Северный район.
Здесь вечно висела водяная взвесь, и даже днем уличные фонари не гасли ни на миг.
В последние дни власти всерьез взялись за наведение порядка в районе. Группировки «активных общественников» громили одну за другой, так что обычные люди предпочитали не высовываться из домов, чтобы не попасть под горячую руку.
А после того, как недавно за городом в небо ударили семь исполинских столбов света, окрасив небеса в кроваво-красный, всем стало ясно: в Линьцзяне творится что-то очень нехорошее.
Желающих гулять по улицам поубавилось еще сильнее.
Улица Поселенцев в Северном районе.
Повсюду громоздились ветхие многоэтажки, обнесенные заборами из шифера, досок, картона и пластика.
Мостовая была погребена под толстым слоем мусора.
Изредка из-за углов выглядывали оборванные дети, но тут же ныряли обратно в тень.
Эта улица тянулась на добрый километр.
Ее главная артерия была завалена всяким хламом, рекламными щитами и какими-то непонятными конструкциями так плотно, что никакой транспорт здесь проехать не мог.
Переплетающиеся боковые улочки, тупики, подвальные лазы – все это больше напоминало колонию кротов, чем человеческое жилье.
И на этом пятачке ютились тысячи людей.
Хаос, бесправие, нищета – вот первое, что бросалось в глаза.
Таких улиц в Северном районе было пруд пруди. Администрации было лень придумывать названия, поэтому их просто нумеровали: Улица Поселенцев номер один, номер два…
Но именно эти люди, чьи жизни и смерти никого не волновали, составляли фундамент экосистемы Северного района.
Они умирали каждый день.
И каждый день сюда прибывали новые бедолаги.
Если сравнить Северный район с сердцем, то эти люди были его текучей кровью.
Цяньсюэ стояла перед этим нагромождением руин, и мысли ее были безрадостны. Она вздохнула:
— Сестра Линь Шань, когда все это закончится, подай отчет наверх. Пусть они займутся реконструкцией Северного района.
Линь Шань поняла чувства девушки и кивнула:
— Я уже давно этим занимаюсь. Но богачам на это наплевать.
Лицо Цяньсюэ отразило горькое разочарование:
— Это место – настоящий котел негативных эмоций, инкубатор для аберраций. Богачи близоруки: когда дело доходит до того, чтобы пить кровь, они первые, а как нужно раскошелиться – прячутся в кусты.
— Только эксплуатация и угнетение, — продолжила она. — Если не привести это место в порядок, рано или поздно оно станет их могилой.
Обычный человек, попав сюда, почувствовал бы гнев и подавленность – естественный эмоциональный резонанс. Но Цяньсюэ изучала оккультизм и была редким представителем девятой последовательности сверхъестественных, способных влиять на разум.
Она чувствовала гораздо больше.
Негативные эмоции. А если точнее – брожение отчаяния и злобы в человеческих сердцах.
Все это время она была в разъездах, помогая улаживать последствия инцидентов в Линьцзяне. Она использовала навыки Ментального Интервента, чтобы лечить души, а не просто ранить своей силой.
В этом и заключалась ее культивация.
Ци крови и сухие знания были вторичны. Учителя из второй школы Линьцзяна считали, что главное для нее – закалить характер, понять многогранность своей силы и стабилизировать психику.
За эти два месяца Цяньсюэ действительно многому научилась.
— Идем, сначала закончим проверку, а потом будем думать о высоком, — Линь Шань, хоть и сочувствовала беднякам, должна была выполнять приказ.
Последние два дня Военный Департамент, Департамент по Усмирению Аномалий и Церковь бросили все силы на прочесывание города.
У Церкви дела шли скверно.
Аллен оказался предателем, Тан Сяоюй ранена на рудниках. Из-за нехватки людей нагрузка на остальные ведомства возросла.
Линь Шань и Цяньсюэ отвечали за проверку нескольких Улиц Поселенцев.
Линь Шань была обязана подчиниться как следователь, а Цяньсюэ, хоть и числилась временно, по наставлению учителя должна была познавать «дно» общества.
… — …
Они вошли на улицу.
Из темноты на них уставились десятки глаз. Страх, тревога, любопытство – в этих взглядах читалась вся палитра человеческих чувств.
Их облик, разительно контрастирующий с местной нищетой, их красота и, самое главное, кобуры с пистолетами на поясах ясно давали понять: с этими дамами лучше не связываться.
— Пойдем по домам, один за другим. Здесь легких путей нет, — сказала Линь Шань.
Она толкнула дверь первой лачуги.
В лицо ударил запах плесени и гнили. В комнату ворвался редкий гость – солнечный свет, и несколько крыс, испугавшись, шмыгнули в дыры в стене.
Здесь давно никто не жил.
Хозяин мог умереть под каким-нибудь мостом или вовсе покинуть Линьцзян.
— Дальше, — бесстрастно произнесла Линь Шань.
Они продолжали искать остатки тайных организаций. Орден Аскетов Бездны был уже при смерти; после того как вчера наемный охотник прикончил еще одного эмиссара, секта окончательно обезглавела.
Оставалось лишь добить выживших и вытравить паразитов из их щелей.
Дверь за дверью. В присутствии Цяньсюэ обычные люди выкладывали все как на духу.
За день им удалось выловить нескольких пособников сектантов. Участь их была предрешена – их ликвидировали на месте.
Пришло время окончательного расчета, и оставлять свидетелей никто не собирался. Прямое уничтожение – самый простой и эффективный метод.
Девушки действовали быстро и слаженно. Вскоре вся улица была проверена.
Кроме пары мелких сошек из внешнего круга ордена, ничего серьезного не нашлось. Однако одна деталь вызывала недоумение.
Обычно на такой улице живет несколько тысяч человек, набитых в комнаты как сельди в бочке. Это самое густонаселенное место в Линьцзяне.
Но сейчас большинство жилищ пустовало.
Ни трупов, ни следов новых жильцов.
Некоторые комнаты были заброшены давно, но в других еще несколько дней назад кипела жизнь.
Это было странно. Девушки расспрашивали соседей, Цяньсюэ даже задействовала свои способности, чтобы убедиться, что те не лгут.
Жители сами не понимали, что происходит. Ходили слухи о ночном чудовище-людоеде, из-за которого люди бесследно исчезали. Другие, поддавшись панике, просто сбежали куда глаза глядят.
Недоумение росло. Орден Аскетов Бездны практически уничтожен, оба эмиссара мертвы, рядовые члены перебиты – они не могли провернуть такое.
Раса Дьяволов тоже вряд ли была к этому причастна. Их больше интересовало открытие врат в Духовный мир ради наживы.
Доложив в штаб, Цяньсюэ и Линь Шань решили заночевать в одной из пустующих, относительно чистых комнат, чтобы лично выяснить причину исчезновений.
Сейчас нельзя было игнорировать ни одну аномалию. А следователям, отвечающим за порядок, – тем более.
http://tl.rulate.ru/book/175331/15029615
Готово:
