Глава 496 Бедствие Найсeна (Часть 2)
— У них есть шанс на жизнь? Услышав это, Сарпедон решил, что воля старика дрогнула, и его лицо расплылось в довольной усмешке.
— Это зависит от обстоятельств. К тому же, пребывание многих существ в этом бренном мире трудно назвать истинной жизнью. — Вы принесли смерть слишком многим, — голос ректора Нуваса был тверд.
— Смерть — единственный закон Вселенной; Галактика не знает любви, человек. Я милостиво дозволю горстке счастливчиков влачить существование среди этих руин, чтобы они дождались триумфального возвращения вашего героя. Будет в высшей степени забавно, если лишь один из тысячи встретит Сошиана у порога этого пепелища.
— Ваша жажда убивать беззащитных лишена и тени воинской чести, — отчеканил ректор. Сарпедон лишь скрипнул суставами своего панциря, и звук этот напомнил скрежет металла.
— Утомительный спор. Покорись моей воле, и, быть может, тебе суждено будет увидеть закат сегодняшнего дня. Старик расправил плечи: — Я отказываюсь.
— Твое упрямство достойно уважения в иных кругах, но здесь оно лишь усугубит твою участь, — Сарпедон кивнул одному из своих бойцов. Призрачный Воин шагнул вперед и мертвой хваткой вцепился в остатки седых волос стоящего рядом инструктора.
Человека оторвало от пола; он вскрикнул от боли и беспомощности. — Умоляю... — хрипел учитель, пока десантник Хаоса небрежным движением короткого меча не начал вспарывать его брюшину.
Багровый поток ударил в пол; несчастный судорожно пытался удержать внутренности, вываливающиеся наружу. Мольбы о пощаде быстро сменились нечленораздельными воплями агонии, а Сарпедон ткнул пальцем в сторону жертвы.
— Посмотри на это, директор: именно так мы поступим с каждым из твоих драгоценных подчиненных прямо на руинах твоей обожаемой академии. Предатель встряхнул в руках полуживое тело, и звук влажных шлепков органов о бетон заглушил очередную попытку Нуваса заговорить.
— Я знаю, что твои подопечные заперты в нижних шлюзах, — взгляд библиария впился в лицо ректора. — Выведи их под мой присмотр, иначе я прикажу своим братьям вытравить их оттуда как паразитов, превращая смерть каждого в бесконечный акт боли.
Он перехватил бьющееся в судорогах тело за горло и с пренебрежением отшвырнул этот кровавый комок на антикварный стол директора. — Подчинись — и ты сохранишь их никчемные жизни. Откажешь — и я лично прослежу, чтобы мой апотекарий содрал с тебя кожу еще до того, как твое сердце остановится. Он — мастер растягивать «удовольствие» на долгие ночи; один из пленников как-то выл шесть суток в гнили собственных ран, пока инфекция не даровала ему избавление.
Старик судорожно сглотнул, борясь с накатывающей тошнотой. — Твои слова не возымеют действия, монстр.
В ту же секунду Сарпедон прижал свои бронированные пальцы к лицу директора. Его ледяные касания скользили по пергаментной коже, ощущая хрупкость костей черепа.
— Знаешь, как красиво тело реагирует на истинный страх? — вкрадчиво шептал предатель. — Ты становишься воплощением физиологического парадокса: бить или бежать? Твоё дыхание пропитано едкой химией паники, мышцы сводит судорогой, лишая тебя способности соображать. Ритм сердца превращается в набатный бой, а твой пот приобретает особый аромат зверя, из последних сил метящего свою территорию. Края твоих глаз подергиваются, стараясь спрятать разум от вида нависшей угрозы.
Сарпедон сдавил затылок Нуваса, приблизив свое изуродованное лицо к самому уху старика. — Я чувствую этот смрад твоего поражения. Не пытайся играть в героя, человек; ты весь принадлежишь мне.
— Что... что тебе нужно? — Ректор был вынужден признать поражение. — Повторяю: мне нужны все ваши кандидаты.
Артур Амос замер на миг, затем тяжело кивнул и подошел к терминалу связи за столом. Дрожащими пальцами он ввел секретный код. — Поднимайте их на поверхность.
Бросив короткую фразу, он оборвал связь. Ожидание было тягостным; Нувас наблюдал из окна, как огонь пожирает учебные корпуса, пока Сарпедон без умолку координировал свои отряды в улье.
Голос мутанта походил на дикий гул, он диктовал новые цели, периодически смолкая лишь ради того, чтобы полюбоваться на зарево пожаров. Инструкторы в кабинете молчали; ректор бережно закрыл глаза своему павшему товарищу, чьи остатки еще дымились на разбитой столешнице.
— Привыкнешь, — осклабился один из десантников, активируя переносной голоэкран. Кадры заставили старика содрогнуться: «Призрачные Воины» ворвались на средние ярусы улья.
Бронированные исполины крушили перегородки убежищ, вырывая оттуда кричащих людей. Солдаты Тьмы волочили женщин и детей за волосы по мостовым, распиная несогласных на стенах в назидание остальным. Груды тел становились всё выше, превращаясь в жуткие монументы человеческой немощи и страха.
— За что? — прошептал директор. — Мы делаем это, потому что в нашей власти превратить вашу жизнь в кошмар. Ты и твои люди — лишь инструменты для причинения боли Сошиану, — рассмеялся Сарпедон.
Вскоре на площади перед академией появились сотни юношей в ученической форме; магистр-мутант повел ректора к ним. Он оглядел строй подростков шестнадцати-восемнадцати лет и недовольно нахмурился.
— И это все? Больше кандидатов в этом мире не нашлось? Директор лишь безмолвно кивнул. — Не пытайся водить меня за нос, их должно быть больше.
Сарпедон зашагал в центр толпы, выискивая жертву. Он рывком выхватил из шеренги щуплого мальчишку; подросток побелел от ужаса, мелко дрожа под взглядом чудовища.
Но за ширмой страха в глазах парня блеснуло нечто иное. Почуяв неладное, Сарпедон с силой отшвырнул его от себя. — Это не студенты! — вскричал он.
В ту же секунду ректор сорвался на дикий крик: — За Императора! К горлу врага!
Юноши синхронно распахнули кители; глаза Сарпедона расширились — на груди каждого из них был плотно закреплен заряд мощнейшей взрывчатки. Предатель вскинул руку, взывая к псайкерской мощи, но секунды были упущены.
Грохот колоссального взрыва разорвал тишину, поглощая площадь вместе с Нувасом и застигнутыми врасплох «Призраками». Столб огня взметнулся над городом, знаменуя собой акт последнего отчаянного самопожертвования академии.
http://tl.rulate.ru/book/174905/16396756
Готово:
