К чему теперь нужны эти трупы демонов? Истинные семена для взращивания Бессмертного Гроба Воинов — это сами Небесные Любимцы, рожденные с духовными сокровищами!
В последние дни в секте Дунмин царило невиданное оживление. Сначала прибыл мастер секты Фэйсянь со своей свитой, выражая глубочайшее почтение. Вслед за ним пожаловал сам император Южного Чу, и его поведение было еще более подобострастным.
Самым неожиданным стало появление владыки пещеры Тяньюань — того самого, которого Лу Чэнь отделал больнее всех. Говорили, что он пришел просить прощения. Кроме того, мелкие и средние секты тянулись бесконечной вереницей, ведя себя тише воды, ниже травы.
Сам же Лу Чэнь, пребывая в глубокой медитации, был далек от этой суеты и даже не подозревал о происходящем.
Лишь в тот день, когда он решил отправиться на пик Просветления в поисках техник управления громом, ветром, искусных способов передвижения под землей и по воздуху, а также более совершенных боевых формаций, он неожиданно столкнулся у подножия пика Битвы Мечей с двумя людьми, которых никак не ожидал здесь увидеть.
— Пан Фэйфэн? Чу Сяньинь? — Лу Чэнь на мгновение замер в недоумении, но тут же расслабился.
Верно. Южный Чу переживает глобальную чистку, и секта Дунмин перетряхнула здесь всё до основания. Для императорской семьи как для главного выгодоприобретателя визит в секту был вполне логичен. Что же касается секты Фэйсянь, то он сам лично потребовал их присутствия.
— Приветствуем старшего брата Лу, — Пан Фэйфэн и Чу Сяньинь подошли ближе и поклонились.
В отличие от их прошлой встречи у горы Юньюн, Пан Фэйфэн держался куда вежливее, хотя прежнего парализующего страха в его глазах уже не было. Секта Фэйсянь уладила все разногласия с сектой Дунмин и перешла к полному сотрудничеству. С какой стати Лу Чэню убивать его без причины?
— Два Небесных Любимца, два врожденных духовных сокровища! — глаза Лу Чэня вспыхнули хищным блеском. Когда его взгляд упал на Пан Фэйфэна, того пробрала дрожь, а по коже пробежал неприятный холодок.
Этот знакомый взгляд…
Пан Фэйфэн почувствовал, как к горлу подкатывает уже забытый ужас горы Юньюн.
«Да этот псих всё еще не спускает с меня глаз?!»
В груди Пан Фэйфэна закипал гремучий коктейль из ярости и тревоги. Ему хотелось одновременно послать всё к чертям и со всех ног броситься наутек.
К счастью, гнетущее ощущение быстро исчезло. Лу Чэнь усмехнулся:
— Давно не виделись.
— Во время переговоров со старейшинами вашей секты мы упоминали ваше имя, брат Лу. Не думала, что увидимся так скоро, — Чу Сяньинь ответила легкой улыбкой. Солнечные лучи, упавшие на ее лицо, подчеркнули ее безупречную красоту, а изящный стан притягивал взгляд.
«Если бы ты перестал пугать меня, мой визит в Дунмин был бы куда приятнее!» — мысленно ворчал Пан Фэйфэн, сохраняя на лице невозмутимую маску.
— И зачем же вы упоминали меня? — удивился Лу Чэнь.
— Истинная Великая Чистка Цинмин близка. Ваша секта в согласии с другими школами Южного Чу постановила: вы возглавите делегацию от нашего региона, а мы с Пан Фэйфэном будем вашими помощниками, — мягко пояснила Чу Сяньинь.
Первой мыслью Лу Чэня было: «Надо бы потребовать у секты прибавки за такую работу».
Второй же стала: «Сколько же Небесных Любимцев, наделенных врожденными сокровищами, соберется на этой Чистке? Если там начнется бойня…»
Лу Чэнь даже боялся представить, как сильно набьет брюхо его Бессмертный Гроб Воинов!
Чу Сяньинь продолжила:
— Кроме того, пещера Тяньюань передала информацию об остатках секты Двенадцати Фаз и приспешниках Пути Зла. Императорская семья и секта Фэйсянь также готовы оказать всяческую поддержку.
«Пещера Тяньюань сдала союзников, чтобы вымолить пощаду у Дунмина?» — Лу Чэнь хмыкнул. Похоже, их знатно прижали к ногтю.
Что ж, эти крысы из секты Двенадцати Фаз прыгали слишком долго. Хотя их и раньше били при каждой попытке, пора уже окончательно с ними покончить. Впрочем, вряд ли удастся переловить всех — у хитрого зайца всегда три норы, а те, кого Дунмин уже однажды уничтожил, наверняка разбежались кто куда. Однако Иньские духи тоже сгодятся для взращивания даосских воинов — они ничуть не хуже трупов демонов.
Попрощавшись с парой, Лу Чэнь направился прямиком к пику Просветления.
Надо признать, ассортимент техник, заклинаний и боевых искусств здесь был в десятки раз богаче, чем в Зале Десяти Тысяч Методов. Лу Чэнь долго копался в свитках, прежде чем выбрал базовые техники контроля грома и ветра.
Стоит отметить, что выбор грома был продиктован его Громовым Львом: после превращения в даосского воина Пяти Элементов тот унаследовал талант управления громом, что позволяло Лу Чэню глубже постигать сущность стихии. За время медитации он довел понимание сущности грома до шестого уровня, а сущности ветра — до восьмого. Его дух стал невероятно крепким, вот-вот должен был родиться Иньский дух.
Напоследок Лу Чэнь выбрал «Великое искусство земли» — самую дорогую технику перемещения под землей за шестьдесят тысяч очков заслуг — и «Технику трансформации Радуги Алой Птицы», самое дорогое искусство полета за семьдесят тысяч очков.
Завершила список «Техника литья плоти Кровавого Тирана» — безумно дорогая практика закалки тела, стоившая почти сто восемьдесят тысяч. Выбрал он ее не просто так: нужно готовиться к тому, чтобы в случае чего блеснуть физической мощью. Скоро Чистка Цинмин, соберутся все сливки этого мира, и кто знает, придется ли ему пускать в ход всё свое мастерство?
А почему его физическое тело внезапно достигло уровня Иньского духа?
Да кому какое дело?
Секте Дунмин больше не нужно, чтобы он прятался. Он — один из высших чинов, ходячий представитель секты. Если старейшины узнают, что его тело закалено до уровня Иньского духа, они сами придумают ему оправдание, даже не дожидаясь вопросов.
Когда Лу Чэнь покинул пик Просветления, за базовые техники он отдал всего четыреста очков заслуг. За остальные три невероятно дорогих свитка пришлось выложить последний Пурпурный Нефритовый Жетон. На покупку боевых формаций очков уже не хватало, поэтому он решил повременить: сначала нужно полностью освоить «Боевую формацию Двадцати Четырех Созвездий Танлан», а потом уже браться за остальное.
Вернувшись на пик Битвы Мечей, он чуть не врезался в своего наставника, Третьего старейшину.
Глаза Лу Чэня засияли:
— Учитель! Относительно Чистки Цинмин…
Старейшина, не дав ему договорить, кивнул:
— Ты отправляешься туда.
Лу Чэнь не удержался и потер руки, осторожно уточнив:
— А как насчет тех великих демонов, которых убил мастер секты?
Третий старейшина осекся, сверкнув глазами:
— Ты, паршивец, кроме трупов демонов вообще о чем-то можешь думать?!
http://tl.rulate.ru/book/174717/15224860
Готово:
