— Ох… меч в его руках… он выглядит пугающе странно!
— Что происходит? Я вдруг почувствовал могильный холод, будто к моему горлу приставили клинок палача!
— Смотрите! Что, черт возьми, творится с этим Юй Цзинем?!
Зрители, собравшиеся вокруг арены боевых искусств, как один затаили дыхание. На помосте стоял юноша: его длинные волосы неистово развевались на ветру, а глаза, прежде черные, как бездонная пучина, теперь залило призрачным багрянцем.
Лю Чэнфэн резко взмахнул своим Веером Сотни Рек. Энергия Юань в радиусе десяти чжанов пришла в движение, подчиняясь его воле, и обрушилась на Юй Цзиня яростными каскадами. [Техника Разъяренного Прилива: Наслаивающиеся Волны]!
Юй Цзинь лишь слегка провернул в руке Меч Сорняка и нанес удар. Ослепительная вспышка меча полоснула по вздымающимся валам энергии. Сокрушительный прилив мгновенно рассыпался в прах, и свет клинка угас вместе с ним.
Лицо Лю Чэнфэна потемнело. Он захлопнул веер и, подобно всполоху молнии, сократил дистанцию. На острие веера запульсировало ядовито-зеленое сияние Юань. Он начал серию молниеносных выпадов: [Искусство Веера: Призрачный Прибой]!
Юй Цзинь встретил атаку сталью. За лезвием его меча тянулся зловещий алый след. Удары были быстрыми, жестокими и хирургически точными. Каждое движение не только сокрушало натиск Лю Чэнфэна, но и оборачивалось немедленной, жалящей контратакой.
Сходясь в ближнем бою, Лю Чэнфэн с каждым мгновением ощущал растущий в душе ужас. Юй Цзинь сражался без всякой системы. В его движениях не было и следа изысканных фехтовальных техник – со стороны казалось, будто ребенок впервые взял в руки палку и машет ею как вздумается. Но этот проклятый меч словно был продолжением его воли, единым целым с его душой. Как бы Чэнфэн ни старался найти брешь, юноша и клинок оставались неприступной крепостью, а сам он то и дело оказывался на волосок от гибели!
— [Просветленное Сердце Меча]! — Лю Цяньдэн прищурился, и в глубине его глаз вспыхнул холодный блеск.
Путь Меча всегда считался легким в начале, но непостижимым в совершенстве. Среди множества видов оружия меч выбирали многие, но без истинного таланта достичь хотя бы порога мастерства было труднее, чем взойти на небеса.
Истинный мечник, едва вступив на этот путь, становился на голову выше практиков своего уровня; его боевая мощь была несокрушима. Поэтому мало кто осмеливался переходить дорогу настоящим мастерам клинка.
«Просветленное Сердце Меча» было первой великой дверью на этом пути, и в Пустынной области тех, кто смог ее отворить, были единицы.
— Сломать оковы судьбы «Отверженного Небесами», овладеть утраченными техниками Вариации силы Юань, да еще и оказаться мастером меча… — Ли Даолинь со странным выражением лица взглянул на Лю Фэн и других членов клана Юй. — Господа из рода Юй, кажется, вы сильно недооценили этого юношу?
Брови Лю Фэн впервые слегка дрогнули, но она быстро вернула себе маску ледяного спокойствия.
В этот момент ситуация на арене резко изменилась. Ритм энергии внутри Юй Цзиня вновь преобразился. Сила Меча Сорняка многократно возросла. Из-под клинка расцвели мириады безжалостных стальных цветов. Вспышка меча, пропитанная неистовой, нечестивой аурой, распорола одежды Лю Чэнфэна, заставив того в панике отпрянуть.
Сердце Лю Чэнфэна упало. Юй Цзинь находился лишь на Второй стадии, но его физическая мощь была запредельной. А с учетом Вариации силы Юань его боевой потенциал превосходил даже пик Третьей стадии!
Но пугало не это. Стоило Юй Цзиню сжать рукоять меча, как он погрузился в особое состояние транса: под его клинком не было изъянов, а каждый выпад нес в себе сокрушительную мощь.
Более того, при каждом столкновении от этого странного меча исходила едва уловимая, но леденящая кровь жажда убийства, от которой всё тело Чэнфэна немело.
Уверенность в победе сменилась отчаянием. Он не видел ни единого шанса пробить оборону противника, и чем больше он нервничал, тем больше ошибок совершал.
Видя, что враг отступает, Юй Цзинь, чьи глаза горели кровавым огнем, не собирался останавливаться. Смертоносные приемы следовали один за другим. Прямой, как стрела, луч меча устремился вслед за бегущим Лю Чэнфэном!
Эта атака несла в себе такую ярость, что, казалось, она прошьет тело Чэнфэна насквозь. Тот в отчаянии стиснул зубы и потянулся к поясу, но в это мгновение перед ним выросла фигура в лазурных одеждах.
Лю Цяньдэн холодно взглянул на летящий клинок и небрежным взмахом руки разнес его в щепки. Заметив на своей ладони остатки чужой жажды убийства, он презрительно хмыкнул и стряхнул их, развеяв в прах.
Толпа ахнула. Лю Цяньдэн лично вмешался в бой!
— Раз уж поместье Юй не способно тебя обуздать, я сам займусь твоим воспитанием! — Высокомерно бросил он.
Лю Цяньдэн завел одну руку за спину, а другой сделал давящее движение в сторону Юй Цзиня. Тотчас же в небе над юношей начала формироваться колоссальная ладонь из чистой энергии Юань!
Под гнетом этой чудовищной ауры состояние «Просветленного Сердца Меча» мгновенно рассыпалось. Жажда убийства, исходившая от человека и клинка, была подавлена и загнана внутрь. Глаза Юй Цзиня снова стали глубокими и черными.
Лю Цяньдэн был одним из сильнейших мастеров Города Великих Пустошей, уступая лишь Трем Маркизам. Когда его мощь и воля обрушились на Юй Цзиня, тот почувствовал, что не может пошевелить даже пальцем. Его внутренние органы словно попали под гигантский пресс, а из уголков губ потекла кровь.
— Остановись! Это Поместье маркиза Юй, а не ваш дом Лю! Или ты хочешь объявить войну нашему клану?!
Юй Сяоде, побледнев от ужаса, рванулась вперед, но Юй Шаньхай преградил ей путь, удерживая на месте железной хваткой.
Взгляд Лю Цяньдэна дрогнул. Исполинская ладонь в небе замерла. Он посмотрел на главную трибуну, где на самом верху восседала величественная фигура.
— Третий дядя! — Отчаянно закричала Юй Сяоде.
Юй Чжунсань, откинувшись на железном троне, лишь мельком взглянул на нее. Он хранил ледяное молчание, словно жизнь и смерть Юй Цзиня его совершенно не касались.
Вместо него поднялась Лю Фэн. Ее элегантное платье шлейфом расстелилось по полу, а изысканный узор на лбу ярко засиял в лучах солнца. Голос ее звучал благородно, но был холоднее льда:
— Ты права. Поднять руку на члена клана Юй в этих стенах – значит пойти против всей семьи. Однако… разве твой брат хоть раз признавал, что он принадлежит к нашему роду?
— Брат… — Сяоде посмотрела на Юй Цзиня с мольбой в глазах. Против такого титана, как Лю Цяньдэн, у него не было ни единого шанса.
Но Юй Цзинь лишь покачал головой.
— Мы были изгнаны этой семьей с самого рождения. О нас вспоминают лишь тогда, когда нас можно использовать. Даже если я признаю себя частью клана Юй, они не отпустят меня…
Он медленно поднял голову. В его несломленных черных глазах горели гордость и неистовство.
— Я, Юй Цзинь, сам выбираю свой путь! Хотите убить меня? Ну же, попробуйте!
— Неисправимый глупец, — бесстрастно произнесла Лю Фэн, но в уголках ее губ промелькнула торжествующая тень.
Видя молчание старейшин Юй, Лю Цяньдэн оскалился в холодной улыбке. Отбросив последние сомнения, он двинул ладонью вниз. Энергетический гигант с грохотом устремился к земле!
«Хе-хе… И дня не можешь прожить, чтобы не рискнуть шкурой, верно?!»
Леденящий смех Маски раздался в сознании Юй Цзиня. Перед его глазами заклубился черный туман, и на мгновение время застыло. Перед ним в воздухе парила Улыбающаяся Маска.
«Оставь сопротивление, отдай мне свою волю – и ты обретешь мое безграничное величие!», – искушал голос, полный предвкушения и восторга.
Маска была уверена в успехе: в такой миг, на грани гибели, у Юй Цзиня не оставалось иного выбора, кроме как принять контракт.
Но Юй Цзинь внезапно вскинул руку и наотмашь отшвырнул Маску в сторону:
— Пошла прочь!
Время вновь понеслось вперед. Жизнь висела на волоске. Юй Цзинь сжал меч, и Меч Сорняка, словно чувствуя приближение конца, завибрировал с безумной частотой. Под черными одеждами татуировки Пламени Бессмертия начали яростно разрастаться, сопровождая свой рост призрачным криком феникса. В его зрачках вспыхнул яростный белый свет, а старый нефритовый жетон на поясе озарился сиянием!
Раздался звон меча, и за его спиной соткались тени Тигра и Феникса!
В тот самый миг, когда исполинская ладонь должна была стереть его в порошок, величественная фигура на вершине трибуны исчезла.
БУМ!
Словно рухнувшая с небес железная башня, Юй Чжунсань возник перед юношей. Он вскинул свои мощные, подобные лапам гигантской обезьяны руки. Его тигриный доспех извергнул потоки черной, взрывной энергии Юань. Схватив опускающуюся ладонь Лю Цяньдэна, он с диким хрустом разорвал ее пополам!
конец главы
http://tl.rulate.ru/book/174584/14535296
Готово:
