— Ваша светлость, это недоразумение! Да разве хватило бы нам дерзости лгать вам? Сами посмотрите! Госпоже и впрямь очень плохо!
— Истинная правда! Мы несколько раз проверяли, но она выглядела так, что мы грешным делом подумали, будто она отдала Богу душу!
Обвинение в обмане герцога сулило огромные неприятности, поэтому служанки изо всех сил пытались оправдаться.
«Вот так. Молодцы. Отлично справляетесь».
Лежа рядом, я самозабвенно разыгрывала спектакль.
Выиграв таким образом немного времени, я украдкой рассматривала отца Аристины.
Герцог Канель Розен.
Как и подобает главной знаменитости имперского высшего общества, его называли просто «герцог Канель».
Светлые волосы, алые глаза, бледное лицо и белые руки. Он выглядел как неподвластный времени вампир, но был самым настоящим человеком.
В отце Аристины было что-то от главного героя фэнтезийного романа. Что-то в духе «Как выжить болезненному наследнику именитого имперского дома».
Будучи единственным законным сыном, он родился слабым и болезненным, из-за чего постоянно подвергался нападкам со стороны побочных ветвей семьи, однако сумел безжалостно избавиться от врагов и в итоге стал главой рода.
Он возвысился как абсолютный владыка герцогского дома Розен — старинного и знатного имперского рода.
А затем он сыграл свадьбу со своей единственной возлюбленной, разделившей с ним все невзгоды... Кто бы мог подумать, что на этом моменте жанр сменится на «Я стал отцом злодейки»!
Герцог Канель так сильно любил свою жену, что даже после её смерти пресекал любые разговоры о повторном браке... Но вот выдающимся отцом его назвать было сложно.
Тем не менее, он по-своему пытался управлять этой мчащейся без тормозов повозкой под названием «дочь».
Однако его дочь, жившая одним днём и потакавшая всем своим капризам, в конце концов не справилась с ревностью и совершила непоправимое.
Покушение на будущую кронпринцессу путём отравления.
Неудивительно, что герцог рвал и метал. Он созвал всех своих советников на экстренное совещание, которое длилось с раннего утра до поздней ночи, но, разумеется, это не принесло никаких результатов.
Одним словом, ситуация из разряда: стой и смотри, как тебе на голову падает ядерная бомба.
Можно лишь представить, в каком он был бешенстве. Любому дураку понятно: тронешь сейчас герцога — покойник. Нужно сидеть тише воды, ниже травы.
Что ж, притворяться ветошью — мой конёк. Если захочу, могу распластаться так, что сольюсь с полом.
И всё же... Если подумать, разве у меня нет одного козыря в рукаве?
«Ведь я могу обезвредить эту герцогскую бомбу!»
Я мысленно усмехнулась с чувством глубокого удовлетворения.
На данный момент никто из присутствующих ни на секунду не сомневается в виновности Аристины.
Но я единственная, кто знает правду. Его дочь невиновна!
Верно. С этого и начнём. Первым делом нужно очистить своё имя и восстановить положение в семье. А для этого мне понадобится «это», не так ли?
«Подозрительная улика, которую Аристине всё же удалось заполучить, пусть и с опозданием. Она спрятала её здесь».
Это была весьма запоминающаяся сцена, поэтому я хорошо её помнила.
— Как же больно! Мне нечем дышать!
Притворяясь, будто в агонии царапаю собственное тело, я судорожно нащупывала потайной карман, надежно спрятанный в складках платья.
И действительно, там оказался крошечный бархатный мешочек. Сквозь мягкую ткань проступали очертания небольшого круглого металлического предмета.
«Так и знала, он всё ещё здесь».
Стоило моим пальцам коснуться предмета, как в памяти живо всплыл момент, когда Аристина его нашла.
Это произошло вскоре после того, как её заточили в библиотеке пристройки.
Аристина раздраженно колотила подушку, когда за окном послышались голоса болтающих садовников.
— Выходит, это наша госпожа пыталась отравить леди Гиперион?
— Что за глупые вопросы? Кто же ещё, если не она?
— Да нет, я-то тоже уверен, что это дело рук нашей госпожи, но кое-что не даёт мне покоя.
— И что же?
— Тсс! Только между нами. В тот день, перед самым чаепитием, новенький садовник куда-то запропастился, и я пошёл искать его в оранжерею. И представляешь, я услышал, как леди Гиперион ведет с кем-то подозрительный разговор.
— Чего? Не выдумывай. Ерунду какую-то мелешь.
— Да нет же! Чистая правда! Леди Гиперион почему-то жутко растерялась, засуетилась, а потом сказала собеседнику: «Это останется в тайне между нами двумя». И тот ответил: «Слушаюсь». После этого они сразу же испарились. Мне стало так любопытно — уж не почудилось ли, — что я подошёл к тому месту и нашёл вот это. Разве это не вещица леди Гиперион?
— А? Да ну, быть того не может!
Аристина, слушавшая их как завороженная, резко вскочила на ноги.
— Эй, вы двое! А ну живо идите сюда!
Прикрикнув на перепуганных садовников, она поспешно отобрала у них вещицу, найденную в оранжерее.
Это было кольцо. Кольцо с камнем по месяцу рождения, на котором красовались инициалы Серены — «С. А. Г.» — и герб герцогского дома Гиперион.
Кольцо, с которым она не расставалась со своего восемнадцатилетия, одиноко валялось на полу в чужой оранжерее. Да ещё и со следами непонятных пятен крови.
«Ой-ёй?»
Глаза Аристины округлились от удивления.
— Надо скорее сообщить отцу...
— Ах! Пощадите! Мы ничего не знаем! Впервые в жизни видим это кольцо!
Садовники так перепугались, что перемахнули через забор и дали дёру.
Аристина была настолько ошеломлена, что даже не заметила этого.
Если Серена отравилась, хотя сама Аристина палец о палец не ударила, значит, кто-то определённо вмешался в дело...
«Неужели это сама Серена?»
Она всегда яростно продвигала «Теорию заговора Серены», но это было просто притянуто за уши. Её соперница была настолько безупречна, что ей не оставалось ничего другого, кроме как распускать грязные слухи.
«Неужели я ткнула пальцем в небо и попала в яблочко?»
Аристина намеревалась поскорее донести обо всём отцу, пока Серена не хватилась кольца, но в итоге была убита до того, как успела это сделать.
По идее, это кольцо должно было навсегда сгинуть во мраке вместе с её телом...
Но благодаря тому, что я переселилась в её тело, появился шанс вновь поднять этот вопрос.
«Я должна немедленно рассказать об этом всем!»
Я резко распахнула глаза.
Как раз в этот момент ко мне подошёл семейный врач.
— Госпожа, позвольте проверить ваш пульс.
— Нет, всё в порядке.
Отстранив его, я села.
— Отец, как сейчас Серена?
— Хм?
Ледяное выражение лица герцога Канеля едва заметно изменилось.
«Спрашивает о самочувствии Серены... Неужто хоть немного раскаивается?» Наверное, что-то в этом роде пронеслось у него в голове.
— Благодаря неустанным стараниям лучших лекарей, она уже поправилась настолько, что может спокойно передвигаться. Какое облегчение.
— Да, и правда замечательно. Значит, теперь её можно подробно допросить.
— ?..
— В этой стране все посходили с ума. Обвинить человека без малейшего расследования, лишь на том основании, что меня и так все клеймят злодейкой. Да где это видано! Настоящий преступник как раз и сыграл на этом! Истина может скрываться в самом неожиданном, но простом месте!
С этими словами я уверенно протянула мешочек.
— Вот доказательство. Если вы копнёте глубже, то наверняка что-нибудь найдёте. Смотрите, я надёжно его припрятала!
Неожиданный поворот. Внезапное появление спасителя. Комната, гудящая, словно растревоженный улей.
Чего-то подобного я ожидала.
«?..»
Но мои ожидания с треском провалились.
— Что ж, вернёмся к прерванному совещанию.
Герцог Канель развернулся, всем своим видом показывая, что пропустил мои слова мимо ушей. А советники равнодушно поплелись за ним, будто где-то просто залаяла собака.
— Эй, послушайте.
Я потрясла мешочком в воздухе.
— Алло? Ваша дочь раздобыла важнейшую информацию! Перед тем самым чаепитием Серена тайно с кем-то шепталась в нашей оранжерее!..
Глаза герцога сверкнули.
«Наконец-то проняло?» — подумала я...
— Замолчи!
Свирепо рявкнул герцог Канель.
— Ты так долго молчала, что я уж было подумал, ты хотя бы репетируешь раскаяние, как я велел! Но нет, ты снова взялась за старое и вцепилась в Серену?
— Да нет же, у меня правда есть доказательства! Прежде чем отправлять меня на гильотину, позвольте предстать перед судом! Дайте мне шанс высказать свои подозрения!
Как бы отчаянно я ни молила, никто не обратил на меня ни малейшего внимания. Будто на мне висела табличка: «Животных не кормить».
Печальная участь мальчика, кричавшего «Волки!». Всё это время Аристина стряпала всевозможные фальшивки и выдумки себе в угоду.
Всему есть предел, и теперь всё, что бы ни сорвалось с моих губ, безжалостно игнорировалось.
— Мне даже жаль тратить на тебя свой гнев. Заприте её снова!
Холодный приказ герцога Канеля заставил меня вздрогнуть.
— Нет! Только не запирайте меня здесь, прошу...
— Раз тебе это так ненавистно, значит, это самое подходящее для тебя наказание.
Отец круто развернулся и ушёл, а стражники тотчас принялись закрывать двери библиотеки.
«Раз уж вы так, у меня тоже найдётся управа».
Я быстро крикнула служанкам:
— А ну, все заходите!
Убийца подстерег Аристину, когда она осталась одна.
Даже если я заперта в библиотеке, в окружении толпы людей будет относительно безопасно.
— Работайте здесь. Делайте что угодно.
— А? Д-да, госпожа.
Пока что пожар потушен.
Что же делать дальше?
— Охо-хо...
Вспомнив ледяную реакцию герцога Канеля, я тяжело вздохнула. Его оборона казалась настолько непробиваемой, что я даже не представляла, как её сокрушить.
Неужели, как бы я ни барахталась, финал Аристины уже предрешён? В итоге меня ждёт гильотина или смерть от рук убийцы?
От мыслей о таком ужасном конце в голове помутилось, а в горле пересохло.
«Надо выпить холодной воды и немного прийти в себя».
Ледяной воды на столе не нашлось, зато в ведерке со льдом охлаждалась бутылка шампанского. Взяв покрытую испариной бутылку, я налила себе бокал.
«Ах да, кстати...»
Мне захотелось налить бокал и для души жестоко убитой Аристины.
Щедро наполнив шампанским второй бокал, я пододвинула его в сторону и едва слышно пробормотала:
— Госпожа, у вас ничего нет? Тайного приспешника, которого можно использовать в такой момент. Поклявшегося в верности рыцаря. Человека, которому вы в прошлом оказали услугу. Или того, кого вы держите на крючке... Неужели вообще никого?
Ага, как же, размечталась.
— Хоть ваша хозяйка и жила так, словно завтра не наступит, как у неё могло совсем ничего не остаться?
И в тот самый миг, когда я изливала душу роскошным манекенам, стоявшим у стола...
По диагонали от меня вдруг раздался щелчок, и комнату озарило ослепительное сияние.
— А? Почему шкатулка госпожи сама открылась?
— Как странно...
Между испуганно попятившимися служанками я разглядела в шкатулке роскошное украшение.
Ожерелье, в центре которого красовался крупный бриллиант в форме капли, окружённый сорока восемью мелкими бриллиантами, а вместо цепочки сверкала нить жемчуга.
«Звезда Авроры» явила себя во всём своём великолепии.
— Мы её не трогали! Честное слово! Вы ведь всё равно должны лично ввести пароль, чтобы достать его...
Побледневшие служанки принялись оправдываться.
Самопроизвольно открывшаяся шкатулка и впрямь выглядела чертовски странно.
«Это потому, что я ныла, будто у меня ничего нет? Она решила показать, что у меня есть это?»
Заинтригованная, я подошла к шкатулке.
— И какой же там пароль? Ах... Видимо, из-за обморока я ничего не помню.
— Ох, да. Это дата вашего дня рождения, госпожа.
— Мой день рождения... Ай, как голова болит!
— 31 октября.
«Хм? Наши дни рождения совпадают? Какое странное совпадение. Ну и славно, не запутаюсь».
Я ввела «1031» и достала ожерелье.
Такое дорогое ожерелье наверняка станет отличным подспорьем для выживания. И, если подумать, у меня было кое-что ещё.
«Точно. Как я могла забыть».
Я перевела взгляд на выставленные в библиотеке нарядные манекены. Их доставили из ателье прямо перед заточением Аристины.
— Запереть меня, не дав даже примерить новые платья — это жестоко!
Дочь так бунтовала, что раздосадованный отец просто отмахнулся: «Зашвырните туда и это шмотье!» — и приказал отправить их следом.
Манекены в роскошных платьях. И эта «Звезда Авроры». С их помощью я должна найти способ выжить.
Мозг снова начал лихорадочно соображать.
«Домочадцы герцога меня вообще не слушают. Даже если я покажу кольцо, им будет плевать. Чужаки, как и те садовники, сделают вид, что ничего не видели, из страха. Но...»
Был один человек, который мог бы заинтересоваться. Тот, для кого истина важнее любых политических интриг императорской семьи.
Встретиться с ним невероятно сложно. Однако, если хорошенько поразмыслить, у меня всё же был способ увидеться и поговорить с этим человеком один на один.
И крылся он...
В его последней фразе, брошенной Аристине.
— Леди, если вы ещё раз выкинете нечто подобное, вас ждёт Священный суд!
Именно. Священный суд.
Ведь суд — это тоже своего рода место для встреч. Пусть мы и встретимся в статусе судьи и подсудимой, мы всё равно сможем поговорить.
Конечно, этот Священный суд был куда страшнее обычного. В зависимости от решения судьи и голосования присяжных могли приговорить даже к сожжению на костре.
«Все решат, что я свихнулась, раз добровольно навлекаю на себя Священный суд...»
Но пусть меня считают сумасшедшей сколько влезет, разве моё выживание не станет в итоге моей победой?
http://tl.rulate.ru/book/175108/15062874
