Северные пределы. Кладбище павших героев Севера.
Шла торжественная и скорбная церемония похорон.
Ярко-алое знамя укрывало хрустальный гроб, в котором мирно покоился заместитель командира Хубэнь – Ван Пэн.
Семь дней назад группа наемников тайно проникла в Дася, намереваясь выкрасть военные секреты.
Ван Пэн, обнаруживший отряд во время патрулирования, в одиночку сорвал коварный заговор врага, но заплатил за это своей молодой жизнью.
— Видел ли кто-нибудь за последние семь дней «Свирепого Тигра» Цинь Фэна? — Старик в военной форме с тревогой опрашивал стоявших на плацу офицеров.
В ответ воины лишь качали головами.
— Докладываю! — Раздался голос вестового. — Международная группа наемников «Сабля Смерти», базировавшаяся в Западной Африке, была полностью уничтожена неизвестными в предрассветные часы.
Раздался резкий вдох – солдаты и офицеры невольно замерли от этой новости.
Ведь именно эти люди проникли в Дася и стали причиной гибели Ван Пэна.
Неизвестные? Неужели это…?
Четкий звук военных сапог по ступеням внезапно разнесся над толпой.
Когда в поле зрения появился Цинь Фэн, чья форма была покрыта запекшейся кровью, все загадки разрешились сами собой.
Увидев его, старик бросился вперед:
— Цинь Фэн! Самовольное пересечение границы – это нарушение…
— Главнокомандующий, семь дней назад я подал прошение об отставке, — перебил его Цинь Фэн. — Сегодня я здесь лишь для того, чтобы проводить старого боевого товарища в последний путь.
— Ты? Да кто одобрил твою отставку?! Кто позволил тебе…
Не дав старику договорить, охваченный горем Цинь Фэн взревел:
— Моих солдат нельзя притеснять, нельзя оскорблять! Всякого, кто посягнет на Хубэнь…
Стоило Цинь Фэну произнести это, как вся армия Хубэнь в едином порыве неистово выкрикнула:
— Всякого, кто посягнет на Хубэнь, покараем, как бы далеко он ни был!
Цинь Фэн подошел к гробу Ван Пэна и развернул сверток, который держал в руках. Перед присутствующими предстали почти сто отрубленных пальцев.
Это были указательные пальцы, нажимавшие на курок, – подношение Цинь Фэна в память о друге.
— Брат Пэн, ты ведь говорил, что через месяц я должен поехать с тобой в Цзиньлин. На выпускной твоего сына Янъяна из детского сада… Почему же ты ушел первым? — Хриплый, надрывный крик вырвался из груди Цинь Фэна.
— Брат Пэн, не волнуйся. Я позабочусь о Янъяне и невестке!
Восемь лет братства, одна душа на двоих…
Месяц спустя. Зона встречи в аэропорту Цзиньлин.
Командир Цзиньлина Гао Шунь с тревогой всматривался в выход из терминала.
Заметив выходящего Цинь Фэна – налегке, без лишнего багажа – он поспешно направился к нему.
Сначала он отдал честь, а затем почтительно произнес:
— Главный Инструктор!
Цинь Фэн, командующий восемью сотнями тысяч воинов Хубэнь, считался «лучшим бойцом Дася». Однако все эти почести канули в прошлое вместе с его отставкой.
— Командир Гао, я уволился со службы. Больше я не Главный Инструктор.
Как только Цинь Фэн произнес это, Гао Шунь, сам выходец из армии Хубэнь, порывисто ответил:
— Для каждого человека из Хубэнь вы навсегда останетесь нашим Главным Инструктором!
— Благодарю за верность. Кстати, то, о чем я просил тебя помочь… всё устроено? Янъян мечтает хотя бы раз проехаться на боевой машине, я хочу, чтобы его мечта сбылась.
Гао Шунь кивнул:
— Всё подготовлено.
— Спасибо…
Район Цзяннин. У ворот детского сада «Три цвета».
Маленький Ван Ян, одетый в черную мантию выпускника, ждал родителей вместе с другими детьми.
Это был элитный садик района Цзяннин, и большинство семей здесь были либо богаты, либо влиятельны.
К началу церемонии у ворот один за другим выстраивались роскошные автомобили.
Дети, завидев родителей, радостно махали руками. Но Ван Ян, чей взгляд становился всё более тревожным, никак не мог дождаться своих.
— Ван Ян, твой папа еще не пришел? Я же говорил тебе, что твой никчемный папаша не явится, — насмешливо крикнул мальчик, дождавшийся своего отца.
Учительница, стоявшая рядом с Ван Яном, поспешила осадить его:
— Чжан Цань, как ты можешь так говорить? Это…
Договорить ей не дал отец Чжан Цаня, Чжан Шэн. Пикнув электронным замком «Мерседеса», он с усмешкой произнес:
— Мой сын просто констатирует объективный факт.
Стоило Чжан Шэну это сказать, как многие родители остановились поглазеть.
— Его отец, Ван Пэн, – это тот самый печально известный зять-примак семьи Е из Цзяннина. Потому его годами и не видно, вечно где-то пропадает, словно дракон, скрывающий голову в облаках.
— Наверное, просто стыдно людям в глаза смотреть!
Те, кто отдавал детей в этот сад, принадлежали к определенному кругу. Напоминание Чжан Шэна освежило их память.
— А-а, так это ребенок второй мисс Е, Е Цянь!
— В свое время она пошла наперекор семье и выскочила замуж за это нищее ничтожество. Стала посмешищем для всех знакомых.
— Это точно! Прекрасный цветок в навозную кучу. Слышал, из-за этого семью Е Цянь чуть не выставили из дома?
Слушая пересуды, Ван Ян в отчаянии выкрикнул сквозь слезы:
— Мой папа не ничтожество! Он страж войны, он защищает страну в Северных пределах!
— Янъян, что случилось?
Пока Ван Ян кричал, из подъехавшего такси торопливо выбежала Е Цянь.
— Мама, они говорят, что мой папа никчемный!
Заливаясь слезами, Ван Ян указал на самодовольных Чжан Шэна с сыном.
Увидев это, Е Цянь холодно произнесла:
— Господин Чжан, говорить такое при ребенке – это уже чересчур, вам не кажется?
— Госпожа Ван, всё, что я сказал, – общеизвестные факты. Вам стоило бы говорить ребенку правду, чтобы он четко понимал свое место в жизни.
— Вы…
Е Цянь задохнулась от возмущения и обиды.
— Мама, папа не никчемный! В прошлый раз по видеосвязи он обещал, что покатает меня на боевой машине!
Слова Ван Яна вызвали новый взрыв хохота.
— Ха-ха-ха!
— На боевой машине? Какая детская наивность.
— Послушайте, госпожа Ван! Ну и горазд же ваш муженек приврать.
Чжан Шэн намеренно подчеркнул обращение «госпожа Ван», издеваясь над статусом Ван Пэна.
Но едва он договорил, как с конца дороги донесся нарастающий гул. Земля под их ногами начала мелко дрожать.
В воздухе повис тяжелый рокот моторов.
— Что это за звук?
Люди в недоумении оглядывались. Кто-то даже выбежал на обочину, вытягивая шею.
— Смотрите! Быстрее! Это… это тяжелая боевая машина!
После этого крика все бросились к дороге.
— Мама, смотри! На машине стоит дядя Цинь Фэн!
Увидев Цинь Фэна, наполовину высунувшегося из люка, Янъян, не успев вытереть слезы, радостно закричал и запрыгал на месте.
Лицо же Чжан Шэна в этот миг стало мертвенно-бледным.
http://tl.rulate.ru/book/175012/14842295
Готово:
