Готовый перевод Livestream Appraisal: My Friend, Something’s Very Wrong with You / Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН): Глава 25. Стандартная табличка четыре-шесть-один? Неужели не слышал о правиле трех длинных и двух коротких? (Часть 1)

Глава 25. Стандартная табличка четыре-шесть-один? Неужели не слышал о правиле трех длинных и двух коротких?

— Откуда тебе это известно? — Взгляд торговца, услышавшего слова Нин Фаня, мгновенно наполнился густой, неприкрытой подозрительностью. Лицо его вытянулось, а густые брови поползли вверх, собирая на лбу глубокие морщины. — Эту табличку подарил мне названый брат! Я ношу ее на себе меньше двух дней, она даже теплом моим еще толком не успела напитаться!

Мужчина нервно сглотнул, но тут же расправил плечи, словно пытаясь придать себе веса, и принялся горячо оправдываться:

— Это самая что ни на есть эталонная «табличка безмятежности», вырезанная из отборного семенного хотанского нефрита. Да я ведь не просто так ее надел! Я специально ходил к одному очень опытному старому мастеру, чтобы тот оценил работу. Тот осмотрел ее со всех сторон, просветил фонариком и подтвердил, что вещь — подлинник высочайшего качества. Буквально сегодня утром я нашел умельца, который сплел для нее этот прочный красный шнурок, чтобы носить на шее. Я спрашивал у всех своих знакомых, и каждый в один голос твердил, что выглядит она просто великолепно! Сам посуди: красная нить отводит беду в год судьбы, а «табличка безмятежности» призвана хранить покой и здоровье владельца. Так что, дружище, если ты стоишь тут и утверждаешь, что с этой вещью что-то не так... Уж не ищешь ли ты повода для драки?

Зрители на прямой трансляции, внимательно слушавшие эту гневную тираду, тоже почувствовали, что в словах торговца есть доля истины, и ситуация начинает приобретать весьма щекотливый оборот. Хотя большинство из них не были профессиональными оценщиками или знатоками антиквариата, легенду о происхождении «табличек безмятежности» знали многие.

История гласила, что в конце эпохи Мин жил великий мастер резьбы по нефриту по имени Лу Цзыган. Всю свою жизнь он посвятил этому тонкому искусству, сумев невероятным образом объединить в миниатюрных нефритовых пластинах изящество каллиграфии, глубину живописи и строгость печатей. Любая безделушка, вышедшая из-под его резца, мгновенно становилась объектом вожделения коллекционеров. И вот, когда его мастерство достигло поистине божественного уровня, в руки к нему попал безупречный кусок нефрита оттенка бараньего жира — камень такой чистоты и света, что казался сотканным из лунных лучей.

Все ценители искусства затаили дыхание, ожидая, что великий Лу Цзыган создаст из этого сокровища невиданной красоты шедевр, покрыв его сложнейшей, многоуровневой резьбой. Но мастер поступил иначе. Он лишь идеально отшлифовал камень, придав ему безукоризненно ровную, гладкую форму, и просверлил в верхней части крошечное отверстие для шнурка. Он даже не стал вырезать на нем свое знаменитое клеймо. На все изумленные расспросы Лу Цзыган ответил лишь одной фразой: «Истинной красоте не нужны украшения».

Слово «без украшений» (у ши) на китайском языке звучало точно так же, как «без происшествий» или «безмятежность». Именно с того дня в мире нефритового искусства и появился этот уникальный вид изделий — «табличка безмятежности», талисман, оберегающий от любых жизненных бурь. Шли века, ремесло развивалось, и со временем такие таблички стали делать не только из нефрита, но и из слоновой кости, благородной древесины, кости животных, редких камней, а также золота и серебра. Разнообразились и формы: появились закругленные и прямоугольные края, а на верхней или нижней части таблички стали допускать легкую декоративную резьбу.

Та вещица, что сейчас раскачивалась на шее у торговца, была именно такой — классической прямоугольной пластиной из хотанского нефрита оттенка бараньего жира с искусной резьбой в верхней части. Из-за того, что мужчина постоянно двигался и эмоционировал, табличка сильно раскачивалась, ловя тусклые блики уличных фонарей Призрачного рынка Хуанчэнгэнь, так что зрители не могли разглядеть тонкости работы. Но даже по блеску и фактуре материала было очевидно: за один только этот кусок камня можно смело просить десятки тысяч!

И раз уж Нин Фань так уверенно заявил, что с табличкой что-то не так, ему придется предоставить веские доказательства, иначе его слова сочтут пустой клеветой. Десятки тысяч глаз по ту сторону экранов с нетерпением ждали объяснений, когда в ночной тишине раздался легкий, почти снисходительный смешок юноши.

— Для этого не нужны какие-то тайные знания, всё видно невооруженным глазом! — Нин Фань скрестил руки на груди, его взгляд был острым, как бритва. — На твоем красном шнурке нет ни капли кожного сала или пота, а сам нефрит совершенно не впитал человеческую ауру, от него так и везет сыростью свежего распила. Не то что «меньше двух дней на теле»... Даю голову на отсечение, что эту вещь вырезали из камня максимум пару суток назад! Это абсолютно «сырая» табличка, к которой даже время не успело прикоснуться.

Нин Фань сделал короткую паузу, позволяя своим словам повиснуть в холодном воздухе, а затем припечатал:

— И, если мои глаза меня не подводят, к ее созданию приложил руку мастер сучжоуской школы резьбы? Спереди вырезаны три дракона, сзади — еще два. В сумме ровно пять, так? А отверстие для шнурка аккурат совпадает с тем местом, где эти драконы играют с жемчужиной. Я прав?

Услышав эту детальную, до пугающего точную роспись, торговец резко побледнел. Он судорожно стянул шнурок через голову и уставился на нефритовую пластину так, словно видел ее впервые. Долгую, мучительную минуту он молчал, лишь с громким стуком сглотнув вставший в горле ком.

— Каждое слово... — выдохнул он наконец осипшим голосом. — Каждое твое слово — чистая правда! Брат, ты не ошибся ни на волосок!

По ту сторону экранов тысячи зрителей синхронно втянули сквозь зубы холодный воздух. Чат взорвался потоком сообщений.

«Да ладно?!»

«Вот это уровень!»

Все они полагали, что Нин Фань просто бросил случайную фразу наобум, чтобы сбить цену или набить себе цену, но кто бы мог подумать, что он попадет в яблочко по всем пунктам! Сколько времени он вообще смотрел на этот нефрит? Если посчитать те пару мгновений, когда луч фонарика скользнул по табличке... да там и одной секунды не набралось! Они, зрители, даже общий контур рисунка не смогли уловить, а Нин Фань умудрился разглядеть точное количество драконов — три спереди, два сзади! У этого парня вместо глаз что, встроенные лазерные сканеры высокой четкости?!

Восхищенные зрители принялись яростно нажимать на кнопки лайков. Экран прямого эфира мгновенно затопило густым снегопадом из красных сердечек.

— И еще кое-что, — голос Нин Фаня зазвучал тише, но от этого стал лишь более пробирающим. — Твой так называемый брат... Прежде чем подарить эту табличку, он ведь выспрашивал у тебя точную дату и время твоего рождения, все твои Восемь Иероглифов Судьбы?

— Точно! — глаза торговца округлились от ужаса. — Он так и сказал! Мол, собирается заказать именной талисман, а для этого мастеру обязательно нужно высчитать благоприятный узор по моей дате рождения!

Среди потока обычных комментариев вдруг вспыхнуло золотистое сообщение от щедрого спонсора:

«Мастер Нин, прошу прощения за то, что прерываю столь напряженный момент. Но когда вы начали рассказывать о том, что такие "таблички безмятежности" могут нести в себе скрытую угрозу, меня прошиб холодный пот. У меня в коллекции тоже есть один подобный экземпляр, и мне бы очень хотелось, чтобы вы взглянули на него. Если вам, конечно, будет удобно!»

Многие завсегдатаи эфира тут же узнали этого зрителя — это был тот самый баснословно богатый меценат, который совсем недавно осыпал Нин Фаня целой горой донатов. В чате тут же посыпались любопытные вопросы о том, что за нефрит у богача и почему он так перепугался.

Но Денег Куры Не Клюют не успел ответить, как в динамиках вновь зазвучал спокойный, размеренный голос Нин Фаня:

— Не суетитесь. Будем смотреть вещи по очереди. Всему свое время.

http://tl.rulate.ru/book/175133/14998443