Глава 27. Отчет о вскрытии. Изумление и сомнения Данзо!
Коноха. Глубоко под землей. Штаб-квартира «Корня».
Атмосфера в этом промозглом склепе давила, словно застывшая ртуть, не позволяя вздохнуть полной грудью. На сырых каменных стенах неровно плясали тени от чадящих факелов — их сухое, голодное потрескивание оставалось единственным звуком, смеющим нарушать мертвую тишину.
Шимура Данзо восседал на своем ледяном каменном троне. Его лицо, изрезанное глубокими морщинами, напоминало застывшую маску, не выражающую ни единой эмоции, пока он слушал сухой доклад стоящего перед ним на коленях шиноби «Корня» с позывным Киноэ.
— ...господин Данзо, это все разведданные, которые только что передали из Анбу касательно обнаружения тела на территории локации Третий Тренировочный Полигон, — монотонно отчеканил подчиненный. — Согласно предварительному заключению капитана Анбу Тэндзо, погибший был нукенином, который расстался с жизнью в результате случайной цепной реакции, спровоцированной сильной грозой.
— Случайной? — В единственном здоровом глазу Данзо полыхнул ледяной, острый как лезвие клинка блеск. — И с каких это пор жалкий нукенин носит стандартную маску оперативника нашего «Корня»?
— Ваш покорный слуга оговорился, — Киноэ пробила крупная дрожь. Он в панике припал на одно колено, низко, до самого каменного пола, склонив голову. Он всем своим существом чувствовал, что господин Данзо уже был в ярости.
— Где тело? — хрипло и безжизненно бросил Данзо, и в его голосе не было ни капли тепла.
— Мы уже тайно перехватили его у Анбу по нашим личным каналам, — торопливо ответил Киноэ, не смея поднять взгляд. — В данный момент оно находится в секционной комнате нашей базы.
— Веди. — Данзо тяжело поднялся с каменного трона, резко взмахнул широкими рукавами своего темного одеяния и направился вглубь базы, туда, где располагалась мертвецкая.
Секционная комната была залита ярким, режущим глаза светом хирургических ламп.
Воздух здесь был невероятно тяжелым, спертым; он был пропитан до тошноты едкой смесью формалина и ржавым, железистым запахом запекшейся крови. На холодном столе из нержавеющей стали неподвижно и безмолвно лежало обнаженное тело элитного бойца «Корня» — Киното. Труп представлял собой сплошное месиво из страшных увечий.
На его груди зияла обширная область жутких подкожных кровоизлияний, а грудная клетка была неестественно вдавлена внутрь — явный след удара чудовищной, сокрушительной силы. Вся его кожа, особенно на конечностях и торсе, была покрыта уродливыми, обугленными шрамами от электрических ожогов, расползающимися по плоти, словно черная дьявольская паутина.
Двое ирьенинов из «Корня», чьи лица скрывали маски, методично и хладнокровно проводили вскрытие.
Данзо медленно приблизился и замер у стального стола, его мрачный одинокий глаз с пронизывающим холодом ощупывал истерзанные останки подчиненного, лишившегося жизни.
— Каковы результаты? — бросил он, словно кусок льда.
— Докладываю, господин Данзо, предварительное вскрытие завершено, — один из ирьенинов немедленно прервал свою кровавую работу, повернулся и почтительно склонил голову. — Смертельной травмой признан мощнейший разряд электрического тока, прошедший прямо через сердце и вызвавший мгновенную остановку мотора. Судя по точкам входа и выхода электрических ожогов, сила тока была колоссальной — такой хватило бы, чтобы мгновенно испепелить взрослого водяного буйвола. В принципе, это полностью соотносится с докладом Анбу о «случайном поражении электрическим током».
— Однако, прежде чем его ударило током, — продолжил патологоанатом, — его грудина, а также четвертое, пятое и шестое ребра получили тяжелейшие оскольчатые переломы. Подобное увечье могло быть вызвано только лобовым, мгновенным ударом экстремальной силы. Проанализировав остатки песка и частицы грязной воды в ране, мы пришли к выводу, что с высокой долей вероятности это было попадание струи воды под гигантским давлением.
— Помимо этого, — добавил ирьенин, сделав небольшую паузу, — мы не обнаружили в теле покойного ни остаточных следов токсинов, ни чужеродной сигнатуры. Чакра, принадлежащая третьему лицу, отсутствует. Ткани головного мозга абсолютно целы, нет ни малейших признаков воздействия гендзюцу. — Медик сглотнул под маской и, наконец, озвучил свой профессиональный вердикт:
— Исходя из этого, с судебно-медицинской точки зрения все улики указывают на то, что... это был лишь трагический несчастный случай, сплетение нелепых совпадений.
Выслушав доклад, Данзо не проронил ни слова.
Он лишь медленно протянул свою морщинистую, похожую на когтистую лапу хищной птицы руку, и почти ласково коснулся ледяного лица Киното, навсегда застывшего в гримасе агонии.
Атмосфера в секционной сгустилась до такой степени, что, казалось, стала выкачивать из легких присутствующих остатки кислорода.
— Несчастный... случай... — спустя долгое мгновение медленно, по слогам процедил Данзо.
Его голос звучал пугающе спокойно. Но любой, кто имел несчастье знать его достаточно долго, прекрасно понимал: это затишье перед бурей, предвестник испепеляющего гнева.
— Элитный боец, выросший в недрах «Корня», — старик крепко сжал челюсти. — Шиноби, прошедший самую жестокую школу выживания, в совершенстве овладевший всеми техниками маскировки, скрытных убийств и ориентирования в дикой природе. Первоклассный разведчик, способный принести мне голову вражеского генерала из лагеря с десятитысячным войском, способный десять дней и ночей гнить в болоте, выжидая цель... И теперь вы, жалкие идиоты, смеете говорить мне, что дождливой ночью он просто неудачно оступился, упал в лужу, а потом его совершенно случайно убило шальной молнией из ниоткуда?!
Голос Данзо становился всё холоднее, каждое слово словно доставали из морозильной камеры, и от него веяло пробирающей до костей стужей.
— ВЫ СЧИТАЕТЕ, ЧТО Я ВПАЛ В МАРАЗМ?! — Последнюю фразу он почти прорычал.
http://tl.rulate.ru/book/175773/15305040
Готово:
