Глава 15. Гром среди ясного неба — решение об отставке Данзо!
Внимательно выслушав стройные, лишенные изъянов аргументы Намиказе Минато, который сумел не только сохранить лицо клана Учиха, но и защитить интересы Деревни Скрытого Листа, главы других великих кланов обменивались многозначительными взглядами. Морщины, прорезавшие их лбы в начале обсуждения, постепенно разглаживались.
Глава клана Нара задумчиво погладил бороду, и тень сомнения, доселе таившаяся в глубине его глаз, окончательно исчезла — он едва заметно, одобряюще кивнул. Лидер же клана Акимичи в знак согласия тяжело опустил ладонь на край стола, отчего тот отозвался глухим, весомым рокотом.
Пальцы Утатане Кохару, до этого нервно подрагивавшие на коленях, замерли. Уголки её губ, плотно сжатых в тонкую линию, расслабились, и она слегка склонила голову в сторону Минато. Этот жест признания не укрылся ни от кого — с этого мгновения четвертый Хокаге официально сдержал слово, данное Учихе Фугаку, и вырвал для мятежного клана те привилегии, которые обещал.
В конце концов, каждый из присутствующих в душе всё прекрасно понимал. Никто не горел желанием наживать себе врагов сразу с двух сторон: с одной стороны был клан Учиха, чьи ряды полнились мастерами высшего ранга, контролирующими Военную полицию Конохи, а с другой — молодой Четвертый Хокаге. Его слава как «Жёлтой Молнии», мастера Техники Летящего Бога Грома, гремела по всему миру, и его авторитет был неоспоримо закален в горниле Третьей великой войны шиноби.
Более того, единственный человек, способный яростно оспорить это решение и обладающий достаточным для того политическим весом — Шимура Данзо — в данный момент отсутствовал в зале совета. Без этого вечного подстрекателя завершение первого вопроса прошло на удивление гладко.
Однако как только первый пункт повестки был исчерпан, в зале воцарилась тягучая, почти осязаемая тишина. Минато молчал, не спеша давать пояснения или переходить к следующему этапу, что ввергло старейшин в замешательство. По всем правилам приличия, после завершения темы следовало либо огласить новый вопрос, либо распустить собрание. Вынуждать уважаемых людей просто так просиживать стулья было верхом нарушения протокола.
— Четвертый Хокаге, — нарушил тишину Яманака Иноичи, который лишь недавно передал Минато полномочия по управлению частью охранных барьеров деревни. — Позвольте узнать, исчерпана ли повестка нынешнего совета?
Как глава клана Яманака, он всегда отличался тонким чутьём и понимал, что затянувшееся молчание лишь порождает ненужные подозрения. Его голос звучал почтительно, но твёрдо.
— Если обсуждение окончено, заставлять глав кланов ждать столь долго кажется не совсем уместным.
— У этой встречи два вопроса, — спокойно отозвался Минато, и его голос разнёсся по залу, заставляя всех затаить дыхание. — Первый — о том, как развеять предубеждения против Учиха, мы закрыли. Второй же вопрос — полная отставка Шимуры Данзо со всех постов в деревне и немедленный роспуск организации «Корень».
Эти слова ударили по присутствующим подобно грому среди ясного неба. Отставка Данзо, изгнание его из правящей верхушки и уничтожение его личной армии... Это было не просто кадровое решение, это был тотальный переворот в структуре власти Конохи.
Если поблажки для Учиха еще укладывались в рамки ожидаемого, то второй пункт Минато полностью выходил за пределы их воображения.
— Четвертый Хокаге! — первым взорвался Митокадо Хомура. Он резко вскочил, с силой упершись ладонями в лакированную поверхность стола, его голос дрожал от гнева и возмущения. — Возможно, в последние дни Данзо и высказывал предложения, которые пришлись вам не по вкусу, но, на мой взгляд, его слова не были лишены смысла! Разве можно распускать «Корень» лишь из-за личных разногласий? Вы проявляете непростительное легкомыслие! Не забывайте, сколько грязной и кровавой работы выполнила эта организация за долгие годы ради благополучия Конохи. Если у дерева отрубить корни, многие дела в тени станут попросту невыполнимы!
Едва он замолк, как поднялся глава клана Абураме. Окутанный своим характерным темным плащом, из-за высокого воротника которого едва заметно вылетало несколько черных насекомых, он заговорил еще жестче, и в его тоне слышалось явное обвинение:
— Хокаге-сама, я также считаю этот шаг ошибкой. Когда создавался «Корень», вы были еще ребенком и вряд ли осознаете всю важность этой структуры для безопасности Листа. Пытаться уничтожить организацию и сместить Данзо-сама лишь из-за пары его критических замечаний... Это... это выглядит как откровенное сведение личных счетов под прикрытием полномочий!
— Именно так, Хокаге-сама! — в унисон подхватили еще несколько лидеров, среди которых были и те, кто годами тайно сотрудничал с «Корнем». Один из них шагнул вперед, в его голосе звучала фальшивая мольба. — Данзо-сама десятилетиями трудился на благо деревни, от Второй до Третьей войны шиноби его заслуги перед Конохой неисчислимы! Даже если он в чем-то оступился, нельзя столь поспешно лишать его всего. Это переходит все границы!
— Верно! Преданность Данзо-сама деревне не должна подвергаться сомнению!
Гул протеста нарастал, атмосфера в зале мгновенно накалилась до предела. Перекрестные выкрики, недовольные взгляды и открытое недоверие — главы кланов сплотились в защите Данзо. Слишком глубоко пустил он свои корни, слишком многим помогал в критические моменты, чтобы его можно было низвергнуть одним лишь приказом. Даже если этот приказ отдал Четвертый Хокаге, его сочли проявлением тирании.
Наблюдая за этой бурей негодования, Минато сохранял на лице тень вежливой улыбки. Всё шло именно так, как он и предсказывал.
Когда шум наконец начал стихать, Хокаге вновь заговорил, и в его спокойствии чувствовалась стальная мощь.
— Я прекрасно осознаю вклад Данзо-сама в прошлое Конохи и никогда не отрицал того рвения, с которым он служил деревне. Но прошу вас помнить: сколько бы заслуг ни было у человека, если он встает на путь порока, идет против воли Огня и наносит вред интересам Листа, он теряет право руководить. Власть в таких руках становится ядом.
С этими словами Минато словно из ниоткуда достал прозрачный хрустальный шар. Стоило ему направить в него поток чакры, как поверхность артефакта подернулась дымкой и явила четкое изображение. На глазах у изумленного совета возник молодой шиноби с протектором Конохи на лбу.
— Это же... Учиха Шисуи? — пронесся по залу шепот.
Шисуи Мерцающее Тело был слишком заметной фигурой, чтобы его не узнали. Даже верхушка деревни возлагала на этого одаренного юношу огромные надежды.
— Техника Телескопа... — Утатане Кохару впилась взглядом в шар, её зрачки сузились. — Если мне не изменяет память, это секретная техника Хирузена, которую он использовал для наблюдения за деревней. Не думала, что он передаст её Минато так скоро...
Митокадо Хомура помрачнел, подтверждая её догадку коротким кивком. В глубине его глаз зажегся огонек тревоги.
В этом зале не было глупцов. Если Минато решил продемонстрировать возможности всевидящего ока именно сейчас, показав Шисуи, ответ напрашивался сам собой. Скорее всего, следующим в кадре должен был появиться сам Данзо. И доказательства, которые он предъявит, обещали быть сокрушительными.
Зал совета вновь погрузился в молчание, но на этот раз воздух был пропитан не недоумением, а леденящим предчувствием неминуемой катастрофы. Все взгляды были прикованы к мерцающему шару, ожидая того, что навсегда изменит судьбу Конохи.
http://tl.rulate.ru/book/174102/14579849
Готово:
