Завершив сборы, Гу Синчжи отправился на поиски своей маленькой «золотой птички». Эта миссия принесла слишком много тревог. Он потер переносицу, чувствуя, как исходящий от него холод стал еще пронзительнее. В пылу битвы он только что совершил прорыв на шестой уровень и пока не до конца контролировал ауру — скоро она опять начнет жаловаться, что от него веет морозом.
В то же время его грызло чувство вины за то, что в последнее время он уделял ей так мало внимания. Чего Гу Синчжи не знал, так это того, что желающих составить компанию Нань Сюнь было в избытке. Она совсем не скучала: то шушукалась с близнецами, то изводила своими прихотями Ин Цунъюаня.
— Гу Синчжи! Я достигла четвертого уровня! — девушка вбежала в палатку, прижимая к груди рюкзачок с кристаллами, её нос был высоко задран от гордости.
— Ты большая молодец. — Гу Синчжи отложил дела и с нежностью посмотрел на неё. Хоть он и слышал, что уровень целителей растет на удивление быстро, результат всё равно превзошел его ожидания. — Устала на задании?
— Нет. — она покачала головой.
— Есть что-нибудь, чего тебе хочется? — он попытался погладить её по голове, но девушка в ответ хлопнула его по руке, и он лишь снисходительно улыбнулся.
— Ничего не хочу.
Она достала из сумки конфету и принялась с аппетитом жевать. Заодно принялась с упоением пересчитывать свой «маленький капитал»: конфеты от близнецов, лакомства, которыми её подкармливали все вокруг, ягоды, за которыми Ин Цунъюаня гоняли за несколько километров, и свежие цветы, что тот приносил ей ежедневно в качестве наказания за капризы…
Пока она любовалась своими «трофеями», её обвили холодные руки.
— Ты… злишься? — низкий, подернутый печалью голос отозвался в ушах приятной дрожью.
— Холодно! — хоть её и тянуло к нему, она попыталась вырваться из объятий.
Гу Синчжи уже хотел отпустить её, но заметил след на коже под воротом платья. И без того неуверенный в своих отношениях, он замер. Обхватив её лицо ладонями, он нахмурился:
— Кто это оставил?
Маленькая «птичка» поспешно прикрыла горловину, избегая его взгляда и молча. Гу Синчжи глубоко вдохнул, стараясь смягчить тон:
— Кто тебя соблазнял? Скажи мне, милая, я ничего тебе не сделаю.
А вот с тем, кто посмел её соблазнить, разговор будет другой.
— Э-э… — Нань Сюнь уже приготовилась сдать близнецов, но не успела.
Её колебания Гу Синчжи истолковал как защиту возлюбленного.
— Это Ин Цунъюань? — произнес он имя, которое постоянно крутилось у него в голове.
Слухи, ходившие об этом, отравляли ему душу, но раньше он утешал себя мыслью, что это такое же недопонимание, как когда-то было с Лэн Чиянь. Он ошибался. Теперь у Гу Синчжи появилось новое, крайне нелестное мнение о бесстыдстве этого человека. Он развернулся и направился к выходу.
— Ты куда? — Нань Сюнь преградила ему путь. — Только не говори, что идешь выяснять с ним отношения!
Ин Цунъюань — опасный тип, сейчас совсем не время для конфликтов. Видя, как сильно она беспокоится о нем, Гу Синчжи процедил сквозь зубы:
— На чьей ты стороне: на моей или на его?
— Посередине.
Он сделал шаг в сторону двери. Она бросилась следом, широко раскинув руки, чтобы перегородить ему путь:
— Не будь таким неадекватным!
— Неадекватным? — он нахмурился. — Цяо Си, какие у нас вообще отношения?
— Обычные… по контракту. — она сбавила тон, вцепившись в лямку рюкзака и не смея поднять глаз.
Она имела в виду договор, подписанный еще до апокалипсиса — чистая сделка. Гу Синчжи впервые в жизни ощутил, как болит сердце. Неужели в её глазах он всего лишь человек, который держит «содержанку», позволяя себе мимолетные интрижки? Пыталась ли она хоть на миг понять, что творится у него на душе? Любит ли он её? Она не знала или ей было плевать?
— Цяо Си. — он впервые так серьезно назвал её по имени.
Он склонился, заглядывая ей в глаза, и вместе с этим смирением рухнула его гордость:
— Я люблю тебя.
Люблю, поэтому, вопреки всему, брал с собой на задания. Люблю, поэтому столько думал о том, чтобы никто не смел считать её капризной пустышкой. Люблю, поэтому нарушил свои принципы справедливости, создавая для неё исключения, которые сам не мог оправдать.
— Ты совсем этого не чувствуешь? Или я просто тешу себя иллюзиями?
Нань Сюнь слушала его страстное признание, но лишь отступила на шаг. Эти слова не тронули её, они лишь напомнили о желании «оригинальной» Цяо Си: заставить его склониться в любви, а потом бросить.
— Но ведь ты сам, — медленно проговорила она, — с самого начала игнорировал меня, как и все остальные.
Зрачки Гу Синчжи сузились.
Она продолжила:
— Прошли месяцы с начала конца света, все судачили, что я твоя «золотая птичка», хотя я знала, что между нами ничего нет. Я была рада, что ты меня защищаешь, но боялась, что однажды ты просто выставишь меня за дверь. Ты ни разу не пришел проведать меня, поэтому я не знала, хочешь ли ты вообще держать меня рядом. Я не выходила наружу только потому, что другие смотрели на меня с презрением.
— Я… — он не знал, что ответить. Сказать, что был занят? Что никогда не хотел её прогонять? Но ведь равнодушие было настоящим.
— Поэтому, когда я обрела способности, я почувствовала, что наконец-то живу. Ты хочешь, чтобы я доверила тебе свою душу? Я не могу.
Она холодно отвернулась и ушла, бросив напоследок:
— Если ты считаешь, что я люблю Ин Цунъюаня — пусть будет так. По крайней мере, как бы жестоко я с ним ни обращалась, он принимает всё без слов.
Они расстались на плохой ноте. А ведь он планировал провести с ней время по пути домой. Гу Синчжи смотрел ей вслед, а спустя долгое время бессильно обхватил лицо руками и опустился на диван.
Даже слепой мог заметить, что капитан поссорился со своей девушкой. Их машины ехали на огромном расстоянии друг от друга, а на лицах обоих застыл лед. Маленькая капризная любимица отряда потеряла свою улыбку, и бойцы пребывали в полнейшей растерянности — утешения не помогали. Вся команда сидела как на иголках. Эта гнетущая атмосфера давила на всех вплоть до самого приближения к базе «Рассвет».
В то же время мучилась и Лэн Чиянь. База уже близко, так почему Ин Цунъюань до сих пор ничего не предпринял? Неужели он решил войти внутрь? Тогда на первом же пропускном пункте его разоблачат как зомби. Или он передумал?
Она бросила взгляд на Ин Цунъюаня, который неотступно следовал за Цяо Си. В душе Лэн Чиянь промелькнула насмешка: Гу Синчжи поссорился с ней, но всё равно продолжает беспокоиться о её безопасности, наивно полагая, что Ин Цунъюань рядом — это не угроза. Кто бы знал, что именно он — величайшее зло из всех.
[Внимание всем! Обнаружено приближение орды зомби, зафиксировано множество высокоуровневых особей.]
[Уровень опасности: СС.]
Терминалы всех бойцов ожили, заставив сердца людей сжаться. Внешние стены базы начали быстро приходить в боевую готовность. Первыми внутрь впускали обычных людей, сверхспособные должны были прикрывать отход.
Эта орда была не такой, как всегда: численность невелика, зато каждый зомби — выше третьего уровня. Это не могло быть случайным сборищем. Неужели тот самый Король Зомби? Только он на такое способен.
— Всем сверхспособным и командирам отрядов — по позициям!
Гу Синчжи, как глава базы и сильнейший боец, должен был идти в авангарде. Он бросил взгляд в сторону Нань Сюнь, и в его сердце зародилось дурное предчувствие.
http://tl.rulate.ru/book/174719/15024757
Готово:
