Пока все наблюдали за неутомимой работой Ниала, Майлз получил уведомление: срок его разрешения на вход в Подземелье гоблинов скоро истекает.
Поэтому он поспешно покинул дом, чтобы подзаработать, а не тратить впустую уплаченный взнос за посещение данжа.
Малин тем временем решила отправиться в подземелье слаймов, чтобы эффективно использовать таймер респауна, напоследок напомнив Мелвину съесть завтрак, приготовленный Ниалом, прежде чем они займутся своими делами.
Накануне Мелвину сказали, что он может оставаться в доме семьи Орин столько, сколько пожелает. Он не ожидал такого после того, что, по его предположениям, произошло много лет назад.
Его семья наверняка угрожала им, но Орин не были склонны затаивать на него обиду.
Они не комментировали тот инцидент – за исключением случайной оговорки Ниала, когда тот был в гневе, – и никак не презирали его за ошибки прошлого.
Напротив, Мелвина приняли с распростертыми объятиями. В его собственной семье подобного бы не случилось, явись Ниал к ним без предупреждения.
Видя такой теплый прием, он еще сильнее захотел помочь Сабрине.
Мелвин не просто симпатизировал ей и очень о ней заботился – он чувствовал, что такие добрые люди, как вся семья Ниала, не должны страдать.
Подавив чувство зависти в глубине души, он приготовился и вышел на задний двор.
Ниал к своему удивлению уже слышал шаги родителей за спиной. Раньше он полагал, что они уже давно проснулись и ушли в подземелья.
Но это было не так. Впрочем, решив не забивать себе этим голову, Ниал сосредоточился на собственных целях.
Главным образом он хотел улучшить свои боевые навыки, а точнее – технику передвижения, контроль маны, владение копьем и правильное использование эффектов способности «Восприятие маны (Нижайший)».
Кроме того, Ниал хотел научиться читать и писать. Родители и даже Мелвин советовали ему изучить базовую технику движений тела после того, как они распродадут добычу, полученную вчера. Незнание письменности могло стать серьезной преградой на пути к прогрессу.
Это также осложнило бы поиск информации о болезни сестры в библиотеке Убежища. Он надеялся найти там хоть что-то, но явиться туда, не умея читать, было бы верхом неучтивости – и по отношению к самому себе, и по отношению к библиотекарю.
Даже если это не сочли бы грубостью, трата своего и чужого времени определенно была недопустима.
Не желая терять ни минуты, он неустанно тренировался, пока не почувствовал, что к нему приближается лучший друг с набором кинжалов в руках. Встав в боевую стойку, Мелвин просто протянул ему оружие. Он не проронил ни слова, но выбор клинков ясно давал понять: он уже вычислил главный изъян Ниала.
Вчера, под давлением орды монстров, Ниал совершил слишком много ошибок. Шквал атак ошеломил его настолько, что заставил его – копейщика – отступить. Если он хотел сражаться и побеждать, подобного нельзя было допускать, и Ниал это прекрасно понимал.
Как владелец копья, он обязан быть быстрым, ловким и способным сдерживать противника. Тем более что Копьё Гадюки было крайне универсальным: его можно было использовать как посох, глефу, алебарду, пику или даже трезубец. Этот артефакт казался созданным специально для него.
Тем не менее, из-за неумения владеть им в совершенстве, боевая мощь Ниала была гораздо ниже той, которой он мог бы достичь при должном обучении.
Именно за эту задачу – тренировку друга – Мелвин и решил взяться в ближайшие несколько часов. Он знал, что Ниал способен преодолеть трудности самостоятельно, но у них не было времени на долгие эксперименты. К тому же Ниал был слишком нетерпелив, и это было очевидно.
Его сестра была прикована к постели, и ее состояние ухудшалось с каждым днем. Расходы на лекарства взлетели до небес, а их скудных заработков не хватало на полноценное лечение.
Лекарство еще предстояло найти, но даже если оно существовало, цена наверняка была заоблачной – ведь даже препараты, которые едва замедляли развитие болезни, стоили непомерно дорого.
Несмотря на перемены в поведении Ниала, Мелвин хорошо знал своего друга. Лучшим решением было вымотать его до такой степени, чтобы тот даже не помышлял о походе в подземелье, зная, что там его ждет неминуемая гибель.
Поэтому Мелвин не собирался поддаваться. Он решил наносить Ниалу неглубокие раны, чтобы заставить того быть внимательнее. С этой мыслью Мелвин разогнал ману по телу, увеличивая свою и без того превосходящую скорость, и бросился в атаку.
Нанося удары без колебаний, Мелвин демонстрировал серьезность своих намерений. В этот момент Ниал осознал: друг не будет милым и добрым, указывая на его промахи. Мелвин выбрал жестокий путь, чтобы Ниал запомнил свои ошибки навсегда.
Поняв, что его ждет, Ниал заставил свое измотанное тело двигаться и издал яростный рев. Глядя на Мелвина, который манил его вперед, он заставил себя преодолеть пределы, которые, казалось, были сломлены еще несколько часов назад, и выбросил Копьё Гадюки вперед.
Но вместо того чтобы завершить выпад, Ниал в последний момент отдернул острие, сменил траекторию и ударил древком в ту сторону, куда, по его прогнозу, должен был сместиться Мелвин.
Боевого опыта Ниалу, возможно, и не хватало, но тактику своего друга он знал превосходно. Он понимал: Мелвин не станет принимать атаку в лоб. Вместо этого он захочет максимально жестоко показать Ниалу его уязвимые места.
Его лучший друг был самым добрым человеком из всех, кого он знал, но когда дело касалось указания на ошибки, он становился суров и не стеснялся в средствах.
Зная это, Ниал даже не пытался расслабиться. Напротив, он стремился усвоить как можно больше, лишь бы избежать повторения этого сурового урока.
Осыпая противника ударами, Ниал пытался достать Мелвина любым способом, сбивая его плавные атаки. Однако он не смог даже зацепить одежду друга. Мелвин внезапно возник прямо перед ним, почти припав к земле. Резким взмахом он нанес несколько неглубоких порезов в районе коленей Ниала. Этим он ясно давал понять: при желании он мог бы лишить его возможности продолжать бой.
Мгновение спустя Мелвин отпрыгнул в сторону, развернулся всем телом к Ниалу, и его рука начала светиться ярким светом. Этот блеск уловило даже восприятие маны Ниала. Он нахмурился, чувствуя разряды молний, срывающиеся с пальцев друга.
Игнорируя пульсирующую боль в коленях, Ниал понял: нужно двигаться. Иначе проблем будет куда больше, чем просто пара царапин. Не зная, насколько хорошо Мелвин контролирует свою близость к Молнии, Ниал мог лишь вспоминать их вчерашний бой.
От одной мысли о попадании шаровой молнии по телу пробежал озноб. Двигаясь инстинктивно, Ниал использовал инерцию замаха Копьём Гадюки. Это позволило ему увеличить собственную скорость – пусть лишь на долю секунды, – просто продолжая движение. Он не попал по Мелвину, но этого мимолетного ускорения хватило, чтобы уклониться от неточного выстрела молнией.
Разряды были значительно слабее тех, что Мелвин выпускал с помощью посоха Миф. Даже если бы они попали, то, скорее всего, ограничились бы ожогами. Тем не менее, уклонившись от молнии на волосок, Ниал полностью открыл свой бок.
Не в силах сместиться дальше из-за инерции собственного маневра, он уже понимал, что предпримет Мелвин, и стиснул зубы. В тот же миг он почувствовал, как Мелвин перекатился через спину, чтобы максимально быстро вскочить на ноги.
Это потребовало огромного напряжения, но Мелвина с детства учили принимать молниеносные решения. Он взвесил выгоду быстрого подъема для новой атаки против медленного восстановления, которое дало бы Ниалу время снова встать в защитную стойку.
Мелвин снова бросился на Ниала, не давая ему ни секунды передышки, чтобы тот не смог придумать способ перехватить инициативу. Профессионально обученный, он знал: доля секунды или едва заметное движение при использовании способности могут решить исход боя. Молодой человек был предельно собран и готов к любой контратаке, но внезапно осознал, что Ниал не сопротивляется. Спортивная одежда друга была изрезана в клочья, на его теле виднелись сотни мелких ран.
Изначально он планировал лишь преподать урок, но ситуация, казалось, обернулась в пользу Ниала после того, как тот смог избежать электрических разрядов. Что-то в том простом движении, которое совершил Ниал, пробудило инстинкты Мелвина. Всё его существо вопило о том, что противник перед ним гораздо страшнее, чем кажется на первый взгляд.
Осознание этого заставило Мелвина замереть на месте. Он выругался:
— Черт, я переборщил…
⭐ Понравилась история?
Вы можете поставить лайки и поддержать перевод своей высокой оценкой! Ваша поддержка помогает мне выпускать главы быстрее и браться за новые проекты. Спасибо за чтение!
http://tl.rulate.ru/book/174356/14748604
Готово:
