— Такими словами не бросаются! Я же не какой-нибудь демон! — поспешно возразил Чэн И.
Но Чжан Ханрань это не убедило. Сейчас она была на пике популярности на Вэйбо, где и сконцентрировалась основная масса её поклонников. Можно сказать, что Вэйбо был её главной площадкой.
Потеряв эту опору, она рисковала лишиться значительной части своей популярности.
К тому же, Доуюнь в то время был лишь начинающим приложением, далёким от своей будущей славы. Перспектива переходить туда её не слишком радовала.
Однако у Чэн И на этот счёт уже был готов план. По телефону он подробно расписал ей перспективы Доуюнь и позиционирование аккаунта «Пол-конфетки».
По его словам, ей предстояло полгода ждать своего шанса на взлёт.
Шанса стать королевой платформы, которая первой достигнет капитализации в сто миллиардов.
Чжан Ханрань мысленно всё взвесила. Если слова Чэн И были правдой и у Доуюнь действительно такие грандиозные перспективы, то возможность взлететь, оперевшись на мощь целой платформы, была поистине уникальной.
На Вэйбо такого шанса у неё не было.
Но можно ли было доверять словам Чэн И?
Неужели Доуюнь действительно мог за несколько лет превратиться в такого гиганта?
Впрочем, верила она или нет, одно Чжан Ханрань понимала отчётливо: Чэн И ставил её перед фактом, а не советовался.
В этом вопросе её мнение ничего не решало, потому что она уже подписала с ним контракт.
Именно это бесило её больше всего.
Этот бессердечный босс!
Она всё ещё кипела от негодования:
— В общем, ты меня продал. Теперь ты мой должник!
— С какого перепугу я твой должник?! — рявкнул в ответ Чэн И. — Вне работы ты моя старшая, моя подруга. Но на работе я — твой босс, а ты обязана подчиняться. Понятно?
— Да, босс, слушаюсь. Кстати, когда у вас заканчивается рабочий день? Хотела бы с вами немного потренироваться.
Лицо Чэн И потемнело:
— После работы со мной не связываться. Мы не знакомы.
Он повесил трубку. Едва положив телефон, он пожалел о сказанном, подумав, что, возможно, был слишком резок.
Но он быстро успокоился. Пара резких слов не повредит.
Бизнес есть бизнес, а на работе нужно соблюдать субординацию.
Хотя сейчас в их компании было всего два человека, в будущем она должна была расти и развиваться. Разделение личной жизни и работы — залог здоровой атмосферы в любом коллективе.
Чжан Ханрань была умной женщиной. Чэн И был уверен, что она всё поймёт.
• • •
В обед Чэн И поел с Чжоу Хэнфэном у северных ворот, а затем зашёл в салон мобильной связи и оформил новую сим-карту.
Он зарегистрировал новые аккаунты в WeChat и QQ.
В строке поиска он ввёл номер, и на экране появился QQ-аккаунт: Туанцзы.
Отправив запрос на добавление в друзья, Чэн И с трепетом стал ждать ответа.
Этот номер QQ отпечатался в его памяти. Он боялся, что после перерождения забудет его, и даже специально записал в блокнот.
Потому что этот номер принадлежал его первой любви.
Первая любовь — вечный светлый образ в сердце мужчины, который невозможно забыть до самой смерти.
Мужчина может забыть, сколько у него было романов, сколько женщин, как их звали.
Но имя своей первой любви любой мужчина назовёт без малейшего колебания.
Любой.
Ни один мужчина не мог избежать этого проклятия.
Потому что она была первой.
Первые объятия.
Первый поцелуй.
Первое прикосновение к коже, ощущение мягкого девичьего тела, когда хочется растворить её в себе.
И первый раз, когда твоё сердце безжалостно втоптали в грязь.
Первый раз, когда ты разрывался от душевной боли и рыдал навзрыд.
Первый раз, когда безответная любовь оставила шрам на всю жизнь.
Чэн И очень завидовал тем парам, которые смогли пронести свою первую любовь через всю жизнь. Но таких было меньшинство, ничтожно мало.
Он, как и подавляющее большинство, в череде расставаний и примирений растратил всю нежность, и в конце концов они навсегда исчезли из жизней друг друга.
Чэн И никогда не забудет слова, которые она ему однажды сказала:
— Даже если это будет повторением старых ошибок, я хочу попробовать ещё раз, ещё раз удариться о стену.
Эти слова оказались пророческими. Они собрались с духом, снова сошлись, но в итоге опять расстались, причинив друг другу лишь боль.
В долгие бессонные ночи Чэн И бесчисленное количество раз спрашивал себя, почему он её потерял.
И он нашёл ответ.
Ему не хватало любви, он был властным, ревнивым. Он отдавался чувствам без остатка, словно обжигающий факел, отдавая ей весь свой свет и тепло.
А у неё до него уже были другие отношения, у неё было разбитое сердце. А разбитое сердце не могло выдержать пламя факела.
Факел приносил ей тепло и свет, но в то же время он освещал её уродливые шрамы и обжигал душу.
После первой любви Чэн И навсегда потерял способность любить.
Он больше не мог забыть себя и искренне отдаваться другому человеку.
Он больше не мог открывать душу, не ожидая ничего взамен.
Он вспоминал о ней, когда был с другими, вспоминал о ней в мелочах повседневной жизни.
Хотя она ушла, её тень была повсюду.
Даже два последующих романа были пресными и закончились ничем.
После перерождения Чэн И был рад не столько тому, что начал жизнь заново.
Сколько тому, что у него снова появился шанс обнять её, завоевать её.
Она говорила, что её первые отношения начались во второй половине одиннадцатого класса.
Сейчас она ещё училась в десятом.
Ещё было время всё исправить.
А нынешний Чэн И был богат и знаменит — всё складывалось как нельзя лучше.
Он смотрел на экран телефона, ожидая, когда его заявку в друзья примут, словно ждал милости судьбы.
• • •
Средняя школа Чжунчэн в городе Таньчжоу была подчинена уездному городу Янчэн.
После средних экзаменов лучшие ученики поступали в престижные старшие школы Таньчжоу.
Те, кто был похуже, попадали в обычные школы Таньчжоу или в первую старшую школу уезда Янчэн.
Ещё хуже — во вторую и третью школы уезда Янчэн.
И только самые последние ученики, с ужасными результатами экзаменов, не желавшие идти в ПТУ, попадали сюда.
Здесь был слабый преподавательский состав, руководство погрязло в интригах, а скандалы не утихали.
Ученики здесь не стремились к поступлению в вузы, а лишь хотели отсидеть три года и получить аттестат.
Желающих учиться было раз-два и обчёлся. Драки, ревность, измены — вот чем жило большинство учеников.
Десятый класс, третья группа.
В классе стоял гул и смрад. Несмотря на прозвеневший звонок, никто не обращал на него внимания.
Мальчишки, сбившись в кучки, курили и отпускали пошлые шутки.
Девочки, достав зеркальца, красили губы яркой помадой.
Кто-то, уткнувшись в парту, спал мёртвым сном, не обращая внимания на происходящее.
Даже в причудливой средней школе Чжунчэн Ван Цзин была личностью, которую все избегали.
По её собственным словам, при виде фотографий своего кумира она могла буквально «растечься лужицей».
Она пыталась навязать свои увлечения всем вокруг, но получала лишь вялые, безразличные ответы, что, впрочем, её нисколько не смущало.
Тогда она обратила свой взор на соседку по парте.
— Ян-ян, ты что делаешь? — наклонилась к ней Ван Цзин.
Ян Ханьюй подняла голову, и взору предстало лицо, в которое невозможно было не влюбиться.
Огромные глаза персикового цвета занимали почти треть её лица. Прозрачные зрачки, словно осенние озёра, подёрнутые лёгкой рябью, могли затянуть в свои глубины любого.
Маленький носик, пухлые розовые губки и круглые щёчки создавали очаровательный и милый образ.
Она не пользовалась косметикой, не носила никаких украшений.
Лишь красная лента была вплетена в собранные в хвост волосы.
При каждом движении головы лента подпрыгивала, описывая в воздухе весёлую дугу.
Она показала Ван Цзин телефон с перепиской.
— Какой-то дурачок, представился Сяо Пэном из отдела маркетинга X-станции. Говорит, если я посмотрю несколько видео и заполню анкету, он переведёт мне сто юаней.
Ван Цзин заинтересовалась:
— X-станция? Что это?
— Какое-то приложение, кажется.
— Скачай, посмотри!
— А вдруг обманут?
— Да ладно, что ты теряешь? Давай, попробуй!
— Не знаю, — покачала головой Ян Ханьюй. — Может, это мошенники.
Ван Цзин кивнула на учителя, стоявшего у доски:
— Всё равно делать нечего. Поразвлекаемся, посмотрим, что за трюки у этого мошенника.
Ян Ханьюй кивнула своей маленькой головкой:
— А ведь ты права. Давай попробуем?
— Пробуем! Если правда, поделим пополам.
— Максимум, куплю тебе пачку «Фужунван».
Ван Цзин радостно обняла Ян Ханьюй:
— Ян-ян, ты лучшая!
— Ай, не трогай меня где попало!
— Хи-хи, Ян-ян, ты такая мягкая и вкусно пахнешь.
http://tl.rulate.ru/book/175451/15295375
Готово:
