulate.ru/book/176008/15340598
Готово:
