Глава 6. Я правда не могу себя контролировать.
В это же самое время в густой лесной чаще. Мори Ран резко остановилась и настороженно огляделась по сторонам.
Перед ней раскинулась территория заброшенной лесопилки, где на заросшем пустыре сиротливо жались друг к другу несколько ветхих деревянных построек с наполовину обвалившимися крышами. Ветер с тихим шорохом путался в кронах деревьев, но кроме этого звука вокруг царила абсолютно мертвая тишина.
Здесь было слишком тихо. До жути неестественно тихо.
— Дело дрянь, — прошептала Мори Ран, внезапно осознав всю опасность ситуации, и стремительно развернулась, собираясь отступить.
Но было уже слишком поздно.
Из-за покосившегося деревянного сарая внезапно выскользнула темная фигура мужчины лет сорока с грубым квадратным лицом. Тот самый уродливый шрам под левым глазом в тусклом свете казался еще более зловещим.
— А ты довольно смелая девчонка, раз осмелилась идти за мной по пятам так долго, — мужчина хищно оскалился, обнажив ряд пожелтевших зубов.
— Значит, ты и есть Нумата Исаму, серийный убийца, орудовавший в Токио три месяца назад? — холодно спросила Мори Ран, одновременно меняя стойку и смещая центр тяжести вниз, после чего сжала кулаки и приняла классическую боевую позицию карате.
— Мой отец детектив Мори Когоро, и наряды полиции уже едут сюда. Сдавайся! — крикнула она.
— Мори Когоро? — Нумата Исаму на мгновение опешил, а затем его лицо исказила гримаса неподдельной ярости, ведь если бы этот чертов сыщик не висел у него на хвосте, он бы ни за что не оказался в такой жалкой ситуации.
— А я тебе вот что скажу, девчонка, не только в Токио и Итомори, я еще во многих местах успел наследить! — маньяк разразился безумным хохотом, глядя на ее боевую стойку.
— Но раз уж ты дочурка того самого Мори Когоро, я просто не имею права отпустить тебя живой! — в глазах Нуматы Исаму вспыхнул опасный, звериный блеск.
— Нумата Исаму, немедленно сдавайся! — Мори Ран смотрела на него с непоколебимой решимостью.
Убийца не проронил ни слова, лишь мерзко ухмыльнулся и молниеносно выхватил из-за пазухи небольшой баллончик, нажимая на распылитель ровно в тот момент, когда девушка бросилась в атаку. С тихим шипением из баллончика вырвалось облако газа, не имеющего ни цвета, ни запаха.
Лицо Мори Ран слегка побледнело. Она была вынуждена прервать атаку и, задержав дыхание, поспешно отступить назад, но все же успела вдохнуть крошечную порцию отравленного воздуха.
В то же мгновение на нее навалилась жуткая дурнота, а руки и ноги внезапно стали ватными и тяжелыми.
— Это особый усыпляющий газ, достаточно сделать лишь один маленький вдох, — Нумата Исаму с издевкой начал медленно приближаться. — В течение получаса твое тело будет полностью парализовано, но разум останется абсолютно ясным.
— Какая удача, пусть доченька на собственной шкуре прочувствует, какие именно дела расследует ее обожаемый папочка, — злорадно прошипел он.
Мори Ран отчаянно пыталась сопротивляться, но ее тело наотрез отказывалось подчиняться командам мозга.
Она, пошатываясь, отступила на несколько шагов и тяжело привалилась спиной к полуразрушенной кирпичной стене, чувствуя, как перед глазами все начинает расплываться в туманную пелену.
— Плохо дело, — это была ее последняя связная мысль перед тем, как сознание начало стремительно угасать.
— Мори Когоро, ты перешел дорогу не тому человеку, так что теперь увидишь свою драгоценную дочь только в следующей жизни, — Нумата Исаму похотливо облизнул пересохшие губы и, бормоча эти слова себе под нос, медленно надвинулся на обмякшую на земле девушку.
Однако на этом моменте его злорадный монолог внезапно оборвался на полуслове. Земля под его ногами вдруг стала пугающе рыхлой и податливой, и словно зыбучий песок, начала безжалостно засасывать его в свои недра.
Охваченный дикой паникой, убийца попытался выдернуть ноги, но было слишком поздно, ведь сырая земля уже стремительно поглотила его колени, затем талию, а следом и грудь.
— Да что за чертовщина здесь происходит! — истошно завопил он во все горло.
Всего за несколько коротких секунд его буквально проглотило заживо, оставив торчать над поверхностью земли одну лишь жалкую голову.
— Монстры! Здесь гребаные монстры! — маньяк обезумел от ужаса и отчаянно дергался, пытаясь вырваться, но толща земли сковала его тело намертво, лишив всякой возможности пошевелиться.
Из густых теней донесся мерный звук шагов. Из мрака неспешно вышел Нацукава, небрежно поигрывая старой бейсбольной битой, которую он неизвестно где раздобыл.
Его золотистые глаза источали ледяной холод в царящем полумраке, а взгляд, устремленный на Нумату Исаму, был таким, словно он рассматривал подопытную крысу в лаборатории.
— Т-ты еще что такое?! — голос убийцы сорвался на жалкий, дрожащий визг. — Отпусти меня! Я заплачу тебе! Дам кучу денег!
Нацукава проигнорировал его вопли. Он подошел вплотную к торчащей из земли голове, медленно присел на корточки и принялся внимательно разглядывать этого ничтожного человека.
— Скольких ты убил? — внезапно нарушил тишину юноша.
— Семерых, и все они были девками! — Нумата Исаму на мгновение опешил, а затем его лицо исказила уродливая, злобная ухмылка. — И что с того, решил поиграть в борца за справедливость? Да я тебе сейчас...
Нацукава слегка постучал деревянной бейсбольной битой по его макушке, и в тишине раздался глухой, зловещий звук ударов.
Слова застряли в горле маньяка, когда он наконец встретился взглядом с Нацукавой, ведь в этих глазах не было абсолютно ничего человеческого. Лишь пугающее спокойствие и отстраненность, с которой люди обычно решают, в какой именно мусорный бак выбросить отходы.
— П-подожди минутку! — в панике заверещал мужчина.
Бам! Бита описала широкую дугу и сокрушительной силой обрушилась на цель.
Раздался тошнотворный влажный хруст, и голова Нуматы Исаму, деформируясь словно разбитый арбуз, оторвалась от шеи и, прочертив в воздухе жуткую дугу, укатилась куда-то в густую траву в нескольких метрах от тела.
Обезглавленное туловище все еще оставалось надежно погребенным в земле, но хлынувший из шеи кровавый фонтан моментально впитался в рыхлую почву.
— Я, конечно, никогда в жизни не играл в гольф, но зато неплохо разбираюсь в прополке сорняков, — спокойно произнес Нацукава.
Он абсолютно равнодушно взирал на кровавое месиво, затем на секунду задумался и звонко щелкнул пальцами.
Земля с глухим рокотом пришла в движение, и изувеченное тело Нуматы Исаму вместе с его отрубленной головой стремительно ушли глубоко под землю.
Спустя пару мгновений поверхность земли вновь стала идеально ровной, и лишь несколько комьев свежевырытой почвы напоминали о том, что здесь вообще что-то произошло.
— Немного измененное применение Техники обезглавливания из-под земли Стихии Земли, — констатировал юноша. — А это и вправду невероятно удобная штука. Сам убил, сам закопал, просто идеальный способ избавления от улик.
Закончив с этой грязной работой, Нацукава неспешным шагом направился к лежащей неподалеку Мори Ран, которая все еще находилась без сознания.
— А у Мори Ран и правда стальные нервы, — задумчиво пробормотал он.
Девушка лежала на боку, ее длинные черные волосы в беспорядке рассыпались по земле, а щеки заливал нездоровый, лихорадочный румянец.
Почувствовав чужое приближение, Мори Ран начала бессознательно водить руками по своему телу.
Пиджак формы старшей школы Собу распахнулся, а две верхние пуговицы на рубашке оказались расстегнуты, обнажая изящные ключицы и полоску белоснежной кожи.
Плиссированная юбка слегка задралась, и в тусклом свете ослепительно белела узкая полоска кожи между подолом и черными гольфами, чьи тугие резинки плотно впивались в бедра, оставляя легкие красноватые следы и придавая этой картине еще больше соблазнительности.
Нацукава с совершенно невозмутимым лицом присел рядом и крепко перехватил одно из запястий Мори Ран.
— Пульс просто бешеный, да и температура тела стремительно растет, — проанализировал он. — Похоже, это был далеко не просто усыпляющий газ.
— Неужели в ту дрянь подмешали еще и мощный афродизиак? — задал он сам себе риторический вопрос.
В этот самый момент действие препарата достигло своего пика, и Мори Ран начала неосознанно извиваться всем телом, издавая едва слышные, сдавленные стоны.
Ее лицо пылало от жара, а дыхание сбилось и стало пугающе частым.
Девушка приоткрыла свои фиалковые глаза, но сейчас они были затянуты мутной розовой пеленой, а взгляд блуждал в пустоте, не в силах ни на чем сфокусироваться.
— Как же жарко! — невнятно простонала она, выдыхая обжигающе горячий воздух, и ее непослушные пальцы инстинктивно потянулись к воротнику рубашки, расстегнув еще одну пуговицу.
Нацукава вдруг почувствовал, что его глаза словно включили режим автоматического наведения, раз за разом возвращаясь к двум весьма пикантным областям.
Он тяжело сглотнул, но затем все же обреченно вздохнул.
— И этим жалким трюком вы решили испытать будущего бессмертного бога? Неужели вы правда считаете, что у меня совершенно нет силы воли? — возмутился он про себя.
Нацукава сделал глубокий вдох, и его взгляд заметно прояснился, сбрасывая наваждение.
Когда в твоих объятиях оказывается такая красавица, да еще и в столь беззащитном, растрепанном виде, заявлять о полном отсутствии какой-либо реакции было бы наглым враньем!
Но он наотрез отказывался пользоваться чужой слабостью, по крайней мере, не в таком грязном месте и уж точно не тогда, когда жертва не способна оказать ни малейшего сопротивления.
— Эх, все-таки я человек высоких моральных принципов, — с сожалением констатировал Нацукава.
Он покачал головой и уверенно приложил ладонь к пылающему лбу Мори Ран.
Бледно-голубая чакра мягким потоком полилась в ее тело, стремительно нейтрализуя отравляющее действие препарата.
И хотя Нацукава еще не успел официально открыть доступ к медицинским техникам ниндзя, благодаря невероятно тонкому контролю энергии, дарованному семенем Божественного Древа, провести столь примитивное очищение не составляло для него особого труда.
Однако в тот самый миг, когда живительная чакра проникла в ее тело, пылающая жаром Мори Ран внезапно забилась в сильной судороге!
— Не уходи, — сладко и томно простонала она, и ее руки с невероятной, пугающей силой вцепились в запястья Нацукавы.
Резким рывком она повалила юношу на спину и тут же оседлала его сверху. Ее фиалковые глаза распахнулись, и хотя взгляд все еще оставался замутненным, в нем отчетливо читалась первобытная, животная жажда.
Дрожащая всем телом Мори Ран до боли стиснула зубы, а в уголках ее глаз скопились слезы. Ее разум был абсолютно ясен и отчетливо понимал весь ужас происходящего, но она была совершенно не в силах контролировать собственное тело, и единственное, что ей оставалось — это мертвой хваткой вцепиться в одежду парня.
— Я правда... просто не могу себя контролировать, — прошептала она в отчаянии.
http://tl.rulate.ru/book/173867/14641074
Готово:
