Готовый перевод Livestream Appraisal: My Friend, Something’s Very Wrong with You / Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН): Глава 28. Выкусили? Я здесь просто покупки делаю! (Часть 2)

— Да бросьте вы, какие тут сокровища? Так, обычный ширпотреб, заурядная безделушка, — Нин Фань лениво отмахнулся от камеры, напуская на себя вид абсолютного равнодушия, и мимоходом нацепил браслет на запястье.

Именно в этот момент к трансляции подключился Ван Доюй. Заметив мелькнувший на экране браслет, он замер, нахмурив брови.

«Мастер Нин, а ваш браслетик кажется мне до боли знакомым!»

«У моего старика-отца в коллекции есть точно такая же штуковина!»

«Постойте-ка, Мастер Нин... Это не просто совпадение! Это же те самые буддийские четки из дворцов династии Цин, не так ли?!»

Свои слова Ван Доюй мгновенно подкрепил фотографией, скинутой прямо в общий чат. На несколько долгих секунд в эфире воцарилась пугающая, почти осязаемая тишина.

Два браслета на экранах были идентичны, словно братья-близнецы. Оба состояли из восемнадцати угольно-черных, пропитанных тяжелым маслом деревянных бусин, увенчанных массивной головой Будды. К ним крепились роскошные подвески из кроваво-красной киновари и пронзительно-голубой бирюзы. Внешне они выглядели настолько роскошно и монументально, что дух захватывало.

Что за чертовщина?! Неужели он снова сорвал джекпот?! Все до единого были уверены, что целью Нин Фаня была та злосчастная курица, а оказалось, что истинным сокровищем был этот грязный браслет на руке бандита! Да еще и из Императорского дворца!

Поняв, что интрига раскрыта, Нин Фань перестал ломать комедию и утвердительно кивнул:

— Наш дорогой Ван Доюй абсолютно прав. Эта вещица действительно родом из запретных дворцовых покоев. Но это не какая-то рядовая побрякушка. Перед вами — личные четки из восемнадцати бусин, которые когда-то носил сам Император Шуньчжи.

По ту сторону экранов миллионы зрителей синхронно поперхнулись воздухом. Личные четки Императора Шуньчжи?! Да как он вообще смог разглядеть такое в куске грязного дерева?!

— Друзья мои, для начала давайте разберемся, что вообще такое браслет из восемнадцати бусин, — голос Нин Фаня приобрел обволакивающие, лекторские нотки. — В эпоху династии Цин, начиная как раз с правления Императора Шуньчжи, во дворце начался настоящий бум на буддизм. Монарх был глубоко религиозен, и, как следствие, вся придворная знать, все гражданские и военные чиновники обзавелись буддийскими четками. Вариант из восемнадцати бусин был самым ходовым. Это число священно: оно символизирует шесть корней восприятия, шесть видов мирской пыли и шесть видов сознания. Это классический, каноничный буддийский артефакт.

— Однако, — Нин Фань поднял палец вверх, призывая к вниманию, — браслет Шуньчжи разительно отличается от прочих. В качестве материала здесь использована не обычная древесина, а редчайший золотистый наньму. Как главная императорская древесина той эпохи, золотистый наньму пронизан естественными золотыми нитями. Он излучает богатство и непоколебимое величие, а при длительном ношении начинает источать тонкий, ни с чем не сравнимый аромат. Идеальный выбор для молитвенных четок.

— В те времена знаменитых императорских мастерских еще не существовало. За изготовление подобных вещей отвечало Управление Императорского двора, созданное самим Шуньчжи. И обе эти нити четок подробно описаны в ранних дворцовых архивах.

— Император лично приказал изготовить их для себя и своей возлюбленной, супруги Дунго, дабы они могли вместе молиться о благополучии. У каждого было по одному браслету, а на центральной бусине, голове Будды, были вырезаны маньчжурские иероглифы. На четках Шуньчжи красовался иероглиф «Счастье», а на четках супруги Дунго — «Нисхождение». То, что сейчас находится в коллекции семьи Ван Доюя — это браслет супруги Дунго.

Услышав это, Ван Доюй поспешно увеличил фотографию на своем мониторе, жадно вглядываясь в детали. Но прежде чем он успел вставить хоть слово, в чате объявился местный эксперт.

«Юный историк»: «Всё сходится! Я только что сверил архивы. Это действительно маньчжурский иероглиф "Нисхождение". Правда, вырезан он до крайности коряво, если не присматриваться — ни за что не разберешь!»

«Еще бы он не был корявым! Это же резал лично сам Император Шуньчжи! Если бы работа была идеальной, вот это было бы подозрительно — он ведь вам не гениальный плотник Чжу Юсяо!»

Нин Фань картинно закатил глаза и продолжил свой рассказ:

— Архивы Управления Императорского двора династии Цин бережно хранили записи об этих двух браслетах. Но затем произошла трагедия: супруга Дунго скончалась во цвете лет. Убитый горем Шуньчжи покинул трон и ушел в монахи. Цинские историографы постарались максимально замять этот скандальный эпизод, поэтому достоверной информации до наших дней дошло крайне мало. Из-за этого следы артефактов затерялись в веках. Кто бы мог подумать, что две столь легендарные вещи случайно встретятся вновь при таких нелепых обстоятельствах. Что ж, неплохо.

Исчерпывающие объяснения Нин Фаня расставили всё по своим местам, удовлетворив жгучее любопытство публики. Однако, глядя на экран, зрители всё еще испытывали когнитивный диссонанс: как эта смоляно-черная, похожая на кусок угля деревяшка могла быть тем самым сияющим деревом?

«Но как вы вообще поняли, что под этой грязью скрывается золотистый наньму?» — посыпались вопросы.

— Если внимательно изучить технику обработки, становится ясно, что кто-то в прошлом заполучил обе нити одновременно. До одури боясь разоблачения и конфискации, этот человек покрыл драгоценный золотистый наньму толстым слоем черного древесного масла, — Нин Фань слегка поскреб бусину ногтем. — Под таким панцирем не разглядишь ни единой золотой прожилки. Но стоит лишь обжечь это покрытие чистым спиртом, как истинная сущность сокровища немедленно явит себя миру. Доюй, дружище, плесни-ка на свой браслет крепкой белой водочки и поднеси зажигалку!

«Сделаем!» — мгновенно отозвался Ван Доюй. Он тут же раздобыл бутылку элитного байцзю, щедро полил древний артефакт и чиркнул огнивом. Яркое пламя с гулом охватило браслет. И лишь секунду спустя до него дошел весь ужас происходящего.

«Постойте-ка... Мастер Нин, а почему бы вам самому это не продемонстрировать на своей находке?!»

— А потому что мне это совершенно ни к чему! — с дьявольской усмешкой отозвался Нин Фань.

В этот момент пламя на экране Ван Доюя взметнулось до самых небес. Миллионы зрителей затаили дыхание, не смея даже моргнуть, с ужасом наблюдая за тем, как реликвия полыхает в огне.

http://tl.rulate.ru/book/175133/14998499