Глядя на сверкающий золотом свиток, зависший прямо перед его лицом, Гу Сю побагровел. Пришлось признать: этот выпад Сюй Юаня застал его врасплох, выбив почву из-под ног. Однако ярость, кипевшая в жилах, быстро вытеснила минутное замешательство — теперь в глазах Гу Сю противник, дерзко именовавший себя Кулаком Тринадцать, уже был отмечен печатью смерти. Договор Жизни и Смерти? Что ж, если этот безумец так жаждет крови, он ее получит.
Решимость вспыхнула в нем холодным огнем. Гу Сю вскинул руку, складывая пальцы «мечами», чтобы магическим росчерком скрепить документ, но внезапно из толпы ударил резкий, пресекающий выкрик:
— Остановись!
Людское море колыхнулось, оборачиваясь на звук. Из рядов наблюдателей выступил старик. Его фигура, облаченная в неприметную холщовую одежду, казалась хрупкой и слегка сгорбленной под тяжестью лет. Костлявое телосложение навевало мысли о немощи — казалось, любой порыв колючего песчаного вихря, гуляющего по Великой Пустоши, мог бы сбить его с ног, словно сухую ветку. Однако когда практики из Альянса Ста Островов узнали пришедшего, их лица разом застыли, а в глазах промелькнул суеверный страх. Пред ними стоял Великий Старейшина Боевой секты — Чэнь Жусю.
Несмотря на внешнюю худобу, этот старик, казалось, состоял из одних жил и стали. В его тщедушном теле пульсировала колоссальная мощь, сжатая до предела и окутанная тяжелой, багровой аурой. Он напоминал древнего дракона, затаившегося в бездонной пропасти: внешне неподвижный, но готовый в любую секунду взорваться первозданной силой, сокрушая саму реальность. Мастер высшего порядка.
— Эй, старик, нашел время лезть не в свое дело! Не сей хаос, когда решаются серьезные вопросы! — в толпе тут же раздались недовольные выкрики. Это были культиваторы из империи Великая Цянь, и их ропот быстро подхватили окружающие, не узнавшие ветерана.
Чэнь Жусю не выказал и тени гнева. На его иссеченном морщинами лице проступила мягкая, почти благостная улыбка. Он неспешно заложил руки за спину и обернулся к крикунам, окинув их спокойным, но пронизывающим до костей взглядом.
— Хе-хе-хе... Я вовсе не «просто старик», — проскрежетал его голос, в котором слышался звон сталкивающегося металла. — У меня есть имя. Можете звать меня Чэнь Жусю. А если это имя вам ни о чем не говорит, возможно, титул Великого Старейшины Боевой секты освежит вашу память?
Едва эти слова сорвались с его губ, первый из зачинщиков побледнел так, будто из него разом выпустили всю кровь. Его взгляд затравленно заметался, губы задрожали, выталкивая лишь невнятное бормотание. Подстрекатели мигом прикусили языки: титул «Великий Старейшина Боевой секты» весил больше, чем гора Тай. С таким чудовищем никто в здравом уме связываться не рискнул бы.
Утихомирив толпу, Чэнь Жусю вновь повернулся к Сюй Юаню, сохраняя на лице всё ту же невозмутимую улыбку.
— Юный друг, наша Боевая секта веками оттачивает искусство закалки плоти. До нас дошли слухи, что твоя физическая мощь воистину не знает преград. Признаться, мы подумывали пригласить тебя в наши ряды, дабы совершенствоваться бок о бок на пути к истине.
— Произошедшее здесь — лишь досадное недоразумение, цепь случайностей, приведшая к этой прискорбной сцене.
— Все мы собрались в этой глуши ради великого сокровища. Стоит ли портить отношения и проливать кровь до того, как оно явится миру? Зачем дарить свой шанс конкурентам, растрачивая силы на распри?
«Недоразумение?»
Сюй Юань не выдержал и расхохотался прямо в лицо старику, отбросив всякие церемонии и почтение к возрасту. Его ответ прозвучал как удар хлыста:
— Я прекрасно осведомлен о том, какой почет окружает мастеров вашей секты.
— Но дает ли это вам право вытирать ноги об окружающих?
— Между мной и вашей школой не было никакой вражды, верно?
— Однако ваш драгоценный Святой Сын отправил своего пса стеречь меня у ворот, во всеуслышание требуя, чтобы я явился на поклон в течение трех отрезков благовоний. Он назвал это «милостью», приказав мне подчиниться!
— Упиваясь своим мнимым величием, вы один за другим сыпали приказами, словно я — ваш раб!
— Боевая секта может иметь хоть статус божеств, мне плевать. Кто вы такие, чтобы указывать мне, что делать?!
К концу тирады Сюй Юань перешел на крик. Его мощный голос, усиленный внутренней энергией, прокатился над пустошью подобно раскату грома, заставляя сердца слушателей сбиваться с ритма. В толпе началось бурное движение — никто не ожидал, что конфликт Кулака Тринадцать с грандом Альянса вырос из столь низменной причины. Если юноша не лгал, то высокомерие Боевой секты перешло все мыслимые границы.
Стоявший в отдалении генерал средних лет, наблюдая за назревающей бурей, едва заметно и одобрительно кивнул. «Этот Кулак Тринадцать — кремень. Не дрогнул перед Старейшиной, сохранил хребет. Редкое мужество», — подумал он. В то же время люди из Альянса Ста Островов лишь криво усмехнулись, скрывая презрение. Они слишком хорошо знали нравы Боевой секты: их склонность к произволу и деспотизму была притчей во языцех, так что слова Сюй Юаня били точно в цель.
Чэнь Жусю, впрочем, остался непроницаем. Улыбка не покинула его лица, хотя взгляд стал холоднее.
— Я лично разберусь в подробностях этого дела позже. Что же до гибели нашего Золотого Громового Льва и позора боевого генерала... Истина рано или поздно всплывет, тогда и примем решение.
— Тайное сокровище Великой Пустоши вот-вот явит себя. Мы оба здесь ради великой цели, и тратить жизненные силы впустую — верх безрассудства. Предлагаю на этом закончить. Остановимся!
Среди практиков прошел гул. Всем стало ясно: Боевая секта дала заднюю. Увидев официальный Договор Жизни и Смерти, старая лиса Чэнь Жусю решил не рисковать своим преемником в столь ответственный момент.
Сюй Юань лишь скривил губы в презрительной усмешке.
— О как? Неужели Великий Старейшина всерьез опасается, что его Святой Сын не доживет до заката?
— Сначала вы поливаете меня грязью, а когда запахнет жареным, предлагаете «отложить»? Скажите прямо: у вас просто не хватает духу подписать этот проклятый контракт!
Сюй Юань бил наотмашь, открыто глумясь над репутацией секты. Чэнь Жусю, закаленный в интригах десятилетий, проглотил обиду, не дрогнув ни единым мускулом. Но Гу Сю, стоявший за его спиной, буквально задыхался от ярости. Он видел насмешливые взгляды толпы, слышал шепотки за спиной и чувствовал, как гнев сжигает его изнутри.
— Старейшина, довольно! Я требую боя! Я поставлю свою подпись! — взревел он, не в силах больше терпеть унижение.
В ответ он получил лишь резкий, ледяной окрик обернувшегося старика:
— Заткнись!
— Ослеп от злобы? Не видишь, что он намеренно провоцирует тебя, выбивая из равновесия?
Лицо Гу Сю перекосилось, желваки заходили ходуном, но он замолчал, едва сдерживая клокочущую ярость. Осадив ученика, Чэнь Жусю вновь обратился к Сюй Юаню. На этот раз его улыбка окончательно погасла, сменившись суровой маской.
— Пылкость юности — вещь понятная.
— Однако этот спор не стоит того, чтобы скреплять его кровью в Договоре Жизни и Смерти.
— Чья бы голова ни скатилась с плеч, для Боевой секты или империи Великая Цянь это станет невосполнимой утратой таланта.
Сюй Юань не удостоил его даже кивком, ответив лишь коротким, холодным смешком.
— Хватит сотрясать воздух пустой болтовней. Мой вопрос прост и прямолинеен: вы подпишете Договор или так и будете прятаться за красивыми словами?
Окружающие затаили дыхание. Глядя на непоколебимую фигуру Сюй Юаня, многие невольно прониклись к нему уважением. Старейшина Боевой секты фактически предложил ему почетный мир, позволяя сохранить лицо обеим сторонам, но Кулак Тринадцать растоптал это предложение на глазах у всех. Это была не просто дерзость — это была публичная пощечина великому клану.
Вместе с тем в умах многих закрался вопрос: кто стоит за этим юношей? Каким тылом нужно обладать, чтобы так вызывающе идти напролом против титана вроде Боевой секты?
Видя, что его великодушие отвергнуто столь грубо, Чэнь Жусю окончательно помрачнел. В его глазах вспыхнул зловещий огонек, а голос наполнился скрытой угрозой:
— Юноша, запомни одну истину: то, что слишком твердо, легко ломается под весом собственной гордыни.
— Ты кричишь о Договоре Жизни и Смерти, но при этом сам не рискуешь сделать и шага за пределы защитной зоны поселения.
— Ты прекрасно знаешь, что мы не станем учинять резню внутри границ Великой Цянь, дабы не навлекать гнев властей. Не прикрываешься ли ты этим свитком, как щитом, лишь потому, что в глубине души до смерти боишься настоящего столкновения с нашим Святым Сыном?
Старая лиса Чэнь Жусю одним ударом перевернул ситуацию, выставив Сюй Юаня трусом и манипулятором. В толпе послышались одобрительные возгласы — версия старика звучала логично.
Но Сюй Юань, выслушав обвинение, лишь залился громовым смехом и издевательски зааплодировал. Он бросил на Чэнь Жусю мимолетный взгляд, небрежно взмахнул рукой — и золотой свиток, паривший перед Гу Сю, мгновенно детонировал, разлетаясь мириадами сияющих клочков.
— Хорошо! Очень хорошо! — пророкотал Сюй Юань, и в его голосе зазвенела жажда битвы.
— Раз у вашей Боевой секты не хватает яиц, чтобы подписать бумагу, я не стану вас принуждать!
— Ты, так называемый Святой Сын! Выметайся сюда и прими свою смерть!
Не дожидаясь ответа, Сюй Юань рванул вперед. Одним мощным прыжком он преодолел сотню чжанов, тяжелым снарядом обрушившись на каменистую почву пустоши — именно туда, куда ранее указывал Гу Сю. Демонстративное уничтожение Договора и этот стремительный, яростный выход в открытое поле повергли присутствующих в абсолютный шок.
И именно в этот миг лицо Чэнь Жусю исказилось от внезапного осознания.
Вы покидаете сайт tl.rulate.ru и переходите по внешней ссылке.
Убедитесь, что данная ссылка полностью является доверенной и ограждена от вредоносных влияний.
Если же ссылка показалась вам подозрительной, убедительная просьба сообщить об этом администрации.
Нажмите на чтоб перейти.
Мы используем cookie и обрабатываем персональные данные. Используя сайт, вы даёте согласие. Конфиденциальность · Cookie
