Мне казалось, что я показала себя с той стороны, которую хотела скрыть. Скорее, меня разоблачили. От этого странно переворачивалось всё внутри. Утешения и сочувствие Джоэла не достигали меня. Неужели они уже доложили герцогу?
Конечно, доложили.
Взглянув на время, я увидела, что уже за полночь. Пора было работать. Джоэл открыл дверь в спальню и встал перед ней. Будто давая понять, что войти разрешено только Ади. Я вошла внутрь. При тусклом свете герцог просматривал документы.
— Ваша светлость.
Юлс поднял взгляд. Наши глаза встретились.
— Я слышала, что вы искали меня.
— Да.
Он тут же опустил голову и снова уткнулся в бумаги. Чем он занимается каждый день?
— Пора работать.
Ади не произнесла ни слова. Просто стояла у двери. Когда ответа не последовало, Юлс снова поднял голову. Затем криво ухмыльнулся.
— Я предполагала, что у тебя плохие отношения с графом, но, кажется, хуже, чем я думала?
Значит, он всё слышал. Возможно, вызвал меня не потому, что пришло время работать, а чтобы вытащить меня из той ситуации.
Или нет?
В последнее время я так часто сталкиваюсь с проявлениями доброты, что мне самой не верится: неужели кто-то действительно обо мне заботится?
— Бледное лицо.
Услышав слова Юлса, Ади подняла руку к своему лицу, но тут же опустила. Герцог, казалось, удивился такой реакции, но тут же сказал:
— Волосы, оставь.
Когда Ади посмотрела на него с непониманием, он добавил:
— Не стриги.
— Вам нравятся длинные волосы?
Взгляд Ади переместился на рыжие волосы Юлса. Они отросли за короткое время. Вопреки ожиданиям, что он их сострижет, герцог оставил их длинными. Разве что собрал, чтобы не мешались. Рыжий цвет ему очень шёл.
— Не думал об этом.
Какая разница, длинные у кого-то волосы или короткие?
Но волосы Адриана Гримальди, кажется, лучше смотрелись бы длинными.
Жаль было бы обрезать такие медовые пряди.
— Иди сюда.
Ади подошла к кровати. Юлс протянул руку. Герцог сидел посередине огромной кровати, и его рука, сколько бы ни тянулась, не могла дотянуться до Ади. Пальцы Юлса дёрнулись. Взгляд говорил: «Что ты там торчишь?» Ади сжала кулаки, потом разжала.
— Адриан.
Ади поставила колени на край кровати. Затем, опираясь ладонями на кровать, Юлс притянул её к себе. Потом положил руку на её щёку.
Сначала коснулся уха, затем провёл рукой к затылку. Большая ладонь скользнула по всей задней части головы. Потом положил руку на макушку и погладил волосы. Никто раньше так не трогал её голову.
— У тебя красивая форма черепа, так что короткие волосы тоже подойдут.
— ...
— Будешь стричь?
— Если это приказ...
— Мой приказ? Или приказ твоего графа?
Ади не могла ответить. Чьи приказы здесь следует выполнять? Юлс усмехнулся, видя её замешательство.
Рука Юлса опустилась. Ади, неловко сидевшая на кровати, быстро поднялась. Герцог с совершенно невозмутимым видом снова взял документы. Хотя простыня помялась там, где я касалась её коленями, он не обратил на это внимания. Юлс заговорил:
— Среди слуг и рыцарей, которых привёз граф, был Леф Зид.
— Да.
— Говорят, он твой единственный друг.
— Это из детства. Леф его мать была управляющей поместьем, вот мы и общались.
— Дворянский род Зид, верно?
— Да.
— Кажется, граф его очень любит. Раз уж взял его в свои телохранители.
Граф Гримальди когда-то был телохранителем наследного принца. Ему вряд ли нужна дополнительная охрана. Даже с возрастом его навыки никуда не делись.
— Он самый сильный в поместье Гримальди.
— Понятно.
Юлс внимательно посмотрел на Ади, затем, будто чем-то недовольный, прищурился и неожиданно протянул руку.
— Поцелуй.
— Мы уже делали это сегодня утром.
— Солнце село. Теперь новый день.
До каких пор это будет продолжаться?
Герцог Вудпекер, который следит за мной и приказывает целоваться. Герцог Вудпекер, у которого плохие отношения с Гримальди. Но между севером и югом есть большая разница. Как они стали врагами?
И почему герцог заставляет целоваться сына врага, чтобы снять проклятие?
— Адриан.
Услышав зов Юлса, Ади снова поставила колени на кровать и взяла его длинную руку. В тот момент, когда я собиралась прикоснуться губами, герцог резко дёрнул меня на себя. Сильнее, чем я ожидала. Он прижал меня к кровати, сам оказавшись сверху, и прижался губами.
Ади не знала, как реагировать. Просто тупо моргала, ощущая мягкие губы. Перед глазами мелькнули длинные ресницы герцога. Они были рыжими, как и брови.
Юлс открыл глаза и приподнялся. Ади всё ещё лежала под ним. Её губы шевелились, будто хотели что-то сказать, но ничего не выходило. Герцог провёл большим пальцем по её губам.
— Обычно, если поцеловать в губы, проклятие снимается.
Он провёл рукой по своему гладкому подбородку и тихо добавил:
— Ведьмы...
— ...
— Романтично, да? Проклятие снимается поцелуем.
— Ваше проклятие не снялось.
— Я знаю.
Если бы прошло хоть немного времени, могла бы появиться щетина. Но ногти оставались короткими. Уже казалось, что это обман, но Юлс явно пережил момент, когда проклятие исчезло.
В чём же дело?
Не хватает любви? Или слёз?
Вряд ли дело просто в жидкости. Иначе слюна уже подействовала бы.
Что делать с этим проклятием? Как ни думай, ответа нет. Бесполезно биться над неразрешимой загадкой — только время терять.
Юлс приподнялся и сказал:
— До каких пор ты будешь так лежать?
Ади быстро поднялась и сошла с кровати.
— Кстати, о чём ты говорила с Клодом?
— Я не знаю такого человека.
— Гевин видел тебя с Клодом.
— Что?
Гевин? Когда, где... Вопрос быстро прояснился. Ведь с Гевином, когда он пришёл искать её на тренировочной площадке, был ещё один мужчина.
— А, тот с тренировочной площадки.
— Да. О чём вы говорили?
— Он кого-то искал, но я сказала, что не знаю, ведь у меня нет знакомых во Втором рыцарском ордене.
— Ты не знаешь, кто такой Клод?
— Он важный человек?
Она не знала его в лицо, но не ожидала, что не узнает даже имя.
— Можно сказать. Он наследный принц.
Юлс продолжил, обращаясь к Ади, у которой, казалось, остановилось мышление.
— Тот, кто даровал тебе рыцарское звание.
Граф Гримальди передал звание мёртвому Адриану.
— И Клод, скорее всего, искал тебя.
Наследный принц Далкатира. Этот человек? Юлс прищурился, видя, как Ади не может скрыть эмоции. Он всегда делал такое лицо, когда что-то подозревал или был недоволен.
— Ладно, с Клодом понятно. А о чём ты говорила с графом?
— Ни о чём особенном.
Он же всё равно всё слышал. Но как? Закрытая рамка, картина внутри? Это был пейзаж с множеством тёмных участков. Наверное, можно было проделать отверстие, чтобы подглядывать или подслушивать. Кто-то прятался там?
— Ади.
Значит, герцог спрашивает о шёпоте Спенсера Гримальди. Говорили, что у него много ушей. Бессмысленные и пустые разговоры. Даже если сказать правду, Юлс не поверит.
— Я не стану упрекать тебя за то, что ты что-то скрываешь. Но если из-за того, что ты впуталась в эту ситуацию, меня начнут обвинять в измене, я не останусь в стороне.
— Что?
— И ты тоже. Если ты впутаешься во что-то подобное и это помешает снять моё проклятие, я не оставлю тебя в покое.
Измена? Спенсер Гримальди?
— Запомни, Адриан Гримальди.
Взгляд Юлса стал колючим. Его рыжие глаза, как и волосы, казались пламенем. Будто они сжигали все завесы и видели прямо в душу.
— Клянусь своей душой.
Ади ответила.
— Я позабочусь о том, чтобы не доставить вам неудобств.
— Клятву души твоей близнеца.
Ади молча смотрела на Юлса.
— Души Адрины Гримальди.
— Эта душа уже покинула этот мир.
— Я знаю.
Что можно сделать с мёртвой душой? Подумав так, Ади вдруг поняла, что он говорит о её душе.
— Да, клянусь душой Адрины.
В конце концов, чьей бы душой она ни клялась, это её собственная душа.
Ади ответила. Юлс прищурился и открыл рот:
— Лучше бы она была жива.
Взгляд Ади приковался к лицу Юлса. На мгновение его выражение изменилось, будто он подумал: «Ну и что?»
http://tl.rulate.ru/book/175152/15130649
Готово:
